Дмитрий Билик
Верравия 2. Сумеречный пет

В твоих руках самый могущественный артефакт, позволяющий открывать любую дверь в существующем мире. Однако толку от него почти никакого в землях, что прозваны Мертвыми. И пока думаешь, как вернуться на Тойрин, вокруг тебя уже захлопываются ловушки, приготовленные прежними хозяевами игры.

Дмитрий Билик
Верравия 2. Сумеречный пет
Хорошие гно и плохие омы
–… Закопать.
– Сжечь.
– А я говорю закопать. Как ты его незаметно сожжешь, кишья башка?
– А закапывать ты как собрался? Ведь для начала нужно его вытащить наружу…
Я с трудом приоткрыл глаза. Неплохо приложился при падении, пощупал рукой голову – так и есть, шишка, размером с мячик для пинг-понга. Несостоявшиеся могильщики недовольно посматривали на бесцеремонно оживший труп, а я, в свою очередь, внимательно изучал крепышей. Невысокие, коренастые, плечами похожие на пловцов, вовсе из воды не вылезающих. Длинные спутанные волосы висят грязными комками, а жесткие бороды торчат паклей. Эй, ребята, а не гномы ли вы случаем?
Прощупываю взглядом сначала одного, потом второго: Ауран Мохноног (гно), Ребер Большерот (гно). Что еще за ГМО недоделанные? Чувствую, надо налаживать контакт.
– Всем привет.
Попытался встать, но Ауран подскочил, забряцав тяжелыми доспехами, и решил по-быстрому побрить мне горло алебардой. Понял, не дурак, выдыхаем и делаем все медленнее.
– Я пришел с миром, посмотрите на меня, ножи в ножнах, лук за спиной.
Ауран недоверчиво посмотрел на своего подельника, вопросительно кивнув головой в мою сторону, тот кивнул серьезно и выдал:
– Сжечь!
– Эй, вы чего! – Я попятился назад, но проклятый гно быстро засеменил, преследуя убегающую каракатицу. Он уже собрался ткнуть по-настоящему, как чей-то властный голос окликнул преследователя.
– Ауран, прекратить! 
Гно вытянулся в струнку, а я выдохнул. Нет, я, конечно, сам не против подраться, особенно когда тебе к горлу приставляют холодную сталь, но пацифистом быть приятнее и лучше не только для пищеварения, но общей целостности организма. Пошатываясь и еще раз пощупав кровавую рану на голове, поднялся на ноги, и тут меня скрутило. Как же я забыл, проклятое отравление еще действовало!
Крепкие руки незнакомца подхватили меня и бережно уложили на пол.
– Дай мне листок бережника и бинты.
Кто-то из гно, то ли Ауран, то ли Ребер засуетились, шурша в сидоре, похожем на мой вещмешок и извлек оттуда пахнущую горькой полынью траву. Надеюсь, есть это не заставят. У меня вообще очень чувствительный желудок, а в «Верравии» все и так над ним только измываются, желая подсунуть очередную дрянь в обертке местной кухни. Однако повезло. Представителя местной флоры пожили на рану, тут же принявшись бинтовать сверху.
Внимание. Бережник творит чудеса. С вас снято отравление. 
Внимание. Удар лунным клинком не проходит бесследно. Ваша рана со временем затянется, но урон, наносимый левой рукой, навсегда снизится на 4%. 
Нормально так мне прилетело. Спасибо, Дита, осчастливила. Конечно, не такой уж я рукопашник, все больше самострелами балуемся. Но все-таки неприятно, когда такое случается. Что называется, осадочек остался.
– Вы в порядке? – склонилось надо мной миловидное лицо.
Вместо ответа, кряхтя, как старый дед, я поднялся на ноги и только тут смог разглядеть своего спасителя. Красивый даже по общечеловеческим меркам крепыш с длинными, аккуратно уложенными косами. Да и сам по себе незнакомец выглядел ухоженным: чистая одежда, начищенный нагрудник, блестящие золотые наплечники. Золотые? Глаз предательски заблестел. Я бросил взгляд на некое подобие адъютанта, стоявшего позади: похожий на Аурана и Ребера, точно родной брат, разве что доспех, прикрывавший верхнюю часть руки, серебряный. Хм, а «могильщики» так и вовсе без наплечников.
– Приветствую тебя. Я Эу… Эу Прыг-скок, сотник его королевского величества Дриина Крепкорукого.
– Крил, – протянул руку я, начиная привыкать к диковинным именам аборигенов.
– Надеюсь, мои люди не причинили тебе вреда?
– Они собирались ампутировать мне лишние части тела, – зло глянул я на застывшего Аурана, наслаждаясь местью. – Но вы вовремя подоспели.
– Они будут наказаны.
– Госпожа! – подал голос Ребер.
– Молчать, – негромко, но тоном не терпящим возражений, сказал, точнее сказала, Эу.
Так это женщина. А я думаю, где же борода, да и руки слишком нежные, опять же, лицо гораздо симпатичнее, чем у соотечественников. У тех такие морды, словно вытесали их из монолитных кусков мрамора. С таких персонажей только патриотические памятники воинам делать.
– Да, я попал сюда, так сказать, случайно. Если вы покажете мне выход, я не буду злоупотреблять вашим гостеприимством…
– Выход? – повеселела Эу. – Мы многие годы ждали знака от Отца, – указала она ладонью за мою спину. – И вот появился ты. Извини, но до тех пор, пока ты не поговоришь с Его Величеством, боюсь, ты не сможешь покинуть Бампас.
Я осторожно повернулся, боясь увидеть позади обратившегося в камень древнего Создателя, но в подслеповатом отблеске факелов разглядел лишь гигантский трон. Он походил на памятник Линкольну в Вашингтоне, если бы американский президент в какой-то момент вдруг решил уйти погулять. Жуткое и одновременно завораживающее зрелище.
– Что это за место? – с пересохшим горлом спросил я.
– Обитель подгорного народа. Сюда прибыл Отец, после того как создал один из самых могущественных артефактов, – Эу внимательно посмотрела на сжатый в кулаке ключ. – Очутившись глубоко под землей, он сел на скалу – и та превратилась в трон, взял горсть мелких камней – и так появилась наша раса. Мы выстроили дворец в его честь, но как только Отец набрался сил, он ушел. С тех пор мы ждали, когда Создатель или его посланники посетят нас и молвят словом Отца.
Так, получается я вроде как мессия. Хорошо хоть спасать никого не надо. Сейчас заявлюсь к их королю и скажу: надо посланнику золота и отряд сопровождения до столицы. На то воля Отца, а я его внебрачный сын от гастролей по Тойрину. Как все хорошо складывается.
– Ну, делать нечего. Давай до вашего короля дойдем. За жизнь поговорим…
 
Конечно, я читал кое-что о гномах, играл в фэнтезийные игрушки, то есть общее представление имел, но фантазировать об обители маленьких бородатых воинов это одно, а очутиться в ней – совершенно другое. Высокие рукотворные своды уходили наверх и скрывались в темноте. Хотя сам город довольно неплохо подсвечивался высокими фонарями. Ловко уворачивалась от многочисленных зданий, казалось, воткнутых то тут, то там просто по воле сумасшедшего архитектора, широкая, в метра три, дорога. Возвышались над обычными домиками громадные площади, забитые бородатым, снующим каждый по своему важному делу люду. Складывались в хитрую и обширную паутину неисчислимые веревки с лебедками, подъемниками и крюками. Лениво зевали алым пламенем кузни, отмахиваясь жаром от гномов. Скрипели дверьми и пели пьяным многоголосьем питейные. Молчали уснувшие тревожным сном каменные каланчи пожарной стражи с водовозками у основания башен. А совсем высоко, будто выросший из самой горы, тяжело уселся на гигантском выступе кряжистый дворец.
Мы же находились в самом низу, выползшие, если так можно сказать, на свет из огромной полуподвальной залы. Впереди во тьме журчала речка, через которую был перекинут невысокий крепкий мост. Разглядеть его толком я не успел, Эу выкинула чудную штуку – только мы вышли к городу, как она вытащила золоченый рог с руническими узорами и так дунула, что своды обители гно тревожно задрожали.
Мгновенно и все переменилось: стали захлопываться ставни на окнах, площади опустели, пожарные в каланчах проснулись и сослепу шарили взглядами вокруг, пытаясь выяснить причину всеобщего беспокойства. Зато к нам подбежало еще несколько воинов: один с серебряными наплечниками, остальные без них. Как я понял, люди Эу.
Теперь нестройной процессией мы двинулись наверх, к недобро гудящему дворцу. К нему уже со всех сторон стекались невысокие сплошь закованные в броню бойцы. Их было немного, всего несколько десятков. Что это, какой-нибудь высший совет?
Я с интересом разглядывал грубоватые дома местного люда, в темных проемах ставен которых слышалось тихое перешептывание, проходил мимо горячих жаровен у рестораций, прилипал сапогами к липкому мокрому камню мостовых возле питейных заведений. Это же был город, самый настоящий город, волей Создателя и трудолюбием жителей созданный под землей. Тысячи и тысячи хижин, хибар, двухэтажных особняков, вырубленных в скалах ходов и лазов, превращающихся для чужака в лабиринт. 
И дорога… нескончаемая, проворно и без устали бегущая вверх, лишь тихонько касаясь короткими шпалами зданий. Вагонетки стояли на рельсах, справа от основной тропы, удивляясь собственной неподвижности в разгар рабочего дня. Эх, сейчас бы сесть, да покатить, но вместо этого приходилось шагать ножками. Выносливые гно, самый высокий из которых едва доставал мне до груди, шустро бежали вперед, топоча коваными сапогами. Эу, оправдывая свою фамилию, пружинисто шла рядом, но за все время не произнесла ни слова. Я, конечно, пытался поговорить, но этим лишь сбивал дыхалку, да и однозначные ответы того не стоили, поэтому пришлось замолчать.
Лишь у подножия дворца отряд немного стушевался. В какой-то момент воины расступились, и шествие продолжили лишь сребрянонаплечные, возглавляемые Эу. Но и они проследовали лишь до отворенных трехметровых ворот, встав в две шеренги, а внутрь вошли только я и спутница.
Вы прибыли в королевский дворец Бампаса. 
– А чего остальные не пошли? – Перешел я на шепот.
– Только дворцовой прислуге и воинам не ниже ранга сотника разрешается входить сюда.
– А ты…
– Сотник, – кивнула Эу.
Я молчаливо взирал на хмурых даже для гно довольно рослых стражей, как живых (с заостренными боевыми топорами), так и застывших в граните горделивых великанов. Они умещались между восьмиугольных толстых колонн, смотря на проходивших безжизненными холодными глазами. Да уж, жутковатое место.
Наконец мы вышли в широкий зал, расползшийся в стороны, подобно густому туману. Свет здесь струился сверху, заполняя помещение, и отражался от золотых наплечников присутствующих. Почти три десятка, вернее двадцать девять таких же воинов, как и Эу, сотников его величества Дриина Крепкорукого. Имя короля я разглядел сразу. Он сидел в окружении трех старцев – тысячников, если судить по броне верхней части рук, сделанной из адаманта. Толстый, длинноносый, но одновременно с живым, не потерявшим еще страсть к удовольствиям лицом. Конечно, его трон по размерам не шел ни в какое сравнения с сидалищем Отца, но по великолепию, пожалуй, превосходил.
Сотники расступились, давая нам пройти к самому трону. Один из тысячников, ушастый гно с залысиной и такой огромной щербиной между верхними зубами, что там бы при желании мог проплыть атомный ледокол, что-то шептал королю. Из обрывков фраз я услышал лишь: «моя девочка» и «Эу». Надеюсь, что это отец Прыг-скок, а не престарелый супруг. Конечно, не мое дело, просто за гномиху, то бишь гно, обидно. 
– Кто ты и как оказался в моем городе? – Вместо приветствия спросил Дриин.
– Меня зовут Крил. Я… посланник Отца.
Гно в зале заметно оживились, даже щербатый тысячник не сдержался и зашептал что-то своему бородатому соседу. Король взял бороду в кулак и слабо подергал, явно раздумывая над моими словами. Я выпрямился, сделав грудь колесом. Сейчас меня будут чествовать, раздавая награды и ордена.
– Расскажи о себе.
Я начал благодушно врать. Вернее, правду говорил, временами. Но она касалась только игры. Получалось, что я таок, прибывший издалека. Волей Отца и его сына Лока прошел всех трех Стражей и завладел артефактом. Это если очень сократить мой рассказ.
– Ты человек, – презрительно дернулась губа Дриина, словно он провел пальцем по стеклу, размазывая пойманную муху. – А они низкие, коварные существа. Я вижу на твоей груди великий артефакт, – его толстый палец ткнул в ключ Отца, который я успел повесить на цепочку, – но откуда мы знаем, что ты его не украл? Есть ли кто-либо, кто докажет, что именно ты не самозванец?
– Вот те здрасьте, – внутри просыпалось гадливое чувство. Похоже, все будет не так просто, как я думал. – Мне что, мамой поклясться?
– Не произноси ни слова о Матери в этих чертогах! – вскочил на ноги местный правитель.
Дриин рявкнул так, что колени подкосились сами собой. Не хотелось бы попасться в руки рассерженному гно, а в крепкие хваталки подгорного короля тем более. Надо было срочно реанимировать мою подмоченную репутацию.
– Простите, Ваше Величество. Я имел в виду свою маму, а не… ту, – показал пальцем я наверх.
Тысячники помогли усесться Дриину на место, а он, немного отдышавшись, продолжил уже более спокойно.
– Ее имя запретно в Бампасе уже полторы сотни лет. С тех пор, как предатели омы отреклись от Отца во славу ее.
Получено редкое задание «Неразбериха в подгорном королевстве». Больше сотни лет гно и омы живут в раздоре. Примирите их, либо помогите одержать верх одной из враждующих группировок. 
Так вот в чем дело. Есть гно, а есть омы, а вместе гномы. Видимо, одни ратовали за легализацию однополых браков, а другие были против. Вот и раскололись. Но кроме шуток, надо узнать хорошенько, что там произошло. Если уж за сто пятьдесят лет не смогли договориться…
– Что до тебя… Докажи, что ты и есть истинный посланник Отца, могучий и сильный воин.
Получено обычное задание «Ох уж эти гноооомы». Несколько овец из королевского стада отбилось в окрестностях Бампаса. Найдите их и приведите к отаре. 
Овец? Под землей? Либо тут неправильные овцы и они дают неправильную шерсть, либо я чего-то не понимаю? В любом случае, мне нужно искать выход отсюда, а это значит, улыбаемся и машем. То есть, принимаем задание.
– Ноу проблем.
– Тогда поговорим, как только ты выполнишь мою волю. Но, чтобы ты не сбежал, Эу присмотрит за тобой. Возьми с десяток своих людей, – это он уже моей знакомой сотнице. – и глаз с него не своди.
Эу молчаливо кивнула головой. Какие тут свободные нравы! Где «клянусь второй пересаженной печенью, что не сведу с него глаз»? Или хотя бы «слушаю и повинуюсь, майн херр (в смысле, господин, а не любовник)». Кивнула и все. Мда уж, никакой дисциплины.
Прыг-скок вывела меня из раздумий неприятным толчком в бок. Вернее, целилась куда-то туда, но в силу роста удар без размаха пришелся по бедру. Да понял, что аудиенция окончена. Стоило ли ради десяти минут дуть в рог и собирать всех сотников. Кстати, вместе с моей знакомой их собиралось тридцать. И тысячников как раз всего трое. Ну хотя бы выяснил размер армии его толстого гномьего величества.
– Что за омы? – спросил я сразу же, как только мы покинули дворец.
Эу одернула меня и торопливо оглянулась. Удостоверившись в полном отсутствии слежки и своей развитой паранойи, она зашептала.
– Не говори о них. Никогда.
– Ты расскажи, тогда и не буду.
Эу хмыкнула, посмотрела на меня снизу вверх, причем маленьким мальчиком себя почувствовал именно я, и отрицательно покачала головой.
– Спасибо, Эу, – включил я голливудского актера, – что рассказала мне об омах! Если бы не ты, то я никогда бы не узнал об омах!
– Ну-ка замолчи, – шикнула сотница на меня. – Что ты делаешь?
– Реноме о тебе умножаю на ноль. Так чего доброго и предательницей стать недалеко.
Ноздри Эу сердито раздулись, а грудь тяжело поднялась. А я вдруг подумал, если она сейчас решит вломить, то придется Прыг-скок подпрыгивать, или так достанет? Однако в тот момент, когда руки на автомате стали подниматься к лицу, чтобы защитить мою смазливую рандомную мордашку, сотник его гномьего величества заговорила.
– Хорошо. Только если начнешь что обо мне болтать, – ее рука медленно легла на рукоять широкого одноручного меча. Мда, а еще час назад она казалась мне довольно миролюбивой. – После того, как Отец ушел, какое-то время народ был един. Но постепенно гномы начали ссориться между собой, собираться фракциями, говорить о независимости друг от друга. Одной из самых больших были последователи Матери. Они чтили супругу Отца больше Создателя. Их предводительница Намберту Огнебокая и Его Величество Дриин сильно ссорились, а потом в один день омы – отделившая часть народа – ушли.
– И что, вы не пытались помириться?
– Спустя много лет… После многочисленных войн, омы попросту пропали. Мы знали примерно, где находится их город, и король отправил туда отряд для переговоров. Но он не вернулся. И четыре десятка с предводителями, посланные следом канули в пустоту здешних пещер. Больше Крепкорукий не рисковал жизнями своих подданных.
Внимание. Получено обычное задание «Тайны подземных ходов». Выясните, что случилось с отрядами Дриина Крепкорукого. В случае успеха вы заслужите расположение короля и будете повышены в звании. 
В каком это звании, позвольте полюбопытствовать? Пользуясь случаем, вытащил книгу и просмотрел страницу квестов. Нет, никаких подробных разъяснений. Ладно, поигрались, и хватит, надо сюда десант миротворческий вызывать. Открыл страницу с друзьями и чуть не застонал от досады. Опять вмешалась какая-то божественная воля Отца. Как и в Храме Вечного Упокоения ники выделены серым. Думается мне, залезть повыше в надежде, что на средстве связи появится полоска, тоже не вариант. Это что получается, так и придется выполнять квест короля?
– Ладно, пошли тогда овец искать, – обратился я к Эу. 
Прыг-скок время зря не теряла. Она уже отобрала нескольких здоровенных гно, среди которых оказался знакомый Ауран, желавший еще недавно подкормить моим худосочным телом местных червей. Причем совесть у коротышки явно отсутствовала. Он сейчас переговаривался с соседом, улыбаясь желтоватыми зубами и изредка поглядывая в мою сторону.
– Нам туда, – указала Эу в проход за дворцом. – На пастбище ведут две дороги, нижняя и верхняя.
Я заикнулся было про пастбище (под землей, среди камней), но сотница уже бодро зашагала вперед. Налетевшие на меня гно, пару раз хорошенько наступившие кованными сапогами на пятки, лишний раз промотивировали догонять спутницу. 
Мы двигались довольно быстро, минуя резкие низкие повороты, взбираясь вверх по крутому склону. Внезапно перед нами выросла широкая площадка с воротами, каким-то чудом втиснутыми в узкий ход тоннеля. Видать, немало пришлось тут гно поработать, борясь с упрямым камнем. По бокам ворот были проделаны отверстия, в которые высунули свои острые носы заряженные баллисты. На стенах у самых бойниц поглядывали куда-то вдаль рядовые бойцы (это я понял по отсутствию наплечников) с арбалетами. Нас приветствовал рослый даже для местного люда десятник, опираясь на двуручную секиру с чуть укороченным древком.
– Эу, – кивнул он моей спутнице, – нас уже меняют?
– Нет, Барбадух. Мы на пастбище. Как там?
Десятник недоверчиво посмотрел на меня, но все же на вопрос вышестоящего чина ответил.
– Пока все тихо, но вчера, ближе к вечеру, со стороны прохода слышался странный шум. А сегодня мы нескольких овец недосчитались.
– Слышала, – кивнула Эу. – Вот мы и посмотрим, открывай ворота.
Барбадух едва кивнул своим солдатам, внимательно слушающим каждое слово и замершим в ожидании, как те бросились отодвигать тяжеленный засов. Проржавевшие петли заскрипели, стоном прокатившись по сводам тоннеля, и в лицо ударил свет. Нет, не тот, яркий солнечный, а какой-то приглушенный, но после привычной темени заискрившийся тысячами лучиков.
– Будьте осторожней, – сказал нам вслед десятник.
– Барбадух, я не первый раз спускаюсь на пастбище. Хватит попусту сотрясать воздух.
При этих словах гно-переросток покраснел, а все воины, включая его собственных подчиненных, звонко расхохотались.
– Его полное имя Барбадух Ветрогон, – пояснила Эу. – Так пошло, что у них в роду определенные физиологические особенности. Еду плохо переваривают.
Она говорила еще что-то, но я почти не слышал, увлеченный видом на пастбище. Острые пики скал были покрыты клочками сочной изумрудной травы, беспокойная речка бурлила далеко внизу, белые, чуть шевелящиеся пятна, изредка блеяли и переходили-перескакивали с камня на камень. Пастбище походило на необъятный, давно умерший вулкан, где вместо застывшей магмы вдруг оказались куски разбросанной, но плодородной земли. По всей видимости, днем солнце здесь проходило полный круг, через прореху в горе давая траве силу, ночью наступала пора речки питать упрямо растущую зелень, застилая пастбище легким туманом испаряющейся влаги, что капала с выступов и утесов. 
Эх, выбраться бы наверх. Правда, сдается мне, тут не каждый альпинист справится. А я так вообще буду лететь голова-попа-голова-попа, пока не превращусь в мясной рулет. Хотя и то польза – овцам с баранами будет разнообразие в рационе. Высоко, конечно, тут, метров пятьсот-шестьсот, а по ширине пастбище и того больше в несколько раз. Мда, подписался я незнамо на что. Ищи теперь иголку в стоге сена.
– Сотник! – один из камней у травы вдруг вскочил на ноги и поклонился Эу.
Я с удивлением рассматривал гно, в каких-то серых обмотках и с длинной палкой в руках. Ничего необычного – гном, как гном. Разве что худой, да переднего зуба не хватает. Значит, это так у нас выглядят подземные пастухи.
– Как тут?
– Тихо, милостью Отца, – отозвался гно, но вид у него был встревоженный, я бы даже сказал, испуганный. – Но Лубфел жаловался, что вчера внизу, у самого прохода, слышал какие-то звуки.
Эу кивнула, будто гно подтвердил ее мысли, и подозвала пару арбалетчиков. После коротких наставлений парни двинулись вперед, хотя по их походке было видно, что им это не доставляет ровно никакого удовольствия. Я же чувствовал себя в относительной безопасности. Конечно, гно это не мой храбрый Хло, но толпа вооруженных невысокликов тоже неплохо.
Мы спустились по горной тропке, пройдя перепутье. Позади осталась относительно ровная дорога, ведущая ко вторым воротам, а впереди, ловко ныряя вниз и спеша к ручью, виднелся проход между камнями. Теперь движения отряда стали нарочито медленными и осторожными. Арбалетчики подняли оружие, готовясь пустить болт в неведомого противника, который сейчас вдруг ринется на них. Я тоже на всякий случай взял лук и вложил стрелу в тетиву. Чего там нас ожидает за поворотом?
Сначала я услышал свист болта. Впереди что-то лязгнуло, видимо, гно попал в цель, точнее в доспех, а потом произошло странное. Та часть отряда, что уже успела зайти за поворот, точно застыла: кто изумленно, кто в страхе, раскрыв рты. Они напоминали героев, внезапно увидевших Медузу Горгону. Оставшаяся часть десятка стала спешно отступать назад, ничуть не думая спасать своих товарищей. Я же замер ровно посередине, в вечном вопросе куда броситься: к умным или красивым. Пока мой бедный мозг разрывался, на дороге показался медленно и уверенно шагающий к своей добыче гном. В правой его руке был зажат меч, а в левой горел черным пламенем посох с прозрачным кристаллом. И все бы ничего, но судя по разложившемуся лицу, этот гном умер много лет назад.
 
***
 
Москва, башня «Эволюция», конференц-зал компании Verravia Corporation 
 
– …Утрачен полный контроль над игрой, – прочитал последние строчки своего отчета плотный высокий мужчина с ежиком и, проведя рукой по колючей голове, сложил листок вдвое.
Он еще раз оглядел собравшихся – пятерых воротил игрового бизнеса, начинавших когда-то студентами, не надеясь на реальное обогащение от своего общего увлечения. Они до сих пор были вместе, но не из-за крепкой дружбы, а страха остаться в одиночестве. Взвод личной охраны, бронированные автомобили, огороженные коттеджи с высоким забором и колючей проволокой – ничего уже не могло вернуть им спокойный крепкий сон. Страх предательства давно въелся в разум каждого. И чем богаче они становились, тем сильнее боялись.
– Спасибо Грише с его светлой идеей отдать питание, управление серверами и базами данных центральному ядру игры, – зло глядел из-за впавших глазниц один из пяти. – «Мы первые, кто применит технологию квантовых компьютеров с четвертичной логикой, чтобы игра осознала себя как личность», – передразнил он компаньона.
– Если бы не один умник, который решил, что сервера нужно поместить в полностью изолированный бункер с реактором холодного синтеза, – ловко парировал Григорий Иосифович. Он специально зашамкал ртом, пародируя только что говорившего. – «А то там такие деньги, вдруг кто отжать попробует». Теперь жди, придурок, когда автоматические замки откроются через десять лет. Если доживешь.
– Захар, Гриша, сейчас не время грызть друг другу глотки. – Прервал их спокойный голос жилистого старика во главе стола. – Пашенька, новостей про этого Кирилла нет?
– Пока нет, – ответил «Еж». – Все шерстим, Михаил Геннадьевич.
– Шерстите, шерстите. Авось что и выгорит. Хотя и «Миротворцы» тоже молчат. 
– У тебя там свой человечек? – наклонился вперед на тревожно затрещавшем кожаном кресле толстый, с редкими волосами, причесанными набок, старик.
– Есть, Эльдар, конечно есть. Не могу же пустить все на самотек.
– Может, этих «Миротворцев» завалить? – добродушно предложил пожилой бугай.
– Дима, давай всю столицу завалим тогда. Ты читал сводку о новом альянсе?
– Читал, конечно. Но сам знаешь, отруби змее голову…
Павел напрягся, неужели и правда опять на мокрое подпишут? Само собой, не ему лично, начальнику службы безопасности руки марать, но все равно неприятно. Не из-за человеколюбия, Еж давно перестал чувствовать по отношению к окружающим какие-либо эмоции. Просто придется опять со стороны кого нанимать. В своих пацанах Павел хоть и был уверен, но привлекать их к зачисткам не любил. Только если время сильно поджимало.
– Дима, боюсь, там такой Змей Горыныч вырос, что даже не о трех головах, – вкрадчиво поделился Михаил Геннадьевич. Он вообще был весь такой спокойный, рассудительный, увидишь на улице одного – не дед, а божий одуванчик. Однако Павел знал, насколько обманчиво это впечатление. При желании любому яйца на кулак намотает. – Прощелкали мы момент. Надо было жестче действовать, намного жестче.
– Так давай…
– Поздно, уже поздно. Теперь нам придется взвешивать каждый шаг, каждое действие.
– Но мы же до сих пор владеем информацией, – вмешался Григорий Иосифович. – У нас есть лазер. У нас есть лояльные кланы. Еще часть мы можем просто купить.
– И мы все это сделаем, – кивнул Геннадьевич. – В свое время. Но четыре объекта прошли через лазер и половина из них… умерли. А те, кто остались, не подчиняются. Представляете, что будет, если информация просочится в СМИ?
– Все из-за этого молокососа, – скривился Захар.
– В том числе. Поэтому нам надо подумать, как максимально усложнить ему жизнь. Понимаете?... Э, Пашенька, скажи Верочке, чтобы чайку нам заварила. С бергамотом и мелиссой. Мы с ребятами тут надолго… Ну что, дорогие мои, сначала подумаем над экономической блокадой?
Третий народ
– Эу! Эу! – я затряс окоченевшую сотницу.
Мертвый гном медленно приближался. Он вообще не торопился. Переваливался с ноги на ногу, будто каждый шаг давался ему с трудом. Доспехи сходились и расходились, обнажая его мертвую, обвисшую плоть. Пустые глазницы горели серым пламенем, обжигая надбровные дуги.
– Эу! – последний раз толкнул я Прыг-скок и, рванув вперед, кувыркнулся и проскочил перед мертвяком.
Вырвавшись из тесноты прохода, я оказался на просторной площадке. С одной стороны здесь растекалась вширь речка, с другой виднелся еще один тоннель, видимо, через который и пришел мертвяк. Света тут почти не было, единственным ориентиром служили полыхающие глаза зомбака да кристалл на посохе.
Мои кульбиты не остались незамеченными. Неупокоенный важно повернулся, вытянул вперед меч и пошел к новой цели. Я с тревогой смотрел на будущее, а будущее с тревогой смотрело на меня. Надо было быстро что-то предпринимать. Нырнуть в тоннель? Не факт, что там не встречу корешей мертвяка. Броситься в речку? Тоже вопрос, куда она вынесет. Драться?
С моим девятнадцатым уровнем будет выглядеть довольно забавно. Впрочем, есть одна мыслишка. Я подождал, когда гном почти подберется на расстояние удара и, еще раз кувыркнувшись, ушел в сторону. Отбежал подальше и стал размышлять.
Мертвяк медленный, очень медленный. Если не подпускать его близко, то с моей Скорострельностью, может быть, что и получится. Ну-ка попробуем. Лязг! Стрела отскочила от доспеха. Лязг! Лязг! Кхрр! Древко ушло наполовину в тело зомбака.
– Агрх! – взревел неживой, впрочем, на скорости его атак это никак не отразилось. Лишь кристалл на посохе вспыхнул, а мою грудь обожгло.
Я потрогал горячий амулет. Так вот в чем дело! Он использует ментальную магию, поэтому весь отряд покорежило. И плевать, что мертвяк медленный, он может спокойно подойти к замершему противнику и нарубить в капусту. В голове скрипели шестеренки, а руки знай – делали свое дело.
– Агрх! Агрх!
Шаг влево, подсаживаюсь под свистящим мечом отбегаю за спину гному. Кто ты там?
Гном-лич, уровень 43. 
Ого, это ж сколько тебя, собака страшная, бить? 
Получен талант Скорострельность, уровень 11. 
И то дело. Мертвяк уже представлял собой утыканное булавками (в моем случае стрелами) папье-маше, будто ему к груди прицепили ощетинившегося. А я еще и еще подбавляю. Даже в раж вошел. Так близко подпустил гнома, что он чуть мне ухо мечом не оттяпал. Резко перекувыркнулся, аж в голове отдало – она же у меня еще раненная, а тут заставляют заниматься общей физической подготовкой – и отскочил.
Эх, тут бы броню твою пробить. Кстати, у меня же есть такой талант. Если не ошибаюсь, привязан к Залпу. Достал две стрелы и вложил в тетиву. Стрелять так неудобно, разброс довольно большой – целишься в глаз, попадаешь в шею – но это мой шанс.
Раз, два, три, четыре, пять, шесть… Стреляю и считаю попытки. Почти все неудачные. Редко когда острие вопьется в мертвую плоть, найдя свободное местечко в сочленениях доспеха, но и то хлеб. Минуты три бегаю и отрабатываю новую тактику, пока наконец Дита не смилостивилась.
Получен талант Шквал, уровень 2. 
Ее божественный голосок придает сил. Мне даже кажется, что лич стал медленнее. А может, и выдаю желаемое за действительное. Тело мертвяка разорвано в нескольких местах стрелами и кровоточит, если можно так сказать, тягучей темной жижей. Черная кровь неупокоившегося заливает площадку, но я теперь аккуратен как никогда. Стреляю, хотя пальцы уже ноют от усталости, левый локоть болит от напряжения, а глаза заливает пот.
Получен талант Шквал, уровень 3. 
Получен талант Бронебойность, уровень 2. 
Понимаю, что даже не осознаю, сколько прошло времени. Десять минут или полчаса? Лок его разберет. Мои действия отточены до автоматизма. Удается сделать в среднем двенадцать выстрелов, потом кувырок или, если зазевался, уход от удара. Очередное сближение с мертвяком…
Получен талант Уклонение, уровень 2. 
В голову приходит дурная мысль – может, и правда таким образом покачать Уклонение? Ага, только если не повезет, то содержимое черепной коробки окажется разбросано по подземелью. Нет уж, тише едешь – живее будешь.
Только задумываюсь, что с туповатым зомбаком можно будет повысить Бронебойность до четверки, как Дита огорошивает.
Вы убили гнома-лича. 
Искра выпила душу врага. Наполнение Искры 1/10 
Внимание! Достигнут двадцатый уровень. 
Напоминаем, что вы до сих пор не выбрали класс игрока. При достижении тридцатого уровня класс будет выбран автоматически, исходя из ваших талантов. 
Внимание! Достигнут двадцать первый уровень. 
Внимание! Достигнут двадцать второй уровень. 
Внимание! Достигнут двадцать третий уровень. 
Внимание! Достигнут двадцать четвертый уровень. 
Внимание! Достигнут двадцать пятый уровень. 
Я даже пожалел, что когда-то отключил уведомление о количестве опыта. Ради спортивного интереса, сколько сейчас за раз получил? Шесть уровней как с куста. Оно, конечно, понятно, лич был меня в два раза сильнее.
Поблагодарил Отца, раз уж мы в такой религиозной локации, что мертвяк был похож на живых почти всем, в том числе наличием походного мешка. Так что копаться в осклизлых вонючих внутренностях не пришлось. По-хозяйски заглянул внутрь и начал извлекать на свет, точнее полумрак пещеры.
Древко от ментального посоха 
Урон 8-19 
Вес: 3 кг 
Мда, по сути, рухлядь рухлядью. Но во мне заговорил какой-то старый дед: «Возьми, Кириллушка, авось пригодится в деле ратном». Ну ладно, запас карман не тянет. Если что, выбросим или на растопку пустим.
Сапоги Мертвеца 
+ 3 к Оглушению 
Уровень брони: 40 
Вес: 12 кг 
«Посмотри, что на моих ногах, посмотри в каких я сапогах», – всплыли в памяти строчки. Песня хорошая, одна из лучших у «КиШа», а обувка так себе. Меня отпугивал вес и непонятный талант. Сдается мне, стоят эти чоботы не так уж и много – подсвечены серым, значит, не редкий и не уникальный шмот, к тому же, не буду же бегать по городу и думать, кому их впарить. Идем дальше.
Меч Убиенного 
Урон 68-236 
+ 4 к Рассечению 
+4 к Открытой ране 
+ 2 Обезглавливанию 
+ 1 Оглушению 
Вес: 4 кг 
Ого, страсти какие – Обезглавливание, Открытая рана. Чувствую весело там у бойцов ближнего боя. Взял за рукоять длинный меч и с сомнением сунул в мешок. Войдет ли? Ничего, влез как миленький – сработали магические условности игры. Интересно, а если шкаф попытаться впихнуть? Ладно, не о том думаю.
Высохшее сердце гнома-лича 
Для получения сведений необходима профессия Алхимик. 
Ингредиент, значит. Тоже неплохо, судя по всему, веса в нем вообще никакого. Надо взять. Подобрал девять монет золотом и еще раз обшарил мешок. Вроде, ничего. Спасибо этому гному, мы пойдем к другому.
Меня кто-то уверенно взял за локоть. Что называется, была бы матка – выпала. Однако удара не последовало. Повернулся – передо мной удивленная и испуганная Эу.
– Это ты его?
– Ну не папа же римский.
– Римский Отец? – переспросила она.
– Сложно нам будет с таким разным культурным уровнем. Ты лучше скажи, это же не ом?
– Нет, – покачала головой Эу.
– Тогда какого рожна вы не сказали, что у вас тут по неведомым дорожкам такая прелесть бродит?
Прыг-скок отвела взгляд в сторону, но ничего не ответила. Видно, что знает. Говорить ей нельзя? Придется с Величеством перетереть на эту тему. А то выход из подземелья как-то усложняется. Вместо этого гномиха посмотрела прямо в глаза, отчего я смутился, и выдала.
– Спасибо, что спас меня и моих людей.
Ваши отношения с Эу Прыг-скок улучшились. Теперь вы Знакомые. 
Получено звание «Истинный Спаситель». 
Отношения с альянсами-протагонистами улучшаются на два уровня. Отношения с альянсами-антагонистами ухудшаются до следующего уровня. 
Все, короче, прощайте контрабандисты. Теперь в нули вышли. Ни скидки на снаряжение, ни репутации. Похоронено все моими благими намерениями. С другой стороны, кто знает, как отнесся бы ко мне король, узнай, что я бросил в беде его сотницу?
– Госпожа, там трупы овец, – вмешался один из ее крепышей.
Он повел нас к дальнему тоннелю у площадки, из которого и пришел сюда мертвяк. У самого входа валялась пара обглоданных до основания туш. Я с удивлением разглядывал следы зубов за костях. Судя по всему, лич был голоден. Очень голоден. 
Задание «Ох уж эти гноооомы» изменено. 
Вернитесь к Дриину Крепкорукому и расскажите, что случилось с овцами. 
Что с ними случилось… Остались рожки да ножки. Но это все лирика. Больше прочего меня пугали сначала умершие, а потом вдруг ожившие гномы. Это что еще за пердомонокли такие? Об этом никто не предупреждал. И самое противное, сдается мне, что чем дальше в тоннель, тем толще зомбаки. А идти надо будет именно туда.
– Давай двигать обратно, – сказал я Прыг-Скок.
– Собираемся обратно, – крикнула она своим.
Гно столпились вокруг несчастного дважды убиенного – один раз, судя по следам разложения, месяцев шесть назад, а второй уже сегодня – а один самый отважный беззастенчиво забирал сапоги. 
– Госпожа, надо сжечь… этого, – указал он на мертвяка. Ну хоть не меня, и то достижение.
– Он восстанет? – спросил я.
– Да, через день, может, через два. Станет намного слабее, но меч все равно держать сможет. Надо бы сжечь, – повторил он.
– Это лишнее, души в нем уже нет.
Эу с воином недоуменно уставились на меня, а я спокойно полез в мешок. Насколько помню, Дита говорила что-то о поглощении души Искрой. Сейчас и проверим.
Стоило вытащить наружу частицу умершей мантикоры, как десятки рук взметнулись вверх, закрывая привыкшие к темноте глаза. Да, вышло и вправду ярковато. К переливанию Искры добавились новые расцветки, и само мерцание стало мощнее.
Искра 
Поглощено душ 1 
Необходимо душ для трансформации 9 
Ничего себе. Получается, частица мантикоры души трескает, как прожорливый испанец хамон. Даже представить трудно, что будет, когда это нечто наберет полную силу. Впрочем, какие варианты? Это там, в реальном мире, можно было бы попросту наплевать на данное слово и оставить где-нибудь Искру. Но боюсь, в «Верравии» игровые законы меня очень и очень накажут. В лучшем случае устроят какую-нибудь материализацию пятилитровой клизмы, в худшем же…
Дал слово, так держи его до конца. Нечего было трепаться и болтать, надеясь найти лазейку, не желая выполнять данное обещание. Теперь поздно трепыхаться, отыграть назад не получится. Мантикора помогла мне. Пропустила к артефакту и передала Искру. А то, что инструкция не прилагается, так извините. Не в фирменном магазине брали.
Я убрал своего кота в мешке именно туда, где ему надобно находиться, и, подслеповато щурясь, кивнул Эу.
– Пошли опять до короля. Разговоры разговаривать, думы думать.
 
И вновь продолжается бой, и сердцу тревожно в груди, и Дриин такой молодой, и свежий мертвяк впереди… Если бы попросили в двух словах описать то, что творилось во дворце, то я бы ответил примерно так. Спасибо комсомольской молодости отца и его же любви в подвыпившем состоянии напевать. Короче говоря, знал я советский репертуар назубок. Дурачье, вот что надо было петь в «Хрипящем Единороге».
Король гно внимательно выслушал мой отчет о проделанной работе. Само собой, я немного приукрасил. Выходило, что мертвого гнома одолел без особого напряга, ибо что? Правильно, аз есмь посланник Отца. Эу благоразумно молчала. Кстати, так и не выяснил, она была в состоянии оцепенения или все видела и понимала. Если тут задействован такой же принцип ментального восприятия, что при общении с наместницей, то Прыг-скок все осознавала.
Далее Его Величество зашептался с тысячниками. Причем шушукался так долго и бурно, жестикулируя и брюзжа слюной, что напрягаться начал не только я, но и все сотники, собранные в зале.
Вообще у меня получилось навести шороха. Как понял, рог вызова был у каждого сотника, но его применение без веского повода довольно строго каралось, вплоть до понижения в звании. А тут два вызова в один день. От одного и того же воина, вернее, воительницы. И судя по взбудораженному состоянию его величества, второе пришествие сотников во дворец тоже было оправдано.
– Ты славно послужил мне и всем гно, – наконец отозвался Дриин. – Как ты видишь, мои люди беспомощны перед мертвецами. Те используют какую-то коварную магию, против которой мы ничего не можем сделать. Раньше они не совались на пастбище, а мы не ходили в тоннели, но теперь все изменилось. Они посягнули на нашу землю… Я не вижу причин не верить тебе. Ты истинный посланник Отца. Поэтому я прошу тебя помочь в борьбе с мертвецами.
Задание «Ох уж эти гноооомы» выполнено. 
Внимание! Достигнут двадцать шестой уровень. 
Получено 10 золотых. 
Получено обычное задание «Ох уж эти гнооомы». Мертвецы стали беспокоить поселение гно. Убейте пять гномов-личей в ближайших тоннелях, примыкающих к пастбищу. В качестве доказательства принесите Дриину пять высохших сердец. 
Почему и нет. Мне в любом случае надо выбраться наружу, а путь туда лежит через злополучные тоннели. Тем более была у меня одна готовая тактика. Правда, для этого придется вытягивать мертвяков к площадке у реки, чтобы было пространство для маневра. Но тут не попробуешь – не узнаешь. Интересовало другое.
– Ваше Величество, а может, вы расскажете, откуда эти мертвецы вообще взялись?
Вопрос Дриину доставил столько же удовольствия, сколько запустившему свои зубы сладкоежке вид работающей бормашины. Но к моей радости, король почмокал губами и начал говорить. 
– Когда единый народ распался, мы долгие годы жили во вражде. Мы, гордые гно, отстаивали слово Отца, своенравная Намберту настаивала на воле Матери, а глупый Клойл уговаривал обратить взор на Перворожденных. Каждый старался завладеть Средоточением, главным подземным святилищем. Оно давало нам доблесть и силу, волшебницам Намберту – возможность совершать самые могущественные заклинания, а разведчикам и лазутчикам Клойла – невероятную ловкость и проворство. Кто владел Средоточием, тот превосходил других. Но тому приходилось воевать на два фронта.
– И вы постоянно выбивали друг друга оттуда, – догадался я.
– Верно, – кивнул Дриин. – В тот день мы атаковали вместе с Намберту. Не сговариваясь, просто так совпало. Клойл должен был отступить к своему поселению, Аверагу, но он… взмолился своим богам, детям Отца и Матери, Перворожденным. Он призывал всех и каждого, клянясь в вечной верности.
– И кто ему ответил?
– Тайнори, Бог Смерти. Он принял жертву Клойла и его подданных.
– И они обрели бессмертие, – ахнул я.
– Да, мы проиграли ту битву. Сложно сражаться с врагом, который восстает после смерти и вновь берет в руки топор. Мы навсегда потеряли Средоточие.
Получено редкое задание «Отбейте Средоточие и продержите его в руках гно хотя бы сутки». 
– Более того наши погибшие воины вставали под предводительство Клойла. Так появились эти мертвые колдуны, против которых мы бессильны. Когда-то они были умершими подданными Намберту, а теперь стали непроходимым препятствием. У нас против них лишь баллисты у ворот, но вглубь тоннелей мы не суемся. Я даже не уверен, живы ли еще омы. Третий народ вытеснил нас отовсюду.
– Ну вообще-то, Ваше Величество, вот с этого и надо было начинать, а не сказки про овец сочинять.
Если честно, на душе было гаденько. К примеру, я уже догадывался, что случилось с многострадальными отрядами Дриина. Для этого необязательно было становиться нобелевским лауреатом или гением дедукции. Все тоннели заполнены мертвецами, на фига вообще засылать бедняг на разведку? Проще сразу меч к горлу. Тогда хотя бы не присоединятся к неупокоенному воинству.
– Ладно, общая ситуация ясна, - подытожил я. – Не все, конечно, безоблачно, но хотя бы понятно, с кем имеем дело. Я тогда могу идти?
– Конечно, – кивнул Дриин. – Но я бы не советовал сейчас соваться в тоннели. Ночь – время мертвецов.
– А как вы понимаете, когда ночь, а когда день?
– Когда лучи солнца уходят с пастбища, овцы сбиваются в кучу и от реки поднимается туман, значит, пришло время ночи.
Ну да, логично. У них вся деятельность привязана к животноводству. Почти как в деревнях: петух закричал, вставать пора.
– Тогда пережду ночь. Где кости-то можно кинуть?
– У Блойби Четырехпалого, покажешь ему вот это.
Король снял один из многочисленных перстней, украшающих его пальцы, и кинул мне. Я внимательно осмотрел массивную золотую печатку с выгравированным кулаком, устремленным вниз, точно бьющим кого, и покачал головой. У меня с пальца будет точно спадать, придется держать в инвентаре. Магический предмет-то?
Перстень короля «Дриина» 
Предъявителю скидка на покупку в магазинах гно 15%, скидка в королевских тавернах и питейных 30%, бесплатный ночлег в любом королевском постоялом дворе. 
Очень полезное украшение. В хозяйстве точно пригодится. Надел на большой палец, вышел наружу и первый раз догадался посмотреть на карту в книге. Высветилось несколько точек, которые открылись, когда Эу вела меня из подземелья, куда я телепортировался. Так-так, есть. Незамысловатое название «У Блойби» в трех кварталах ниже от дворца. Направим свои стопы туда. Заодно и с хозяином поболтаю, может, у него будет ответ на один из самых важных вопросов, который родился у меня после убийства гнома-лича.
 
***
 
Москва, башня «Эволюция», кабинет одного из соучредителей компании Verravia Corporation , Гурьева Михаил Геннадьевича. 
 
– Михаил Геннадьевич, можно? – сунул он стриженую голову в проем двери.
Шеф сидел в полной темноте, лишь слабый свет светодиодной ленты, встроенной по периметру потолка, тускло освещал его согбенную и крохотную фигуру. У Ежа даже возникло подозрение, что старик умер. Вот так просто и обыденно. В тот момент, когда судьба не только всей корпорации, но тысячи людей зависела только от него, шеф откинулся…
Но нет, по телу пробежала мелкая дрожь, видимо, Геннадьич лишь задремал, и раздался тихий щелчок включателя. Большая золоченая лампа с зеленым стеклом загорелась, озарив в момент собранное худое лицо шефа с хищными глазами. Настоящее лицо, а не тот деланный образ, который видели все остальные. Но еще пара секунд, и в полутьме заскользила улыбка, а Геннадьич вновь стал приторно сладким.
– Это ты, Пашенька, заходи. Я тут задремал. Старость не радость, организм не тот уже, – он жестом показал на место за длинным столом возле него. – Это раньше сутками пахал и ничего.
Он замолчал, всем своим видом показывая, что прелюдия закончена и пора переходить к делу.
– Я тут нарыл кой-что, Михаил Геннадьевич, – положил перед собой тоненькую папку Еж.
– Неужели ушлепка нашего нашел? – всплеснул руками шеф.
– Какого из них? – растерялся Еж.
– Кирилла, естественно. Второй нам на хрен не нужен.
– Нет, ни того, ни другого, – покачал головой начальник охраны.
– Так что ты мне мозги компостируешь? Говори тогда, что пришел.
– По поводу турнира лучников, на который подал заявку объект.
– Ну? – удивленно спросил Геннадьич.
Вместо ответа Павел открыл папку и протянул ее шефу. Тот внимательно уткнулся в бумажки и забегал глазами. Босс, несмотря на большую осведомленность в вычислительных машинах, предпочитал работать с бумагами. Еще он любил крепкий, почти из одной заварки, черный чай с сахаром и лимоном, молодых длинноногих глупышек, кочующих толпами из модельных агентств, и фанатично преданных людей. Поэтому и взял к себе Павла, не посмотрев на бывшую судимость, сначала охранником, потом телохранителем, а уже после начальником службы безопасности, фактически правой рукой. Он видел в Еже то, что не заметили за всю жизнь родители дома, учителя в школе, преподы в ПТУ, смотрящие на зоне – потенциал, цепкий ум и желание нагнуть весь этот ненавистный и оскотинившийся мир. И даже позволял, в разумных пределах.
– Это же замечательно, – поднял глаза Геннадьич. – Кто придумал?
– Когда этот турнир придумывали, один из отдела программирования прописал скрытый скрипт. Когда мы еще могли немного влиять на игру. Я с начальником их отдела общаюсь, вот он и напомнил. 
– Чуть такой козырь не просрали. Но как ты думаешь, сработает?
– Я тут взвесил все, Михаил Геннадьевич, подумал. Опять же, со специалистами посоветовался. Должно.
– То есть, если Кирилл всплывет, то мы знаем, где он в конечном итоге окажется. Остается подготовиться.
– Снова нашего зашлем?
– Нет, система теперь отторгает любое вмешательство. Лазер в том числе. Придется работать извне. Через кланы. Ну ладно, это я сам. Ты знаешь что… подготовь мне на всякий случай досье на всех, кто близко общается или общался с пацаном этим. Хорошо?
– Хорошо, Михаил Геннадьевич. С особыми пометками?
Шеф немного помялся, раздумывая, готов ли он пойти на крайние меры или нет, но в итоге кивнул.
– С особыми пометками, Пашенька. С особыми пометками.
Корона подземного короля 
– Вон там комната, – рыжий Блойби махнул рукой в сторону каморки под лестницей. Нормальные апартаменты, прям почувствуй себя Гарри Поттером.
Учитывая, что ростом я был побольше гно, представляю, в каком скрюченном состоянии придется спать – эмбрионам и не снилось. С другой стороны, зато бесплатно.
– Еще вопрос, мне бы наставника для лучников. Не знаешь, где такого поискать?
Блойби задумчиво почесал свои роскошные длинные усы, раздумывая, помогать мне или нет. Оказалось, что печатка короля открывает, конечно, двери в некоторые заведения, но не дает лояльного отношения местных. А Блойби, я не скажу, что особо понравился.
– Попробуй сходить к Глостеру. Он когда-то промышлял охотой в лесах Тойрина. А зачем тебе?
– Да мне тут по пещерам вашим надо побродить, вот думаю, кто бы поднатаскал.
Блойби неодобрительно покосился на меня, но ничего не ответил. О моей скромной персоне уже знал весь город – некоторые на улицах тыкали пальцем, другие демонстративно отворачивались, третьи с осторожным любопытством поглядывали, спешно отводя глаза, стоило мне повернуться. Скажем так, популярность своим неожиданным появлением я заработал, а вот почет и уважение прошли мимо.
– Еда, – поставил передо мной тарелку с мясом и овечьим сыром хозяин постоялого двора, после чего, не задерживаясь, сразу ушел.
О, тут еще и кормят, неплохо. Вкус был так себе, да и мясо оказалось жестковатым – до Эдегара им далеко – но хоть что-то. Не успел я полностью насладиться плохеньким ужином, как рядом скрипнул стул, и чья-то рука легла на плечо.
– Послушай, парень, я слышал, ты собрался в пещеры?
Передо мной сидел сутулый гно, с проплешиной на макушке и куцей черной бородой, навроде молодого диакона, только-только закончившего семинарию. Не сильно старый, но и не молодой, судя по шрамам на лице, повидавший разное и не всегда хорошее. Воин, сразу заключил я, хотя ни оружия, ни доспехов у незнакомца с собой не было.
– Собрался, – кивнул ему.
– Я тоже раньше ходил, кишу добывал, пока мертвецы все тоннели и пещеры не заняли. – Он помолчал, но видя, что я не задаю вопросы, продолжил. – У меня дело к тебе. Один я туда больше не сунусь, жизнь дорога. Но вот ты… ты все равно туда отправляешься. Если найдешь амулет, на золотой цепи с маленькой гно внутри, принеси его мне. Обронил я его, теперь места не нахожу.
Получено обычное задание «Амулет Борга». Принесите Боргу амулет, который он потерял в пещерах и получите редкое умение. 
Какое это редкое умение? Надо бы сразу выяснить.
– Послушай Борг, а что мне будет, если я принесу тебе амулет?
– Денег у меня не так много, но вот знаю я много чего. К примеру, могу показать несколько редких ударов секирой. Таким нынче нигде не учат…
Ага, очень нужны лучнику скиллы на топор.
– А еще что-нибудь?
– Топоры метать, а? В молодости я был большой мастак.
– Посмотри на меня, где я, где топоры.
– Ну или… не знаю, интересно ли тебе это. Я два года учился у мастера Орлига Слабоглаза рунному искусству. Могу и тебя выучить, чтобы худо-бедно читать мог.
Ну вот это уже интереснее, а то все секиры да топоры.
– Хорошо, если найду твой амулет, то принесу.
Ваши отношения с Боргом Крушиголовым улучшились. Теперь вы Знакомые. 
– Спасибо, эээ.
– Крил, – представился я.
– Спасибо, Крил, – он с такой силой затряс мою руку, что рисковал получить к своей фамилии еще и прозвище Пальцеломатель.
Мы посидели еще немного. Борг оказался парнем разговорчивым. Болтал о своей прошлой жизни, о проклятой жене, которая ушла вместе с Намберту и забрала их маленькую дочурку с собой. В память о ней у Крушиголового остался лишь медальон, о котором и шла речь. Борг ходил вместе с отрядами короля пробиваться к Средоточию, в желании быть поближе к омам, точнее дочери, но постепенно в его душе рос страх. Он видел, как боевые товарищи, падшие в тоннелях, встречают отряды гно с мечами в руках. А в их мертвых глазах нет ни тени сожаления, печали, тревоги. Войско мертвецов росло, а гно, как, наверное, и омов, становилось меньше.
Борг оставил службу, занявшись промыслом кишу или киша, какого-то местного подземного существа вроде мокрицы. Сок его использовали в лечебных бальзамах, а хитин в кровле крыш. Но в последние времена и киша стало все меньше, а уходил он все дальше, туда, где водились мертвецы.
Из всего рассказанного я выяснил один очень важный факт – гно долгожители. Они все являлись свидетелями событий, которые произошли много лет назад. Это раз. Два – как ни странно, но гномы разделились по гендерному признаку, что называется, мальчики налево, девочки направо. Одни чтили Отца, другие Мать. Те же, кто не определился, либо был не согласен с существующими порядками, ушли за Клойлом и стали основой для мертвого воинства.
Третий момент – выход из подземелий находится в стороне, куда ушли омы. То есть мне не надо будет пробиваться через всех зомби Верравии. Уже неплохая новость.
Плохо было то, что Борг постоянно подпитывал себя элем – тоже вопрос, как его гно здесь производят, – и на рассказе про коварство Намберту попросту уронил голову на стойку и захрапел. Мне тоже невероятно хотелось протиснуться в предоставленную каморку, но надо было пройтись до мастера-лучника.
 
Иерархию расположения домов Бампаса я выяснил довольно скоро. Если упростить – чем выше здание к дворцу, тем более влиятельный гно в нем живет. Исключение составляли домики у речки, через которую я проходил, выбравшись из тронного зала Отца. Все отребье, а было здесь и такое, жило с третьей, юго-восточной стороны. Лестницы, ведшие сюда, лишились множества ступеней, редкие фонари горели, остальные были либо побиты, либо выдраны с корнем; стража, бодро маршировавшая в других районах, редко сюда спускалась. Прямо на улицы выливались нечистоты, в воздухе царил смрад, а население выглядело весьма непрезентабельно. Прямо такое гетто для гно. И как это всегда бывает, мастер-лучник жил именно здесь.
Я сверился с отметкой на карте, которую оставил Блойби, и подошел к нужному дому. Несмотря на поздний час внутри горел свет, что придало мне оптимизма.
– Заходи, – крикнул скрипучий голос, стоило только поднести кулак к двери. – Еще с верхней лестницы слышу, как ты идешь.
Я согнулся, а это был единственный способ протиснуться внутрь, и воспользовался приглашением. Дом походил на мастерскую сумасшедшего ученого, построенную посреди городской свалки: колеса от тележек, поломанное оружие, рассыпанная куча угля, реторты и стол с алхимическими приспособлениями. Сдается мне, что мастер-лучник не единственная специальность Глостера.
– Приветствую, – кивнул я и ударился затылком о притолоку.
Хозяин, чумазый карлик (даже по меркам гно) в фартуке, с неравномерной всклокоченной белой бородой и неестественно черными, как смоль, усами, оценивающе осмотрел меня. Взгляд его остановился, как ни странно, на мешке, точно он проверял его содержимое, а потом скользнул по луку.
– Пришли обучиться мастерству обращения с луком? – спросил он, однако я не услышал в его тоне вопросительной интонации.
– Да, а как вы узнали?
– Лучник в наших местах большая редкость. Гно предпочитают арбалеты. Мастеров же лучников и вовсе нет. Один я. А зачем еще человеку с артефактом Отца искать старого Глостера?
– Да, вы правы, мне нужно выбрать класс.
– Я не специализируюсь на классах лучника, хотя кое-что знаю, – уклончиво ответил Глостер. – Я занимаюсь исключительно тем, что мне интересно. Было время, когда я бегал по лесам Тойрина с луком, но со временем остепенился. Увлекся алхимией, изобретательством. Я занимаюсь всем, что мне интересно. А когда добиваюсь успехов в какой-нибудь области, то берусь за новое дело…
– Это все очень хорошо, но что там про классы лучника?
– Сейчас, сейчас, – Глостер шагнул под стол. Именно шагнул, потому что с его ростом не пришлось даже наклоняться. Выудил на свет потертый журнал в мягкой обложке и принялся листать. – Вот, смотри.
Я поглядел на желтые листы.
 
Рейнджер 
Повышенная скорость перемещения в лесу и улучшенная маскировка.
Способности: 
Опутывающая стрела (снижение скорости врага). Возможность использования – не чаще одного раза каждые пять минут.
Помощь природы (восстановление в течение 10 секунд 800 единиц здоровья). Возможность использования – не чаще одного раза каждые четыре часа.
Искусство охоты (повышенный урон мобам). Пассивный навык.
Охотничий зов (призыв ближайшего нейтрального моба в качестве пета). Возможность использования – не чаще одного раза каждые двенадцать часов.
Знахарь (способность использовать лечебные травы для восстановления здоровья). Пассивный навык.
 
Лучник 
Повышенный урон, наносимый луком, и снижение расхода Бодрости при стрельбе.
Способности: 
Ошеломление (опрокидывание противника выстрелом на землю). Возможность использования – не чаще одного раза каждые пять минут.
Метка (установление метки на противнике, в которую стреляют все воины дальнего боя). Возможность использования – не чаще одного раза каждые двадцать минут.
Ярость стрелка (увеличение на 30% урона в течение десяти секунд). Возможность использования – не чаще одного раза каждые пятнадцать минут.
Беглый огонь (увеличивает шанс поражения нескольких противников при использовании таланта Шквал). Возможность использования – не чаще одного раза каждые пятнадцать минут.
Прицельный выстрел (Пробитие выстрелом любой брони и нанесение критического урона). Возможность использования – не чаще одного раза каждые тридцать минут.
 
Разбойник 
Повышенная скрытность при перемещении ночью, первый удар при неожиданном нападении всегда критический.
Способности: 
Бегство (Стреляет под ноги и отпрыгивает на десять шагов назад). Возможность использования – не чаще одного раза каждые две минуты.
Мертвец-обманщик (Притворяется мертвым, сбрасывая агро со всех монстров. Действует только на мобов). Возможность использования – не чаще одного раза каждые два часа.
Обезоруживание (При попадании с противника сбивает случайно выбранный доспех). Возможность использования – не чаще одного раза каждые тридцать минут.
Сюрприз (Возможность размещать оглушающие, взрывающиеся и разрывные ловушки). Возможность использования – не чаще одного раза каждые тридцать минут.
Соколиный глаз (В течение десяти секунд все дистанционные удары приходятся в слабые места противника. Действенно при развитых талантах Кровотечения и Изъяна). Возможность использования – не чаще одного раза каждые пятнадцать минут.
 
И вот я задумался. Так крепко, что если постараться, можно услышать, как внутри скрипят проржавевшие мозги. Рейнджера отметаю сразу. Да, звучит очень красиво, тем более я уже Друг Леса, только класс для психопатов-интровертов, предпочитающих соло на пересеченной местности. Что дальше: лучник или разбойник?
Больше всего из способностей в последнем классе мне понравились Мертвец-обманщик, Обезоруживание и Соколиный глаз. Самое крутое у лучника: Ярость стрелка и Прицельный выстрел. Зато здесь видно цельного дамагера, когда как в другом случае – полурога-полустрелок.
Ладно, если тут не получается выбрать, тогда, как учил меня Лок, будем исходить из текущей ситуации. Что мне нужно? Пробиться через подземные ходы наверх. Мысленно потрепал себя по голове и поставил галочку. Итак, примеряем способности разбойника в условиях пещер и тоннелей: Бегство – нет. Отбросит на какой-нибудь выступ – и поминай как звали. Мертвец-обманщик – да, еще как да. Только не каждые два часа. Обезоруживание – нет. Сюрприз – условно да. Соколиный глаз – да. Итого два с половиной, если заплюсовать ловушки.
Едем дальше, лучник. Ошеломление – да, Метка – в текущее время нет, Яростьстрелка – да, Беглый огонь – да, Прицельный выстрел – да. Значит все-таки, останавливаемся на этом классе.
– Я выбираю лучника.
– А я выбираю бассейн с элем, орду молоденьких гно, не старше восьмидесяти, и покои во дворце короля. Выбирает он… Хочешь класс – плати.
Ну да, чего это я? С какой радости мастеру-лучнику заниматься благотворительностью?
– Сколько?
– Двести золотых, – только и ждал этого вопроса Глостер.
Я полез за кошельком. Что для меня двести золотых? Копейки, по сравнению с ежедневным заработком. Одно но – никакого захудалого филиала имперского банка здесь не наблюдалась, поэтому приходилось рассчитывать лишь на наличные. Так-с, у меня с собой четыреста шестьдесят семь монет. Хватает.
Внимание! Вами получен класс Лучник! 
Повышен урон, наносимый луком, и снижен расход Бодрости при стрельбе. 
Это понятно, а скиллы арчеровские где?
– Способности для класса добирать будешь?
Вот те здрасьте. Сдается мне, Глостер – сын земли израильской и одновременно внебрачный брат Лебуха. Понятно, что сам класс без способностей мне ни к чему. Я постарался максимально спокойно задать интересующий вопрос.
– Сколько?
– По пятьдесят монет за каждую способность. – Сказал гно, с видом вора, за вознаграждение отдающий документы, которые сам и спер.
– Нет у меня столько денег, – мрачно ответил я. – Больше пятнадцати не дам.
– Какой ты несерьезный, даже для ветреных людей. Сорок. 
– Десять!
– Подожди, ты должен наоборот добавлять немного, и тогда мы сойдемся на середине, – удивился Глостер. – Чтобы ни тебе, ни мне…
– Десять или я ухожу.
– Давай хотя бы двадцать пять, – развел руками гно.
– Давай,  – легко согласился я и быстро хлопнул его по раскрытой ладони.
Получен талант Вранье, уровень 3. 
Получен талант Убеждение, уровень 3. 
Получен талант Торговля, уровень 3. 
Ваши отношения с Глостером ухудшились, теперь вы Недоброжелатели. 
Да вообще фиолетово, главное деньги сэкономил, а с этим хмырем-недоростком мне детей не крестить. Если уж ты решился кидать людей, то будь готов к тому, что кто-нибудь когда-нибудь кинет тебя сам. Всегда найдется человек хитрее тебя.
– Давай учи, чего стоишь?
– У каждого противника есть уязвимое место, – насупился Глостер, но принялся выполнять свою часть сделки. – Увидеть такое место легко. Враг всегда в бою ненароком старается прикрыть его. Вот если попадешь в него, то сможешь сбить неприятеля с ног.
Вы выучили способность Ошеломление. 
– Если натягивать тетиву слабо и целиться чуть выше, то стрела опишет дугу, перед тем как воткнуться в жертву. Остальные лучники в твоем отряде увидят такой знак и все начнут бить по одной цели.
Вы выучили способность Метка. 
– В каждом живет первобытный зверь. Для лучника главное – уметь управлять им. Сильно натягиваешь тетиву, наливаешься злостью, кричишь, как варвар, и зверь вырывается наружу вместе с выстрелом.
Вы выучили способность Ярость стрелка. 
– Всегда держи на виду всех противников. Не отвлекайся на одного, не подпускай никого на расстояние удара. Тогда ты сможешь отстреливаться от всех одновременно.
Вы выучили способность Беглый огонь. 
– Для начала ты должен успокоиться. Дышать нужно размеренно и неторопливо, а тетиву натягиваешь так сильно, как только можешь. Когда противник сделает неверное движение, и в сочленениях его доспеха откроется брешь, стреляй.
Вы выучили способность Прицельный выстрел. 
– А теперь проваливай. И не дай Отец тебе явиться сюда еще раз, человеческое отребье, – закончил обучение Глостер.
– Да пожалуйста, – я вышел наружу, еще раз приложившись головой о притолоку.
Посмотрел на пальцы левой руки – на каждом красовались причудливые татуированные узоры. Вкупе со скиллами Отца да знаком стаи на груди – не приведи господь мне в тюрьму попасть. По татуировкам я такой хипстер, что и часа там не протяну.
Я быстро зашагал к лестнице, желая поскорее выбраться из неблагополучного района. Не хотелось бы получить нож под ребра от какого-нибудь условного НПС-маргинала. Моя голова вращалась быстрее, чем у филина, разглядывая причудливые тени. Это меня и подвело. С малолетства всех учили – смотри под ноги, неровен час упадешь. Но слушать все начинали только тогда, когда расшибали нос или набивали шишку. Я эту науку давненько позабыл, и жизнь решила напомнить одну из простых, но очень ценных истин.
Моя нога, поскользнувшись на какой-то осклизлости, которыми здешние места изобиловали, поехала назад, я тщетно пытался балансировать секунды две, после чего благополучно грохнулся на грудь. Был бы в доспехах, так загремел на всю округу, в моем же случае лишь выпучил глаза, стараясь восстановить дыхание. Больно и неприятно. Как назло, фонарей тут не было, круги перед глазами были лишь следствием удара.
Внимание. Получено 32 урона. 
Вот ведь Дриин, мать его. Не может навести порядок в своем городе, честным людям приходится ребра ломать. Я осторожно пощупал грудь: больно, но, вроде, кости целы. Минут пять посидел, отдышался и собрался уже продолжать восхождение, как услышал тихий шорох и два голоса. 
– Да не ори ты так, услышит кто, пойдешь на корм кише… Или мертвякам.
– Не бойся, здесь нас никто не услышит. Сюда даже стража не спускается.
– Лишняя безопасность не повредит. Все-таки о короле говорим. Слышишь?
Вдали и правда раздался скрип двери, послышался шум воды, выливаемой на камни, и недовольный гул голосов из дома. Потом все стихло – хозяйка-гно ушла внутрь – и заговорщики продолжили.
– Завтра. Вечером, после смены караула.
– А кто будет охранять дворец?
– Айли Брюхочес со своей сотней.
– С ним не будет проблем?
– Нет, он наш человек. Ему тоже опротивело правление толстого Дриина. Это когда-то давно король был могучим воином, но теперь, благодаря его правлению, мы утратили могущество.
– Ты мне чего в уши льешь, новичков агитируй, я и так все знаю.
– Сколько людей у нас всего будет?
– Три сотни в городе и Айли у дворца. По команде начнутся беспорядки. А потом уже мы возьмем власть в свои руки.
– Хорошо. Тогда, как только с пастбища вернется последний пастух, и закроют ворота на ночь, начнем.
Внимание. Получено редкое вариативное задание «Корона подземного короля». 
1.Раскройте заговор и спасите жизнь Дриину Крепкорукому. Принять? (Да/Нет) 
2. Не мешайте или помогите повстанцам одержать верх. Одним из заговорщиков является Айли Брюхочес. Принять? (Да/Нет) 
Охо-хо, сходил в магазин к мастеру-лучнику. Будем рассуждать логически. Дорог ли нам король? Ага, примерно так же, как наполненная клизма. Есть одно НО. На нем завязано несколько заданий, и судя по всему, от его монаршей особы будут еще квесты. Вся глобальная политика строится на трех китах: Дриин, Намберту и Клойл. Выдернешь Крепкорукого, придется выстраивать все заново. К тому же, как я понял, заговорщиков не так много. Три сотни в городе и одна у дворца, а верных королю остается две с половиной тысячи. Ничего личного, простая математика. Эх, придется вступиться за его толстое Величество. Надеюсь только, в звании подводник-спасатель канализационных стоков я не повышусь, а то репутация с контрабандистами в минуса пойдет.
Гно тем временем попрощались и пошли в разные стороны. Один из них стал спускаться, и клянусь ленивыми боками Лока, если бы я заблаговременно не откатился к краю лестницы и вокруг не царила темень, коротышка явно меня заметил. А так он спокойно прошел мимо, порой переступая через несколько отсутствующих ступеней – что выдавало в нем местного, который каждый день топал по этой дороге – и скрылся где-то в развилках трущоб.
Я поднялся на ноги и пошел наверх. Ох, мне бы обратно в Локтр, без всяких этих приключений, мертвецов, интриг и заговоров. Так поди же, выбирайся отсюда. Кстати, может, у омов есть портал? Не та дурацкая каменная чаша, а нормальный, магический, через который я сюда и плюхнулся. Тогда бы вообще проблем не было.
Весь в своих мыслях я вышел на освещенную площадь средней части города, где уже попадались приличные дома с воспитанными семьями, в которых не принято за ужином разговаривать об убийстве короля, и чуть не влетел в рослого здоровяка с адамантовыми наплечниками – тысячник, не иначе. Точно, мы встречались во дворце короля, такую щербину между зубов забыть невозможно.
– Ты? – удивился тысячник, точно увидел мертвяка в самом центре города. – Ты что тут делаешь?
– К мастеру-лучнику ходил. Потренироваться.
– Поди без денег уже остался, – развеселился тысячник. – Глостер Палец-в-рот-не-клади тот еще пройдоха. Поступиться с личным обогащением он может только если чем-то увлечен. К слову, и все деньги тратит на устройства и различные химикаты. Вечно у него что-то взрывается и рушится.
Палец-в-рот-не-клади? Это похлеще, чем Череззаборногузадирищенко. Дал Отец фамилию, но этому Глостеру она подходит как никому другому.
– Да, содрал с меня будь здоров.
– Ну ты смотри, если будет нужна пара золотых, ты всегда можешь обратиться к старине Брухто Свистуну. Брухто Свистун это я, – на всякий случай уточнил он.
– Учту, – заставил себя кивнуть и улыбнуться.
Сейчас, только калоши зашнурую. Уж лучше сбивать по десять золотых с мертвяка, чем быть обязанным одному из тысячников. Что за народ? Я думал, это эльфы такие хитрозадые, что клейма ставить негде, а гномы, в данном случае гно, трудолюбивый и прямолинейный народ. Накоси выкуси. Ох, скорее бы добраться до каморки, поспать и рвануть на фиг из города.
 
***
 
Москва, башня «Эволюция», кабинет одного из соучредителей компании Verravia Corporation , Гурьева Михаила Геннадьевича. 
 
Геннадьич раскрыл перед собой принесенные папки в какой-то своей, известной только ему последовательности и внимательно разглядывал. На Кирилла, невысокого пухлого парня с веселыми глазами носом с горбинкой, он даже не взглянул, хотя и положил досье в центр. Еж следил за взглядом шефа, ловя в его мимике малейшую смену настроения.
Вот его рука чуть коснулась шероховатой бумаги коричневого цвета с черно-белым фото три на четыре. Павел зашептал про себя, проверяя свою память.
 
Кобелюга. Ланцов Сергей Федорович, 
Дата и место рождения: 06.03.1982, г. Москва.
Семейное положение: женат, две дочери. 
Образование: Российский государственный социальный университет. Гуманитарный факультет. Кафедра зарубежного регионоведения.
Профессия: частный предприниматель, вместе с братом владеет сетью ларьков.
Основные черты характера: веселый, уравновешенный, практичный, рациональный, общительный.
Уровень устранения: Легкий.
 
Конечно, там было написано намного больше, на второй странице и вовсе составлен подробный психологический портрет, включая мимику, самооценку и тенденции к развитию, но Геннадьич скользил по диагонали. Еще минута, и он провел пальцем по соседнему фото – красивой девчонке с холодным взглядом.
 
Сетта. Терентьева Светлана Денисовна, дочь Терентьева Дениса Леонидовича (см. в приложении стр.7)
Дата и место рождения: 13.08.1991 г., Нижний Новгород (место проживания г. Москва)
Образование: Московский государственный институт им. Ломоносова. Факультет государственного управления. Кафедра стратегических коммуникаций.
Профессия: безработная (инвалидность первой группы).
Основные черты характера: умная, замкнутая, целеустремленная.
Уровень устранения: Сложный.
 
А как еще по-другому, если живет за высоким забором со штатом профессиональной охраны? Выбирается редко, да и то по таким случаям… С кортежем докатила до «Домодево», чтобы слетать на операцию в Германию. Не первую причем, да наверное, и не последнюю. Все надеется на ноги встать. Слетала и все. Опять глухо, сидит внутри, как в склепе. Только физиотерапевт к ней ездит каждый день. Можно будет, конечно, через эту тему пощупать. Перехватить врачиху да заслать вместо нее своего человечка. Мол, заболела, все дела. И подписывать на мокрое желательно женщину, не с идеальной фигурой, лучше даже в возрасте и полноватую. Кто у нас под это подходит?
Паша невольно вздрогнул, и мысли о наемном убийце унеслись прочь. Босс взял в руки самую тоненькую папку. На него сейчас глядел мужчина с волевым взглядом, квадратной челюстью и сединой, едва обелившей виски. Еж даже дышать перестал.
 
Навуходоносор. Стрельцов Олег Николаевич. 
Дата и место рождения: 23.03.1969 г., Новороссийск (текущее место проживания неизвестно).
Образование: Московское высшее военное командное училище.
Профессия: владелец охранной фирмы «Берег» (майор запаса).
Основные черты характера: умный, смелый, отзывчивый, быстро принимает решения.
Уровень устранения: Невозможный.
 
– Это, мать твою, что за промокашка? – грозно посмотрел Геннадьич на Ежа. – И что значит невозможно?
– Никаких данных о Стрельцове нет, – затараторил Паша, напоминая первоклассника, уверяющего учительницу, что его дневник и вправду съела собака. – Личное дело пропало, нашли несколько сослуживцев, с их слов и…
– Вы охерели там все, что ли?! – Паша не понял, кто именно вы, но сжал зубы и опустил голову. – Через работу его пробей, почему я тебя всему учить должен?
– Михаил Геннадьевич, там все не так просто. Контора так, для виду. Для бумажек. На деле все дистанционно, заказчик не видит клиента, клиент – заказчика. Все, что известно о «Береге» – это на самом деле фирма, предоставляющая услуги наемников.
– Военные?
– Бывшие, – кивнул Паша. – Я пока не выяснил, как Стрельцов их подбирает. Как и кто они. Официально – охраняют и сопровождают клиентов. Основная сфера деятельности – Ближний Восток и часть Африки.
– А не основная?
– Силовая поддержка любой сложности.
– Твою мать, – выругался босс. Он еще раз посмотрел на папку и проговорил задумчиво вслух, – местонахождение неизвестно…
– Мы ищем.
– Лучше ищите! Всю землю мне носом перерой, вплоть до песков Сахары, но найди его. Пашенька, что я больше всего не люблю?
– Сюрпризы, Михаил Геннадьевич.
– Так вот сделай так, чтобы обошлось без них. Меньше всего нам надо, чтобы этот Стрельцов где-нибудь вдруг выстрелил.
Еж вообще любил удачные каламбуры, но сейчас настроения шутить не было. Он с тревогой посмотрел на шефа, ожидая еще распоряжений, но тот лишь махнул рукой, мол, иди.
Павел тихонько затворил за собой дверь, взглянув в последний раз на Геннадьича. Тот отделил фотографию Стрельцова от папки, к которой она была прикреплена скрепкой, и, подняв перед собой, внимательно рассматривал.
Охота на мертвяков
Проснулся я не от щебета птиц или запаха свежесваренного кофе, а от боли, чудовищной ломоты в затекших коленях. Кое-как сел на кровати и вытянул ноги. Какой кайф. Снаружи было тихо, черт знает, который сейчас час: поздняя ночь или раннее утро. Мне, во всяком случае, спать не хотелось. Эх, темень какая, хоть глаз выколи.
Я пошебуршал в мешке и вытащил Искру, заменяющую мощную лампочку. Привык кое-как к яркому свету и огляделся, вчера было как-то не до этого – доплелся до чуланчика и упал на кровать. Мда, то ли дело в личной неприязни Блойби, то ли посланников его величества тут не жаловали. Кстати, может статься, что хозяин постоялого двора – предатель, почему нет? Я это все к чему – апартаменты не тянули даже на ползвезды, если учитывать, что общая площадь была около четырех квадратных метров и, кроме кровати, здесь ничего не наблюдалось.
Ну ничего, студент, проживший в общаге, готов к любым спартанским условиям: заснуть на стуле посреди вечеринки – запросто, приготовить наваристый суп из картошки и лука – легко, жить на сумму в половину прожиточного минимума – практикуем постоянно. Так что во всем можно найти плюсы. К примеру, у меня все же были отдельные апартаменты, а не койка, присобаченная третьим ярусом.
Ладно, это все лирика. Я достал книгу и внимательно посмотрел на свои характеристики.
Персонаж: Крил. Уровень 26. 
Раса: Человек. 
Сила: 10. 
Защита: 1, Блокировка: 4 (+3 от предметов), Грузоподъемность: 125 (+25% базовый навык). Текущая: 18 
Залп: 4. Шквал: 3, Бронебойность: 2 
Интеллект: 8, Мана: 80. 
Красноречие: 4, Остроумие: 2, Торговля: 3, Убеждение: 3, Вранье: 3 
Сопротивляемость: 1, Магический иммунитет: 1. 
Наблюдательность: 1, Травничество:1, Подслушивание:1 
Выносливость: 50, Бодрость: 500, Здоровье: 1010 (+10 достижение «Вивисектор», +500 достижение « Посланник Отца») 
Ловкость: 13 
Гимнастика: 10, Бег: 14 (+7 от предметов), Акробатика: 12 (+5 от предметов) 
Сноровка: 7, Уклонение: 11 (+9 от предметов), Кровотечение: 1 
Тренировка: 18, Скорострельность: 12 (+1 от предметов) 
Меткость: 6, Изъян: 2, Дальность 1. СНАЙПЕР 1 (Дальность+Бронебойность). 
Скрытность: 2, Маскировка: 8 (+6 от предметов), Незаметность: 7 (+6 от предметов) 
Профессии: Охотник. Уровень мастерства: Новичок. Квалификации: Зверобой, Звереуст. 
Звания: Истинный Спаситель, Друг Леса, Антимаг, Альтруист, Посланник Отца 
Уровень брони: 150 
Свободных очков навыков: 7, очков способностей: 14 
 
И куда очки навыка вкладывать? Таланты в Ловкости совсем не вкачены, то есть уровень Способностей может еще потерпеть. То же самое про Силу. Единственное, что там надо – Залп для Бронебойности, но навык для этого поднимать необязательно. Тогда все почти поровну, разве что на Выносливость забьем, она сама от уровней качается. Сила +2, Интеллект +2, Ловкость +3.
Очков способностей аж 14. Залп +4 для Бронебойности. Красноречие +4, пусть коммуникативные таланты тоже растут, раз уж я застрял в городе гно. На Сноровку +2. Хотел я прокачать Уклонение, а то уворачиваюсь от ударов с ловкостью мешка картошки. Ну и Тренировка +2, да Меткость +2. Не потому что надо, а попросту больше некуда.
С чувством выполненного долга убрал книгу и свой портативный осветительный прибор в мешок. Попытался вытянуться, разгоняя кровь, но уперся локтями в потолок. Мне бы сюда этого гениального архитектора, что строил сие произведение искусства, я бы с ним поговорил по душам.
Осторожно выглянул наружу. Лампы горят, слышны негромкие голоса, наверху кто-то из прислуги трет мокрой тряпкой шершавые каменные полы. Вряд ли бы это ночью делали, значит, день наступил. Проснись и пой.
Я прошел к стойке. Двое гно, сидевших за столом, сделали вид, что не заметили меня. Блойби нигде видно не было. А как же изысканный завтрак из нескольких блюд и ваза с фруктами? Подождал для приличия минут пять, после чего вышел наружу. Открыл книгу с картой. Вчера я шастал взад-вперед и, случайно проходя, должен был открыть какие-нибудь заведения. О, вот: «Обед пастуха».
Прошел всего несколько домов и вошел в таверну. Грязные столы, спящий на полу пузатый гно, разбросанные остатки еды. Романтика, хоть девушку на день Святого Валентина сюда веди. Радовало, что при полном погружении в «Верравии» не было кишечнополостных болезней. В противном случае, я бы уже не раз звал ихтиандра или несся с космической скоростью к ближайшему нужнику. Кстати о…
Заказал лупастому худому гно, с удивлением музейного смотрителя разглядывающего меня, как новый, неизведанный экспонат, завтрак на его вкус, сделал свои дела и сел за балкой у дальнего стола. Не потому что хотел спрятаться – просто посреди таверны храпел гно, вид которого отбивал все желание есть, а мне надо набираться сил. Лупастый знал свое дело – принес мягкий сыр с яичницей (тут еще и куры у них где-то есть), я показал кольцо Дриина и сторговался на половину золотого.
В таверну еще кто-то зашел, заказал выпить, и клянусь Локом, этот противный голос я уже слышал. Осторожно выглянул из-за балки – так и есть, мастер-лучник, алчный Глостер Палец-в-рот-не-клади. Ну а что, светилам тоже нужно спать, а скрягам – кушать и выпивать. Коротышка меня не заметил, но так даже лучше.
Я успел проглотить несколько кусков яичницы и заесть ее сыром – гораздо лучшим, кстати, чем кормил меня Блойби – когда вошел еще один посетитель. Странный. И не столько потому, что ничего не заказал, судя по шагам, тот направился прямо к Глостеру. Сидели они не так далеко от меня, да и родителями я был воспитан хорошо – вилкой по тарелке не лязгал и не чавкал. В общем, вел себя как церковная мышка во время поминальной службы, поэтому слышал почти каждое слово.
– Нам нужна твоя помощь, Глостер.
– Орудие не готово. И зачем мне вообще в этом участвовать? Выступать против…
– Тссс… – зашипел незнакомец.
– Выступать против короля, – зашептал Глостер. – Я же не сумасшедший.
– Но ты не услышал, что я могу предложить взамен… Жидкий огонь.
– Откуда он у тебя? – в горле у мастера-лучника явно пересохло.
– Неважно. Главное, что у меня три пузырька. И все могут стать твоими. Если ты вечером примкнешь к нам со своей… баллистой.
– Я еще не пробовал ее в деле, – заупирался Глостер.
– Три пузырька с жидким огнем.
– Хорошо, пришли людей за баллистой. Где ты ее поставишь?
– На верхней пожарной башне.
– Давай огонь.
– Ха, не так быстро. Вечером, Глостер, вечером…. До встречи, я рад, что мы договорились.
Скрип стула, торопливые шаги и тишина. Вот черт, и как теперь быть? Если сейчас встану, то коротышка поймет, что я все слышал. Ждать? Вопрос, когда Глостер решит уйти? Благо, переживал я недолго. Спустя минуту мастер-лучник поднялся и покинул таверну.
Я торопливо выдрал листок из своей книги, нацарапал небольшую записку и сложил втрое. Схватил свечу и закапал на линию сгиба, потом придавил печаткой короля и взглянул. Еще бы пергамент старый, да сургуч вместо воска, но и так выглядит неплохо. Подписал адресата и подошел к хозяину забегаловки.
– Доставишь это – получишь столько же, – положил я на стойку пять золотых. – А если нет, я вернусь и оторву тебе голову.
Получен талант Убеждение, уровень 4. 
Открыт талант Угроза. 
Думаю, мы с ним друг друга поняли. Уже выходя из таверны, я обернулся – побледневший хозяин белыми от страха губами чуть слышно читал адресата: «Сотнику Эу Прыг-Скок. Лично в руки».
 
– Ветрогон, открывай ворота, масленица пришла, – хлопнул я здоровяку по серебряному наплечнику.
Ко мне повернулся сердитый незнакомый гно. Эх, что-то действительно промахнулся. С чего это Барбадуху два дня подряд дежурить, других десятников, что ли, нет? Да и этот поменьше будет. И ростом, и в плечах.
– Прошу прощения, обознался. Мне бы через ворота пройти. Я…
– Я знаю, кто ты…
Сотник недовольно махнул рукой своим людям – заскрипел механизм, и створки открылись. Эх, красота на пастбище: тишь да благодать. Даже спускаться в темноту тоннелей не хочется. Но что делать, Величество с отчетом ждет, да и самому поскорее надо к своим возвращаться. Приветливо помахал пастухам, а те в ответ молчаливо проводили меня взглядом.
Спустился на площадку у реки и внимательно осмотрел ее. Кости лича на месте, это радует. Значит, не возродился гад – выпила его Искра до дна. Хорошо, теперь надо понять, как пользоваться классовыми способностями. Я осмотрел руки – новых татуировок нет. Может, надо подумать? Итак, хочу Ошеломление.
Стрела стремительно сорвалась с тетивы и не менее стремительно стукнулась о камни. Да уж, ошеломительно, не то слово. Но не совсем то, что я хотел. Надо думать.
Я повторно рассмотрел руки, ничего такого, вот только четыре пальца на правой руке странно пульсируют… Хм, пять фаланг и пять скиллов. Наверное, не случайно. Ошеломление у нас первая способность, значит, указательный палец.
Интересно, то ли я такой догадливый, то ли игра сама встраивает некие подсказки мне в голову. Но пошло. Нечто темно синего цвета, тягучее и липкое, легло на стрелу, стоило только мне подумать и бабахнуло, как только я отпустил тетиву. Выстрел, и при попадании камень отскочил в сторону. Здорово. Это, видимо, Ярость стрелка.
Я поочередно проверил все классовые способности, различающиеся по цветовой гамме – если Ошеломление было темно-синим, почти черным, то Прицельный выстрел оказался ярко-голубым. Потом подождал, пока восстановятся скиллы. Тут вышло тоже интересно. 
Сначала рассматривал пальцы, ожидая видимых изменений, а потом успокоился. Просто сидел, можно сказать, медитировал и вдруг осознал, что Ошеломление готово. Вытащил стрелу, поддел пальцем скилл, так и есть. Потом подоспели Ярость стрелка с Беглым огнем. Ну да, у них же время восстановления одинаковое – пятнадцать минут. Еще немного времени, и вернулась Метка. Прицельный выстрел я уже дожидался стоя, готовый в любую минуту войти в тоннель.
Что называется, темнота познается в сравнении. На площадке у прохода мне не хватало света, но вот в выдолбленной для гномов породе его просто не было. Слабо мерцал фиолетовым пламенем наконечник стрелы, озаряя лишь мои пальцы.
Открыт талант Ночное зрение. 
Круто, конечно. Сдается мне, что я даже его неслабо покачаю, вот только так дело не пойдет. Я убрал оружие и вытащил Искру. Тьма отступила, обнажив влагу на каменных стенах и извилистые коридоры. Ну что, понеслась душа в рай.
Первого лича я встретил минуты через три, в месте, где соединялось несколько тоннелей, образуя круг. Этот балбес шлялся здесь, как цирковой конь по манежу. То ли gps у него сломался, то ли патрулировал он так. Самое интересное, что подошел я почти метров на десять, но мертвяк совершенно не агрился. Извини, Леопольд, мирно жить мы с тобой не будем.
Пришлось подобрать камень и зарядить хорошенько в голову с облезшей кожей. 
Открыт талант Травля. 
Ну наконец-то. Гном-лич погрозил мне посохом и двинулся навстречу, тяжело шаркая ногами. Я же уводил его обратно, на площадку. В тоннелях сражаться было трудновато, да и неудобно держать одновременно Искру и отстреливаться. Хм, есть вариант накупить факелов да понавтыкать тут. Но гораздо легче увести зомбака туда, где посветлее и свободнее. Тем более был у меня один вариант для раскачки.
Я сорвал линию с Прицельным выстрелом и жахнул. По-другому и сказать нельзя, ибо звук пробитого доспеха зазвенел с такой силой, что заложило уши.
Получен талант Бронебойность, уровень 3. 
Получен талант Бронебойность, уровень 4. 
Неплохо так. А теперь перейдем к основной части нашего представления. Я убрал лук и вытер тыльной стороной ладони выступивший пот. Страшно, однако. Но Уклонение по-другому никак не прокачаешь. Подождал, пока кряхтящее умертвие подберется поближе, и нырнул ему под руку, уходя от удара.
Получен талант Уклонение, уровень 3. 
Работает. Я мысленно улыбнулся и начал плясать вокруг мертвяка, выпрашивая такой нужный для меня талант. Размах, удар, уклонение. Размах, удар, уклонение.
Вальсировали мы около получаса, после чего я начал замечать, что талант встал. Я качнул его до восьмого уровня, но дальше он не рос. Может, система определила, что лич для меня слишком легкий соперник? Что если чуть повысить сложность. В очередной раз я отступил от меча чуть позже. Холодный клинок просвистел почти у самого лица, срезав прядь волос.
Получен талант Уклонение, уровень 9. 
Фуф. Я ошарашено смотрел на надвигающегося мертвяка. Сердце бешено стучало, стремясь вырваться из-под ребер, от нахлынувшего адреналина дрожали колени, а губы невольно дрожали. Да, пора завязывать с этой фигней.
Я ловко вытащил лук. Наложил на стрелу Ошеломление, прицелился как следует и отпустил тетиву. Не знаю, летная ли была сегодня погода или нет, но лич пронесся метра на три и спикировал на задницу. Он еще только собирался встать, а в него уже летел Прицельный выстрел.
Получен талант Бронебойность, уровень 5. 
Этак я скоро любой доспех пробивать буду, подумал, применяя Ярость стрелка. Хотя скоро халява должна закончится. 
Бум, бум, бум, бум. Стрелы, усиленные классовым скиллом били, как тяжелый молот по наковальне. Впрочем, лич все же поднялся. Силен он против меня. Только я смелый, ловкий и умелый. Как говорится, джунгли меня зовут. Увернулся от очередного удара, отбежал и принялся долбить неповоротливого мертвяка дальше.
Получен талант Скорострельность, уровень 12. 
После пяти минут монотонных действий, выстрелив еще раз восстановившимся Ошеломлением для пущей убедительности, услышал хруст костей и волшебный голос Диты.
Вы убили гнома-лича. 
Искра выпила душу врага. Наполнение Искры 2/10 
Внимание! Достигнут двадцать седьмой уровень. 
Внимание! Достигнут двадцать восьмой уровень. 
А в прошлый раз дали больше. Ну ладно. Не все же коту масленица. Пошарил по мертвецким сусекам. То ли этот лич оказался не очень богатым, то ли перед патрулированием проигрался в карты, но особенно поживиться не удалось.
 
Зачарованный камень от ментального посоха 
Для получения сведений необходима профессия Ювелир. 
Вес 2 кг. 
 
Высохшее сердце гнома-лича. 
Для получения сведений необходима профессия Алхимик. 
 
18 золотых монет. 
 
Грязь из-под ногтей, а не лут. Радовало, что хотя бы покачал таланты. Ведь надо будет еще до столицы добраться, а там без боя не пробьешься. Посмотрел на солнце, заливающее лучами край пастбища. Скоро полдень, торопиться надо. В противном случае пропущу весь государственный переворот. Дриина еще чего доброго убьют, некрасиво тогда получится. 
Поэтому еще двоих личей я уже не мучил. Повысил Скорострельность до 14, Бронебойность до 8 и получил сообщение от Диты, что Ночное зрение не может больше развиваться по причине низкой способности Наблюдательность. Впрочем, ничего нового. Это можно было легко поправить, учитывая, что я поднялся до 31 уровня, то есть свободные очки были.
Лут становился все беднее – пара высохших сердец, два древка от ментального посоха, один меч (которые, кстати, надо уже продавать, начинают мешок оттягивать) и тридцать семь монет золотом.
После каждой ходки я посматривал на прореху в горе, оценивая ход солнца, оттого и торопился. Поэтому с последним мертвяком получилась скверная штука – он чуть не порвал меня на британский флаг. Я брел по тоннелям, подсвечивая себе путь Искрой, когда увидел кожаный ранец. Он был пустой, не считая нескольких пергаментов на гномьем языке. Только пока я разглядывал внезапно свалившееся богатство, впереди появилось два мертвяка – один с посохом, второй с топором и щитом.
И все бы хорошо, но второй зомби имел одну исключительную особенность. Двигался он совсем не медленно. Мертвяк замычал нечто невразумительное и бросился на меня. Ноги сообразили быстрее головы. Будь у меня не прокачен Бег, еще неизвестно, чем бы все кончилось. А так два спринтера неслись по подземелью: один со сверкающей фигней в руках и выпученными глазами, другой с ржавым топором и раскрытой пастью. 
Если честно, особых мыслей, как скинуть с хвоста соскучившегося по человечинке мертвеца, не было. Просто вспомнил, чему учили Форреста Гампа, причем у него все хорошо закончилось, поэтому я бежал. На пастбище мы ворвались, распугивая недоумевающих овец и жавшихся за камнями оробевших пастухов. Главное не останавливаться, главное не останавливаться.
Получен талант Бег, уровень 8. 
Я уже видел бойницы в стенах у ворот, с торчащими из них острыми клювами хищных баллист. Вот они встрепенулись, повернули свои головы к нам и…
Не знаю, интуиция это была или гипертрофированный инстинкт самосохранения, но я быстро отпрыгнул в сторону и перекувыркнулся. 
Получен талант Акробатика, уровень 8. 
Два могучих дротика впились в преследователя. Наглухо, слава богу. После такого даже мертвые не выживают. Я приветственно помахал рукой защитникам – не хватало чтобы еще раз жахнули на всякий случай – и подошел к прыткому зомби.
Мертвый топороносец. 
Ясен пень, что не живой. Положение усугубляется. Мало того, что в тоннелях несколько разных видов зомби, так один из них довольно легко может покрошить меня. С личом из-за ментальной защиты справиться можно, а вот с топороносцем… Я же не буду постоянно отбегать к воротам, с каждым убитым мертвецом приходится отходить все дальше. Дела.
А что с Искрой? Батарейки сели, что ли? Я достал частицу мантикоры и потряс в руке. Та в ответ возмущенно вспыхнула. Ну ладно, прощенье просим, с тобой все нормально. Получается, что Искра привязана ко мне. И только если я убью моба или НПС, душа будет поглощена.
Я на автомате запустил руку в чужой мешок. Эх, видела бы меня сейчас мама, испортился сынок. Не успело еще тело остыть, он уже карманы шмонает. Хотя в этом случае труп остыл достаточно давно.
 
Амулет Борга 
Слом +3 
Прорыв +3 
 
А вот и джек-пот. Я ловко оттранспортировал побрякушку к себе в мешок. Таланты непонятные, похоже, для воина, но мне они и ни к чему. Главное, Боргу отдать. Однако меня очень смущает этот топороносец. В честном бою, до которых я не особый любитель, он меня довольно быстро в пыль превратит и скажет, что так и было. Надо что-то придумывать.
 
Высохшее сердце гнома-топороносца. 
Для получения сведений необходима профессия Алхимик. 
 
Высохшее сердце нужно, вот только я уже потом понял, что собирал требуху личей, а тут вылез топороносец. Но ничего, может еще пригодится. А вот щит я не взял – тяжелый, да он мне как собаке пятая нога, топор тоже оставил в подарок стражникам, которые уже приближались осторожно, боевым строем. Шесть воинов и десятник. Получается, четверо остались у баллист. Мудрое решение, учитывая, что где-то позади еще плелся лич.
– Тело сожгите, а то возродится, – предупредил я, спрятав найденные 22 монеты.
Сам вытащил лук и быстро пошел вниз. По-хорошему, мне уже следовало бежать во дворец, солнце постепенно уходило с пастбища – близился вечер. Но и бросать лича, против которого у местных гно никаких козырей, просто непорядочно. Мало ли где он встал. Набросится потом на овец или пастухов.
Я, кстати, оказался недалек от истины. Агро у лича давно пропало, и теперь бедный потеряшка стоял у реки и думал, кто он и зачем сюда пришел. Оставь такого, чего доброго, попрется ночью наверх в поисках свежего мяса. Увидев меня, недобиток обрадовался и кинулся навстречу. «Ну здравствуй, родной, здравствуй», – прошептал я, срывая линию Прицельного выстрела…
Все-таки постоянная тренировка – хорошая вещь, вот и сейчас не прошло тридцати минут, как лич свалился на каменистую землю грудой металлолома.
Вы убили гнома-лича. 
Искра выпила душу врага. Наполнение Искры 5/10 
Внимание! Достигнут тридцать второй уровень. 
Вот и все, халява заканчивается, скоро придется с десяток таких крошить, прежде, чем удастся уровень поднять. Но был все же один существенный плюс – только с утра пользуюсь скиллами лучника, а так привык уже, словно всю жизнь только ими и управлялся. Пошарил по недрам мертвяка.
 
Большой зачарованный камень от ментального посоха. 
Для получения сведений необходима профессия Ювелир. 
Вес 2 кг. 
 
Так и есть, какой-то серьезный дядька. Даже посох у него вон какой крутой… был. 
 
Высохшее сердце гнома-лича. 
Для получения сведений необходима профессия Алхимик. 
 
Малый свиток рун. 
Для получения сведений необходимо звание Рунный чтец. 
 
У меня аж руки зачесались. Положил пергамент рядом с амулетом, который мне это самое знание скоро и должен был принести. Отбросил в сторону меч – он самый обычный, даже не зачарованный, у меня уже такой есть. Проигнорировал также сапоги мертвеца и вытащил на свет последнюю вещицу.
 
Кольцо Светоча 
Заполняет ближайшие тридцать метров белым светом. Радиус действия 20 м. Время действия 30 секунд. Время перезарядки – 4 часа. 
Воздействие на неупокоенных – паралич. Урон неупокоенным – 8 единиц каждую секунду. 
Предупреждение: Артефакт слишком сильный и всегда будет нести отпечаток прошлого хозяина. 
 
Похоже, снял его мертвяк с какого-то мага. Возможно, наверху от него проку никакого, но тут может пригодиться. Великовато будет. Только на большой палец и полезет. При всех достоинствах, оно еще и красивое. Я подсветил искрой искусно вставленные по кругу драгоценные камни. Была не была, надену. Стоило кольцу оказаться на пальце, как оно стало чуть меньше. Теперь перстень сидел плотно, хрен сдвинешь. Знал бы, на безымянный нацепил. Но так-то ладно, не мешает. Сейчас проверим, как работает.
Свет окутал меня и побежал бурными волнами в стороны. Я видел каждую трещину на камнях, каждую каплю в черной речке, каждый изгиб тоннеля. Меня будто охватил огонь: очищающее белое пламя лишь ласкающее, но не причиняющее вреда.
Возвращаться во тьму было неприятно. Хорошее кольцо, очень даже. Самое главное – узнать, как оно действует на врагов. Вдруг у меня в руках своеобразная ослепляющая граната? Золото, 36 монет, я забрал уже на автомате, думая совершенно о другом. Поднялся на ноги и поспешил наверх. Пора уже возвращаться.
– Что там было? – испуганно спросил десятник. Заметив, что я не понимаю, о чем он, продолжил. – Там так полыхнуло…
Понятное дело, отсюда выглядело, скорее всего, как световая граната, надо будет прояснить еще этот вопрос.
– А, просто Отец решил помочь своему посланнику, только и всего.
Судя по благоговейному взгляду воинов и отсутствию прокачки Остроумия, они поверили. Надо будет поменьше шутить на божественные темы, а то добром это точно не кончится. Хорошо, поменяем тему, надо закрывать эти изумленные рты.
– Ребят, давайте обратно к воротам. Скоро внутри такое начнется…
 
***
 
Республика Камерун, город Дуала, район Бонабери. 
 
Голова привычно закружилась, как и каждый раз после снятия шлема. Наверное, к этому никогда не привыкнешь. Олег посмотрел на KB-039, последнюю модель погружения в виртреальность – черный, глянцевый, с множеством проводов, подсоединенных к блоку. Отодрал силиконовые присоски с тела, фиксирующие его жизнедеятельность, снял резиновые кольца с пальцев, к которым были подсоединены десятки электродов, и с удовольствием потянулся. Затрещали суставы, в приятной истоме вытянулись мышцы.
– Хозяин дома, завтрак, – крикнул он чуть осипшим голосом. 
«Умный дом» тут же среагировал. Загудел, раскаляясь на плите, маленький литровый чайник, зашипели на разогретой сковороде яйца, зашуршал, подбирая скорлупу, крохотный полуметровый робот. Хорошая система, немало денег Олег за нее выложил. Неидеальная, впрочем, как и вся жизнь, но довольно неплохая.
Вставать все же пришлось. Механическая рука жарила яичницу довольно странно: с жидким желтком, как ему нравилось, но как только доходило до соления, включался режим чересчур влюбленной жены. Поэтому еще два месяца назад Олег решил, что эту маленькую функцию вполне может делать сам.
– Получено одно новое сообщение, – компьютер моментально среагировал, как только он поднялся на ноги.
– Прослушать, – мужчина посмотрел на свое лицо в зеркало. Опять слишком опухло, надо уменьшить количество времени, проводимое в вирте. И пошлепал на кухню.
– Провожу декодировку сообщения... Олег, добрый день, это Виктор. – Стрельцов невольно вздрогнул, и от солонки отлетела крышка, засыпав «белой смертью» всю яичницу. Нечасто ему набирал Тень. – Вы понимаете, я бы не побеспокоил вас по пустякам. Но обстоятельства так сложились. Хочу сказать, что сегодня о вас наводили справки. О вас лично и вашей организации. К моему сообщению прикреплен документ со всей необходимой информацией. Сами решайте, как ею распоряжаться. Всего доброго.
Олег смахнул в мусорный пакет испорченную яичницу. Завтрак откладывается на неопределенное время. Вместо этого он сел за компьютер и уставился на незнакомое неприятное лицо. Вернее, физиономия была самая обычная, можно сказать, рязанская – короткие светлые волосы ежиком, пухлые щеки, нос картошкой. Казалось, заурядный работяга. Но вот глаза – колючие зенки матерого волка, потрепанного жизнью.
Ежов Павел Константинович – начальник службы безопасности VerraviaCorporation.
06.11.1977 г. р., Тула.
Закончил профессиональное училище №2, г. Тулы. Специальность токарь-универсал.
В 1996 г. осужден по статье 162 часть вторая Уголовного кодекса РФ (разбой) – Олег мысленно улыбнулся этой пометке, Тень знал, что он не силен в законах, – на семь лет. Вышел в 2001 по УДО.
В 2002 осужден по статье 159 часть первая Уголовного кодекса РФ (мошенничество) на два года. 
С 2007 г. работает в VerraviaCorporation. Фактически является правой рукой Прядкина Михаила Геннадьевича.
 
Так вот откуда ноги растут. Олег почесал затылок и открыл вложения, дополняющие файл. Ясное дело, на Прядкина тут ничего нет. Инфу собирать надо аккуратно, не с бухты барахты, в противном случае светанешься, как Ежов. Но Тень поработал на славу – адреса родителей Павла Константиновича, взаимоотношения с окружающими, даже садистские сексуальные наклонности. Стрельцов боялся представить, как это все выясняли, причем за такой (пакет пришел еще вчера) достаточно короткий срок.
Чайник кипел около двух минут, свистя и отплевываясь кипятком, прежде чем Олег снял его с плиты. Стрельцов самостоятельно, не надеясь на мехруку, разогрел сковороду заново, достал из холодильника три яйца, разбил их и принялся смотреть, как шкварчит тонкий слой белка на эмалированном покрытии. Настроение у него было благодушным. Со службы в армии он запомнил одну довольно простую, но вместе с тем важную мудрость: предупрежден, значит вооружен. И теперь Олег не собирался упускать своего явного преимущества. Осталось дело за малым – первым нанести удар.
Камни врат и сержант гно
Мою проворную и жилистую тушку перехватило несколько рядовых воинов еще на подходе ко дворцу. Немного помяв, на минуточку, посланника Отца, они дождались грозной Эу с всклокоченными волосами.
– Ты где шляешься? – ткнула она меня в бок с такой силой, что я потерял несколько единиц здоровья.
– Мертвяков бил. А что такое?
– Что такое? – Прыг-скок теряла последнее самообладание. – А это что?
Она ткнула мне под нос знакомую записку.
– Предупреждение. Там же все написано. Вы чего, не подготовились?
– Кто так предупреждает? – Эу уже не говорила, а шипела. Держу пари, надень ей сейчас Распределяющую шляпу, то та крикнет: «Слизерин». – Откуда я знаю, что это не дурацкая шутка?
– За кого ты меня держишь? – я попытался обидеться. – За что купил, за то и продаю. Давай быстрее к королю, надо всех на ноги поднимать.
– Стой где стоишь, – начала остывать Эу. – Во-первых, мы не знаем, кто именно участвует в заговоре. Во-вторых, наши люди уже на местах.
– Наши? – поинтересовался я.
– Пять сотен закаленных бойцов. Люди Грагла, Балбора, Райага, Илти и мои. Четыре сотника, в ком я полностью уверена. В-третьих… я не хочу об этом думать, но в заговоре может быть замешан кто-то из тысячников.
Наш разговор прервал пожилой гно-десятник с седой бородой и обвисшими щеками.
– Госпожа, все как вы и говорили. На верхней пожарной башне стояла баллиста и несколько гно в охранении.
– Люди Айли? – сурово сдвинула брови Эу.
– Да.
– Вас никто не заметил?
– Нет, мы действовали, как вы и говорили. Сняли доспехи, тихонько прокрались наверх и скрутили этих выродков. Четверо стражников и один из жителей.
– Дай угадаю, – вмешался я. – Такой маленький, с седой бородой и черными усами.
Гно недоуменно глянул на меня, вроде, чего суешься, не видишь, разговариваем, но получив одобрительный кивок от Прыг-скок, ответил.
– Да, он.
– Хорошо. –Сказала Прыг-скок. – Займите позицию, и как только начнется заваруха, открывайте огонь из баллисты по врагам.
Десятник кивнул и почесал обратно, смешно раскидывая ноги. Каракатица беременная, как бы сказал Горилла. 
– И чего теперь делать?
– Ждать, – ответила Эу.
Она повела меня на одну из торговых площадей и стала показывать тактическую схему, стреляя глазами в нужные направления.
– Люди Айли заняли проход к лестницк, ведущей ко дворцу. Илти и Грагл сейчас во дворце, будто с официальными отчетами. Как только начнется мятеж, встанут на защиту короля.
– Погоди, погоди. Если я правильно понял, вся сотня Айли ломанется во дворец, который защищают два гно?
– Они не просто гно, они сотники. И им не надо будет защищать дворец, достаточно будет продержаться до подхода их людей, они у подножия.
– Остальные две сотни?
– Охраняют центральную площадь перед лестницей и не дают мятежникам прорваться наверх. Как только протрубит рог короля, остальные сотники с войсками придут к нам на помощь.
Я осмотрелся. Все-таки Эу оказалась довольно смышленой девчонкой. У нее было полдня в запасе, и она потратила их с пользой. Вместо двух сотен сверкающих броней и привлекающих внимание солдат, тут и там бродили нищие оборванные гно, изредка прикладывая руку к рубищу у ноги, где должно было находиться оружие. Все окрестные кабаки были забиты спокойными, малопьющими и вяло переговаривающимися «жителями». За все время промелькнуло не больше трех десятников, но, как объяснила Эу, было бы более странно, если они вовсе отсутствовали.
Мы располагались поодаль от основной улицы, вжавшись в небольшой тупичок. Я, Эу и два десятка воинов. Гно тут проходили редко и быстро, с опаской всматриваясь в темный зев закутка, что нам было исключительно на руку. Единственный, кто подошел ближе и тут же отхватил по голове, был наш старый знакомый – Барбадух Ветрогон.
– Что дерешься? – Сморщился он, потирая ушибленный затылок. Клянусь Локом, я бы после такого удара даже не встал, а этот ничего.
– Ты чего здесь забыл? – Эу снова превращалась в змею.
– Пришел тебе помочь, – Барбадух поднялся. Наплечников на нем не было, но он все равно выделялся статью и мощным торсом. Да уж, с таким же успехом можно было сделать транспарант «Охотники на мятежников» и встать на главной улице.
– А кто тебя просил? И где твой десяток?
– Здесь, – довольно ухмыльнулся Барбадух, вышел в переулок и махнул рукой.
К нему метнулись низенькие коренастые тени, на фоне Ветрогона выглядевшие маленькими детьми подле отца. Вместе они вдавили нас поглубже в тупик, отчего стало тесно не то что стоять, но даже дышать. Барбадух довольно улыбался, а воины Эу тихо переругивались с вновь прибывшими.
Самое удивительное другое – при всех своих стараниях Ветрогон не раскрыл засаду. То есть, он делал все от него зависящее, но, по всей видимости, в штабе мятежников были парни, среди которых Барбадух мог отличаться исклюительным умом и сообразительностью. Потому что минуты через две после пополнения нашего тайного войска десятью гно и одним десятником с громко урчащим животом, по главной улице пошла колонна вооруженных невысокликов.
Подозрения Эу о причастности одного из тысячников оказались не такими уж беспочвенными – основу ударной силы составляли хорошо вооруженные солдаты армии Дриина. Среди них, подобно кускам щепы в быстрых водах горной речки, встречались немногочисленные горожане.
– Приготовиться, – подняла руку Прыг-скок, и все замолчали. Даже громкий живот Барбадуха унял свои низменные позывы и ждал приказа к атаке, чтобы заурчать с новой силой.
Когда последние капли бурой гномьей жижи протекли по улице, рука Эу упала вниз. Сотница сама вырвалась вперед, оправдывая свою фамилию, и тремя огромными прыжками оказалась у поворота. Одним лишь жестом она остановила рвущуюся в бой братию и стала ждать. Я хоть и снял лук с плеча, особо воевать не собирался. Так, для виду пару стрел пущу и все.
Наконец Эу повернулась к своим, поднесла палец к губам и махнула в сторону повстанцев. Три десятка крадущихся гно и человек-лучник позади стали пробираться вперед. Постепенно к нам присоединялись все новые и новые воины, выползая из домов или скидывая с себя нищенское отребье. К моменту, когда нас обнаружили, в хвосте мятежников собралось уже более шестидесяти гно.
Тревожно затрубил рог повстанцев, скрипучим плачущим призывом, но его перебил громкий протяжный гул – Эу приложилась к своей причудливой валторне. Задрожали стены от раскатившегося крика воинов, заходила ходуном мостовая от сотен топающих ног, дрогнули от лязга и звона стали своды горы, теряющиеся в темноте и с укором глядящие на всеобщую свалку.
Застрекотала на башне, отплевываясь смертельными дротиками, баллиста. Я с удивлением смотрел на ленту с прикрепленными к ней снарядами. Глостер, мать твою, ты же средневековый пулемет сделал! Я не мог разобрать снизу, как было точно устроено орудие – от него шел пар, а вокруг суетились гно. Баллиста представляла собой огромную махину с горизонтальными лотками с дротиками по бокам. Спереди у нее находился своеобразный спаренный лук, перезаряжающийся секунды за три. Учитывая, какой вред врагам приносил данный инструмент смерти, совсем неплохо.
Дротики пробивали броню, подобно новенькому гвоздю, прошивающему консервную банку насквозь, сея среди мятежников ужас и отчаяние. Ряды противника сломались, кто-то еще пытался отражать атаки, но большая часть пыталась отступить поглубже и спрятаться за своими товарищами. Объединенные силы верных сотников решительно пробивались вперед, крепкой рукой неся смерть и возмездие. Лишь когда согнанная в центр немногочисленная горстка повстанцев побросала оружие и подняла руки, воины остановились.
– Балбор, разберись с пленниками! – крикнула Эу куда-то в толпу. – Остальные за мной!
Кряжистый гно с неестественно широкими плечами кивнул Прыг-скок, сбросил с себя серый плащ, обнажив золотые наплечники, и зычным голосом принялся отдавать команды своим людям.
Я побежал за Эу, которая уже рвалась к лестнице вместе с Барбадухом. Кричали падающие в темную бездну сраженные воины, сыпалась на головы атакующих от сонма звуков мелкая каменная пыль, стучали мечи об алебарды, испытывая крепость друг друга. Но новые волны королевских стражников подхватывали первые ряды и относили дальше, мятежники постепенно прогибались под невероятным прессом, умирали, отступали, но не сдавались. В первых рядах мелькнули золотые наплечники – Айли сам вышел биться во главе своей поредевшей сотни – но они сверкали недолго. Сначала Барбадух чудовищным по силе ударом двуручной секиры разбил щит, а потом несколько раз прошелся по самому доспеху предателя. Еще минута, и воинство рвется наверх дальше, а где-то под ногами хрустят кости мертвого Айли.
Наконец длинная извилистая змея со стальной чешуей добралась до входа во дворец, замерла там на мгновение и рассыпалась на части крохотными человечками, горланящими и прыгающими на месте, разнося весть о своей победе на весь город.
Вниз сбежал какой-то десятник и решительно подхватил меня за руку, потащил вперед. На все вопросы он лишь отнекивался и продолжал шагать по лестнице. Оказавшись у входа во дворец, гно вытолкнул меня вперед и вытянулся в струнку перед Эу.
– Где ты ходишь? Король ждет… тебя.
Я прошел через залитый кровью коридор с застывшими статуями, мимо мертвого сотника, с ожесточенно сжатым ртом. Возле него сидел другой воин в золотых наплечниках. Лицо его было забрызгано багровыми подсохшими каплями, а наконечник алебарды потерял свой стальной блеск. Перед двумя защитниками раскинулась стена из трупов, около пятнадцати нападавших нашли здесь свое последнее пристанище.
Я аккуратно обошел Илти и Грагла, даже не задумываясь, кто из них лежит на каменном полу с безжизненным взглядом, и добрался до знакомой залы. Здесь сохранилось то же величие и порядок, который был ранее, будто не произошло кровавой бойни снаружи. Все та же троица тысячников и несколько встревоженный Дриин на троне. По мечу в его руке, острие которого было направлено в пол, я понял, что король готовился к отпору.
Со мной вошли Эу и Райаг. Последний представлял собой жилистого, я бы сказал даже худого гно с живыми мальчишескими глазами. Барбадух во дворец не пошел, несмотря на всеобщую суматоху, правило нахождения во дворце воинов, не ниже рангом сотника, все еще действовало.
– Рассказывай, – слегка охрипшим и взволнованным голосом приказал Дриин.
Пришлось повторить все то же самое, что написал в письме Эу – о разговоре, подслушанном в нижнем квартале Бампаса, и о диалоге незнакомца с Глостером. Во время своего повестовования я поглядывал на щербатого тысячника, пытаясь отследить его реакцию. Брухто держался на удивление спокойно, словно речь шла не о нем. Ладно, попробуем чуть подлить масла в огонь и понагнетать обстановку.
– И еще кое-что, Ваше Величество. Я знаю имя тысячника, который замешан в мятеже.
Вот теперь замерли все, ловя каждое мое слово.
– Этот гно давно готовил заговор. Плел интриги, среди ваших солдат, желая только одного. Занять ваше место.
А вот тут случилось непредвиденное. Незнакомый мне тысячник ловко выудил меч и уже почти бросился на Дриина, но путь ему преградил щербатый. Хрясь – клинок вошел в бок Брухто Свистуна, однако второй удар нападавшему сделать не удалось. Эу в невероятном прыжке приземлилась рядом, приложив рукоятью тысячника по голове. Тот мгновенно обмяк и распластался на каменном полу. Блин, неудобно как-то получилось.
– Эу, беги за лекарем, – приказал Дриин. Я было собрался спросить, как эскулап попадет во дворец, если никому, кроме сотников, заходить нельзя, но прикусил язык. Вовремя заткнуть рот – самое великое из умений. – Брухто, как ты?
– Ничего, Ваше Величество. Разве это рана? Мертвяки сильнее бьют, – он перевел взгляд на предателя и покачал головой. – Никогда бы на Тайдблби не подумал. Он же тысячником раньше меня стал.
Райаг сел на мятежного генерала и ловко связал ему руки. Да, пробуждение будет не очень приятным.
– Что до тебя… – теперь Дриин повернулся ко мне. – Ты сослужил большую службу мне и моему народу, ты помог подавить мятеж.
Ваши отношения с Дриином Крепкоруким улучшились, теперь вы Знакомые. 
Получено звание «Сержант гно» 
Получено звание «Законник гно». 
– Ты волен просить что угодно, я постараюсь выполнить твою просьбу, если это в моей власти.
Так, а вот тут поподробнее. Я не стесняясь, вытащил книгу и пролистал.
Звание «Законник гно». 
Мало знать законы, необходимо еще и чтить их. Поддерживать порядок, славить короля, сражаться с недругом. Редко кому удается стать законником, но такого гно уважают остальные. И награда будет соответствующая. 
Доступно для запросов: 
1. Разовый заказ у королевского оружейника редкостью до уникального. 
2. Разовый заказ у королевского бронника редкостью до уникального. 
3. Рост репутации с гно, чтящими закон повышен в два раза. 
4. Военная поддержка гно на непродолжительное время. 
Так-с, будем думать. Заказать убер-плюху, которой можно всех врагов побивать? Плохо то, что не знаю, чего там у оружейника. Как я понял, у невысокликов лук не в чести, а брать арбалет и качать все таланты заново – не вариант. С доспехами еще хлеще – вплоть до одного все облачены в тяжелую броню, а я тут модник в куртке без рукавов, простите, жилете. Тоже не катит. Максимальный рост в отношениях с гно… Хорошо если ты решил обустраиваться здесь и открывать свою винокурню с шестидесятилетними девственницами. Но я в любом случае скоро вырвусь отсюда, по крайней мере, хотелось бы в это верить. А вот военная поддержка весьма заманчива. Я вспомнил битву в Ущелье. Как бы все повернулось, будь у нас хоть сотня гно?
– Военная поддержка гно на непродолжительное время, – отчеканил я.
Ваши отношения с Дриином Крепкоруким ухудшились, теперь вы Никто друг для друга. 
Интересно, это означает, что я правильно все сделал или наоборот? Скорее всего, да. Не хочет Дриин выполнять данное обещание, ох как не хочет.
– Будь по-твоему. Никогда еще гно не оказывали военную помощь человеку. Но никогда ранее человек и не спасал короля гно от неминуемой смерти. Держи, – в крепких руках Дриина внезапно появились два камня, похожие друг на друга как две капли воды. Ох, фокусником вам, Ваше Величество, надо было работать. Ну или, на крайний случай, щипачем в автобусе. – Это камни врат. Один я отдам тебе, а второй останется у меня. Когда настанет нужда, активируешь свой камень. Я и пойму, что тебе нужна моя помощь.
В мою руку плюхнулся серый с зазубринами булыжник. На лицевой части была нарисована какая-то руна, а противоположная часть оказалась отполирована до приятной гладкости. Всмотрелся почти на автомате.
Камень врат. 
После активации призывает из подземного города Бампас тысячу воинов гно. Время действия – 1 час. Возможность использования – разовая. 
Тысячу, тысячу! Это ж готовый к употреблению батальон сильных и напористых бойцов. Можно таких дел наворотить. Не прогадал я, точно не прогадал. Кстати, а что если пустить эту самую тысячу против мертвяков? Заманчиво. С другой стороны, у гно никакого иммунитета против ментала, покрошат мою армию. Да и прорвусь ли за час? Я ведь еще и во времени ограничен. Придется обождать да разведать сначала.
Это ладно, а что там про старшину гно говорили?
Звание «Сержант гно». Вы уже не рядовой боец, но до сотника придется пройти долгий путь. Однако уже сейчас вы можете взять под свое командование одного гно. 
О, вот это прям вовремя. Мне нужен противовес топороносцам. Возьму какого-нибудь рубаку. Решил сразу брать быка за продукт деятельности эпидермиса.
– Ваше Величество, а кого из войска можно взять с собой в следующую вылазку?
– А кто тебе сказал, что я отдам кого-то из своих солдат?
– Но я же… сержант гно теперь?
– Можешь поискать какое-нибудь отребье в тавернах. Моих гно и так стало мало после этого проклятого мятежа.
Вот тебе раз. Сержант без бойца, а кого же мне теперь нанять? Я хлопнул себя по лбу. Ну конечно. Тем более у него есть опыт хождения по тоннелям с мертвяками. Ближник, опять же, а мне именно такой и нужен.
– Я могу идти, Ваше Величество? – спросил на всякий случай. В дальнейшем ухудшать отношения мне бы не хотелось. 
– Иди, – кивнул король. Отношения нейтральные, а взгляд очень недобрый.
Навстречу попалась Эу, ведущая под руку старого запущенного гно в разорванном халате и с растрепанными сальными волосами. В руках старик держал сверток, по всей видимости, с врачебными инструментами, а в разорванном кармане звенели склянки. Запущенно у них тут все с медициной. Брухто Свистуну остается лишь пожелать здоровья. Оно ему точно понадобится.
Пленникам связали руки и увели стройными рядами куда-то вниз, к реке. Наверное, там была темница, или же русло реки могло стать последним, что увидят недореволюционеры в своей жизни. Мне их судьба была совершенно побоку. Они для меня чужие, вряд ли я вообще о ком-нибудь вспомню, как только выберусь отсюда. Заметил в общей сутолоке лишь крохотного гно с седой бородой и черными усами. Глостер с ненавистью посмотрел на меня, будто я был виноват во всех его бедах. Нет, косвенно, конечно, без моей скромной персоны не обошлось, ну а так, уж извините – гно не захочет, палач не вскочит.
Жители Бампаса, замороженные во льду страха, только сейчас начали оттаивать: высовываться на улицу, сбиваться в небольшие стайки, осуждающе смотреть с крохотных балкончиков своих домов. Некоторые особо резвые или попросту желающие отомстить за свою пережитую боязнь, изредка бросали в пленных камни. Солдаты стали успокаивать городских, только когда подошел один из сотников. Вообще златоплечих, как и их десятников, сейчас сновало неисчислимое количество. Почти все пришли на зов Эу и до сих пор продолжали прибывать. Сами теперь разбирайтесь, что да как, мне это уже неинтересно.
У Блойби оказалось почти пусто, что было вполне объяснимо. Сейчас все постояльцы ринулись в верхнюю часть города. Это я, как выпивший лишка паренек, пытавшийся подняться на эскалаторе против его хода, с упорством идиота шагал вниз. Но важно другое – нужный мне персонаж сидел у стойки.
– Приветствую, Борг. Как твое ничего?
– О, это ты, – улыбнулся Крушиголов. – Не нашел мой амулет?
– Не этот? – я зевнул и покачал на пальцах амулет.
– Храни тебя Отец! Это же… это он. Уж и не думал, что снова увижу его. Смотри, видишь, – он показал на крохотный вплетенный бисер. – Моя дочка мастерила. Конечно, полностью амулет ей сделать не под силу, но как могла украсила.
Ваши отношения с Боргом улучшились, теперь вы Приятели. 
– Чудесно, как насчет обещания, Борг?
– Конечно, конечно, – Крушиголов бережно убрал амулет, достал кусок старого пергамента и начал елозить по нему пальцем. – Смотри, начнем с гласных, это А. Видишь, точка сбоку какая. Только с Н ее не спутай, у этой такая же закорючка, только смотрит сюда. Е наклонена под особым углом. Опять же, похожа на Р, если бы не эта двойная линия. Кстати, о двойных линиях…
Не могу сказать, что в языках я полный ноль: заказать по-английски два пива и пройти до библиотеки смогу. Однако рунный алфавит оказался тем еще испытанием. Борг быстро объяснял, изредка спрашивая, понял ли я, а мне приходилось лишь кивать и делать умное лицо. Когда казалось уже, что эта грустная сага никогда не закончится, Дита сжалилась над своим туповатым в гномьей письменности подчиненным.
Получено звание «Рунный чтец». 
Я недоверчиво взглянул на алфавит гно – странно, еще минуту назад тут были всякие закорючки, а теперь обычные русские буквы. Так, надо проверить. Достал камень врат и разглядел намалеванное на нем кривым почерком «Выход». Забавно, получается, вход остался у Дриина. Ну круто, теперь я зарегистрированный переводчик с гномьего на человечий и обратно. Можно даже контору открывать.
– Послушай, Борг, а хочешь увидеться с семьей?
Глаза Крушиголова наполнились слезами. Он смахнул их грубыми пальцами с потрескавшейся кожей, шумно шмыгнул носом и, успокаиваясь, двумя руками пригладил остатки волос по бокам.
– Как же не хочу, Крил. Иной раз засыпаю, а передо мной дочурка моя с женой. Баба у меня неплохая, просто проклятая Намберту ей мозги запудрила. Равноправия захотелось. Ишь ведь, а! Разве у нас нет этого равноправия? Хочешь киркой руду долбить? Пожалуйста! Или воевать? Первый же тебе топор или меч куплю. Так нет. Нужно, говорит, сделать выбор короля этим значит… инструментом управления. А женщин к этому самому инструменту допустить наряду с мужчинами. Ну не дикость ли?
– Дикость, – сдерживая улыбку, ответил я. Не рассказывать же бедному Блойби об эмансипации, демократии и всеобщем избирательном праве. – Я к чему спросил. Ты знаешь, я разведываю тоннели. И в мыслях у меня дойти до омов. Если ты присоединишься ко мне, то будет замечательно. Я неплохой лучник, ты отличный воин. Да и вместе там не так страшно.
Борг задумчиво почесал плешь на макушке, потом подергал свою черную бороду и утвердительно кивнул. Что ж, шансы выбраться отсюда внезапно повысились.
– Выходим рано утром, так что на спиртное не налегай.
 
***
 
Москва, неподалеку от метро «Рязанский проспект», один из складов, арендуемых фирмой «Парус». 
 
Еж встряхнул головой, приходя в себя. Так, кабинет Геннадьича, за окном поздняя ночь, шеф сидит в неестественной позе, обхватив рукой голову, и щелкает ручкой над бумагами. Паша нервно сглотнул. Его пугало то, что он не помнил, как и зачем здесь оказался. Вот шел по Воздвиженке к себе домой, а теперь его вдруг в офис опять занесло. И путь ведь сюда неблизкий. Что это: кратковременные провалы в памяти или внезапно проснувшийся Альцгеймер? Больше всего Паша боялся именно этого – течи крыши. Повидал он здоровых крепких мужиков, пускающих слюни и блеющих нечто невразумительное… Ладно, приходим в себя. Если босс сидит спокойно, то Еж ничем себя не выдал. Разговариваем с шефом и мигом в больницу, башку проверять. Блин, зачем его вызвали-то?
Геннадьич оторвал глаза от гладких белых до рези в глазах листах и посмотрел на Пашу.
– Что по Стрельцову?
– Ничего, Михаил Геннадьевич. Работаем. Пробиваем фирму, ближайшее окружение. Получили доступ к кредитке, но там глухо. Сейчас счета пытаемся шебуршить.
– А что, неужели он так нам нужен? – задумчиво, будто рассуждая вслух, проговорил шеф.
– Вы же сами говорили, что Стрельцов наиболее сложный для устранения объект, – растерялся Еж. – Поэтому им надо заниматься в первую очередь.
– А остальные?
– Что остальные?
– Остальные объекты?
– Ну кто там, Кобелюга, ну в смысле Ланцов или Жерехов, он же Горилла. Легко устранимы. Фиалка, Дерден тоже ничего особенного из себя не представляют. Проблемы могут возникнуть лишь с Терентьевой. Но это тоже решаемо. Я тут еще думал, может, попробовать через Латрона действовать? У него на Кирилла зуб. Если, конечно, это не навредит вашему человеку в «Миротворцах».
– Моему человеку? – округлились глаза у шефа, но тут же вновь сузились. – Ах да, точно. Я же тебе его имя не говорил?
– Нет, Михаил Геннадьевич. Не говорили.
– Ну ничего, ничего, – пробормотал босс и почесал затылок.
Странно как-то, сам на себя не похож. Вернее, лицо и тело те же, но вот движения, мимика, будто робота вместо него подсадили. Да, Пашуня, действительно, похоже, головой тронулся. Мнительный стал какой. Может, Геннадьич просто устал или на нервяках?
– По игре какие новости?
– Не совсем понял, Михаил Геннадьевич.
– Какие способы есть, чтобы взять игру под полный контроль?
– Да какие способы, – Еж поежился. – Сами же знаете, после получения Крилом Ключа Отца над системой утрачен полный контроль. Питание и управление серверами контролирует ядро игры. Добраться до него и отключить мы не можем, потому что все находится в изолированном бункере под контролем вышедшего из повиновения ИИ. Реактор холодного синтеза, питающий сервера и бункер, рассчитан на десять лет бесперебойного питания.
– Ну да, ну да, – покивал головой Геннадьич. – Запамятовал.
Тут Паша окончательно напрягся. Никогда прежде он не видел шефа таким… странным. Еж судорожно сглотнул. Или это не шеф. Начальник безопасности цепко забегал глазами по облику Геннадьича. Что-то тут должно было быть, маленькая лазейка, способная приоткрыть завесу лжи. Глаза остановились на полоске ткани возле шеи, и Еж облегченно выдохнул. Так и есть.
– Кто ты?
– В смысле? – удивился Геннадьич.
– В коромысле, – холодно парировал Еж. – Ты не Михаил Геннадьевич. Поэтому я и спрашиваю, кто ты?
«Шеф» на мгновение подвис, переваривая выдвинутое обвинение, но спустя несколько секунд хитро улыбнулся и кивнул.
– Как догадался?
– По галстуку. Это его, Михаила Геннадьевича, только старый. Ему год или два.
– И что?
– Вы бы хоть постарались лучше, – брезгливо бросил Еж. – Михаил Геннадьевич повернут на галстуках, у него их два шкафа. Всегда старается надевать разные. А этот я видел на нем недели две назад.
– Твою мать, неужели это такая труднодоступная информация? – рассердился «шеф», но смотрел он не на Пашу, а куда-то вверх.
– В Интернете про это инфы не было, а более подробно подготовиться ты мне времени не дал, – ответил ему обиженный голос.
– Ладно, отключай нас.
Перед Ежом расстелилась тьма. Он понимал, что находится в какой-то комнате, слышал звуки шагов, негромкий разговор, обсуждали, походу, его дальнейшую судьбу, но пошевелиться не мог. Руки связаны, ноги тоже. А на голове… шлем? Суки, волки! До него только теперь дошло, что с ним сделали. Переместили в вирт и пытались под видом Геннадьича выведать информацию. Хотя почему пытались…
Яркий свет ударил по глазам, как пьяный гопник арматурой, сильно и внезапно. Еж захлопал слезящимися глазами, силясь разглядеть физиономию склонившегося над ним человека. Знакомые грубые черты лица, седые виски, короткостриженная макушка инаглый уверенный взгляд. Так смотрят люди, которые рассчитывают только на себя и знают, что здесь и сейчас за ними сила. Еж тяжело вздохнул.
– Узнал? – спросил Стрельцов. Он улыбнулся, и его глаза приобрели хитрый ленинский (возможно с большой буквы) прищур. – Вижу, что узнал.
– Убьешь меня? – Еж довольно быстро взял себя в руки.
– Это бы означало, что я развязываю войну. Это не для меня. Ты же знаешь поговорку: «Начинают войну политики, а заканчивают солдаты».
– Силенок-то хватит? – облизал пересохшие губы Еж. – А то могу бумаги сортирной подкинуть. Чтобы было чем подтереться, когда обделаешься.
– Себе оставь, – улыбнулся Стрельцов. – Эх, жалко лица твоего любезного Михаила Геннадьевича не увижу, когда ты расскажешь о своем маленьком приключении.
– Ты покойник, – спокойно, без нервов, произнес Еж.
– Это мы посмотрим. Что называется, до новых встреч. И да… приятных сновидений.
В шею Паше впилось жало голодного до чужой крови шприца, и он рухнул в темноту.
Павшие разведчики
К своему ужасу, проснулся я не один. Нет, ничего такого, кровать моя, как и честь, остались нетронутыми, но вот в комнате с чадящим фонарем стоял Блойби. По его нетерпеливому кряхтению и переминанию с ноги на ноги становилось понятно, гно ждет давненько. Интересно, чего ему надо?
– Доброго нового дня, – обрадовался он, точно врач, вытащивший коматозника с того света. 
– Доброго, – прикрыл я глаза от пляшущего за стеклом света. – Чем обязан раннему визиту?
– Я слышал, что вы договорились с Боргом Крушиголовым сопровождать вас в поход по мертвым тоннелям.
Ох, чувствую, этот вопрос ничего хорошего не принесет. Но все же настороженно кивнул, чем привел Блойби в неописуемый восторг. Как бы не описался сейчас от радости.
– В таком случае, вы должны оплатить все долги Борга передо мной. Иначе его не выпустят из города.
– Ну-ка, ну-ка, а вот с этого момента поподробнее, – я попытался подняться и тут же лбом проверил на прочность лестницу, под которой находились мои апартаменты.
– За постой, еду и выпивку Борг задолжал мне тридцать восемь золотых. К тому же до этого он брал у меня в долг под процент одиннадцать монет. Учитывая пени…
– Сколько? – интересовал меня лишь один вопрос.
– Шестьдесят две монеты золотом, – засиял Блойби с видом отличника, который превосходно рассказал урок и теперь ожидал заслуженной оценки.
Однако, а я уж думал, что танк мне вышел на халяву. Выбирать не приходится, знакомых тут у меня не так много, а Борг как никто другой подходит на роль сопровождающего. Пришлось доставать кошелек и решать проблему на месте, хотя довольно сильно хотелось садануть по этой слишком довольной гномьей роже.
Ваши отношения с Боргом улучшились, теперь вы Друзья. 
Хоть какая-то ложка меда в бочке финансового дегтя. Минутку, а откуда Борг узнал, что я заплатил по счетам? Ответ на вопрос появился, как только Блойби вышел из моего чулана, в виде лысоватого чернобрового крепыша, счастливого и вместе с этим смущенного.
– Крил, спасибо огромное. Понимаешь, как с кишей напряженно стало, поистратился совсем. В долги влез.
Я махнул рукой, прерывая его благодарные извинения. От них только чувствую себя неудобно. Не объяснять же сейчас Боргу, что каждый человек по натуре своей эгоист и делает все лишь для себя. Да, есть определенные уникумы, но если в их душе покопаться, то окажется не все так благостно. Почему-то все боятся признавать, что не хотят просто так помогать кому-то, не желают делать мир свободным и равным для всех, а живут только собой или своей семьей. Что ж, как обычно – все проблемы от нежелания человека принять себя таким, какой он есть. Конечно, если это не противоречит конституции страны.
Что же касается Борга, то пусть чувствует себя обязанным. Мне с ним детей не крестить. Но помочь в попытке найти омов, а вместе с ними и выход отсюда, он может. Так что у нас получается выгодное сотрудничество – никакой благотворительности.
Позавтракав уже поднадоевшим овечьим сыром, я проверил поднятый с мертвяка свиток, который теперь мог прочитать.
Взрывная волна 
По выбранному вами направлению будет вызвана взрывная волна, сокрушающая все на своем пути. Необходимое время для использования свитка – 3 секунды. Длина волны – 15 м. 
Неплохо, очень даже неплохо. Такой увесистый джокер в рукаве, точнее в сапоге, ибо пергамент я убрал именно туда, чтобы в случае чего быстро вытащить. Оглядел выкупленного из ростовщического рабства Борга.
– Ну давай, погнали. Надевай свою броню, доставай секиру и в путь-дорогу.
Оружие Крушиголов вытащил, я даже подивился несоразмерностью двустороннего топора с фигурой гно, но вслух ничего не сказал. А вот с доспехами получилась заминка. Сначала Борг начал мямлить что-то про неудобство тяжелой брони при подвижном ведении боя, потом про необходимость широкого замаха для рубки мертвых голов, однако меня было не провести.
– Крушиголов, что с доспехами?
– Такое дело, – ох, не понравился мне этот виноватый щенячий взгляд, – работы ведь давно нет. Я думал сначала заняться чем-то в городе. Чай, руки крепкие, голова на плечах есть…
– Борг, давай ближе к телу, с доспехами что?
– Ну я думал, что как только дела нормально пойдут, так верну их. А потом все хуже и хуже…
– Борг, что с доспехами?! – На моем левом плече поселился рассерженный черт, а на правом – разъяренный бес. И шептали они мне сейчас в уши очень нехорошие вещи.
– Я их одному кузнецу здесь заложил.
От удара кулака по столу тихонько подскочили тарелки и кружки. Меня испуганно обшарили взглядом несколько пар глаз, разговоры стали чуть тише, а Блойби о чем-то зашептался со своим помощником. Сдается мне, судьба очень не хочет, чтобы я нанял для себя танка. Что ж, я парень упертый, еще посмотрим, кто кого.
– Сколько ты ему должен?
– Сто шестьдесят монет.
И бить…ся сердце перестало. Почти все мои наличные. Наверное, в каком-нибудь другом случае, я бы еще несколько раз подумал, но теперь меня настолько охватили злость и нездоровый азарт, что остановить разозленного лучника могла лишь толпа мертвяков.
– Вставай, – бросил я Боргу, виновато опустившему глаза и сокрушающемуся в собственной финансовой несостоятельности. – Пойдем выкупать твои доспехи.
 
Двадцать семь! Двадцать семь монет золотом сиротливо побрякивали в кошеле. Еще бы немного, и пустил меня бы гномий танк по миру. Что самое противное, кузнец сразу просек, что доспехи Крушиголова мне, точнее Боргу, нужны, поэтому не торговался, а гнул свою линию.
Зато теперь маленькая неприступная крепость, из-под которой выглядывали счастливые глазки лысоватого гно, летела впереди меня к знакомым уже воротам. Я смотрел на этого радостного, как первомайский шарик, коротышку, и злость постепенно проходила. Нет, не я такой добряк, что стоило увидеть, как приношу кому-то нечто доброе, светлое и вечное, как душа тут же растаяла. Фиг там, с этого товарища еще стрясу все прилагающееся (к слову, расход на добычу у нас был довольно жесткий, Борг забирал не больше 25% находок, и то только после моего первоначального просмотра лута), просто теперь-то что горевать? Да, влетел в копеечку, но это лишь повод пойти и добыть еще некоторых благ, которые понемногу валились с мертвяков.
– Стойте, – предупредительно вышел вперед десятник, а остальные воины обошли полукругом, всем своим видом показывая, что придется притормозить.
Так, у меня складывается ощущение, что сегодня вообще не мой день. Явно какой-нибудь багровый Марс в созвездии Стрельца или стадо сумасшедших черных кошек перебежало дорогу, а я не заметил. Но чем дальше, тем хуже.
– Командир, какие проблемы?
– Приказано задержать человека до прихода тысячника. Серблуг, беги во дворец.
Итак, хорошие новости – со мной разговаривают, что-то поясняют и не тащат сразу в тюрьму. Плохая – я зачем-то понадобился тысячнику. Вряд ли чаек попить под малиновое варенье, да поболтать о том о сем. Подумаем – Брухто Свистун ранен, в ближайшее время будет подлечиваться, второго генерала я ненароком выдал и не факт, что он сейчас вообще жив. Остается последний, тот самый, который говорил о Эу «моя девочка».
На дальнейшие мои попытки завязать светскую беседу десятник отмахивался односложными фразами, а иногда и вовсе бычился, бубня: «Приказано ждать, ждите». А что мне оставалось? Попробовать прорваться силой? Допустим, я могу взять в заложники командира, пригрозив или даже наложив на него Прикосновение ротозея, оно еще вчера восстановилось. И что потом? Даже если выберусь на пастбище и прорвусь к тоннелям, какой толк? Без еды, воды и крыши над головой, один на один с мертвяками. С личами еще ладно, но вот топороносцы продыха не дадут. А тут получится, что и возвращаться некуда. Остается только ждать и надеяться на свое красноречие – не игровое, а развитое в реальном мире.
Тысячник не торопился. Может, принимал ванну, пил свой кофе или занимался не менее важными делами. Но я уже мысленно несколько раз себя повесил и четвертовал – спасибо буйной фантазии – пока не услышал шаги, отражающиеся гулким эхом от каменных стен.
– Эу, блин, ты как раз вовремя, – кинулся я навстречу своей знакомой. – Тут меня зачем-то тысячник вызвал. Вон тот, – указал я на десятника, – отправил вот этого, – палец переместился на гно, шествовавшего впереди воительницы. Погоди-ка…
Я уставился на новенькие, подогнанные под Эу наплечники, и на челюсть с непреодолимой силой вдруг начала давить сила земного тяготения. Все бы ничего, если часть доспеха не оказалась адамантовой.
– Так ты теперь…
– Тысячник, – Прыг-скок нервно улыбнулась, явно еще морально не готовая к новому повышению. – Первая женщина-гно тысячник за все время правления Дриина.
– Ну-ка давай рассказывай, – я расслабился и мысленно отпилил толстую веревку от несуществующей виселицы.
– Ты же знаешь о предательстве прошлого генерала. А когда освободилось место, стали рассматривать тех сотников, кто защищал короля.
– И выбор остановился на тебе.
– Я честно не знаю, почему так решил Его Величество... Но это не из-за того, что мой отец тысячник, – поторопилась оправдаться она.
– Твой отец тысячник?
– Приемный отец, – уточнила Эу. – Сунис Прыг-скок, тысячник Его королевского Величества Дриина Крепкорукого, преданный слуга короля вот уже триста семьдесят пять лет.
Ну слава богу, значит, тот старый гно не из тех, кому бес не дает покоя в ребрах.
– Это все хорошо, а со мной зачем хотела поговорить?
– Поблагодарить. Если бы не ты, то неизвестно чем бы все закончилось.
Ваши отношения с Эу Прыг-скок улучшились, теперь вы Приятели. 
– Как ты знаешь, вещи и золото с поверженного врага победитель может забрать. А у заговорщиков много чего было.
Да святится имя Дриина Крепкорукого и всех тех бедолаг, которые хотели свергнуть этого великого правителя! Ибо сейчас мое финансовое положение вновь улучшится.
– Но заговор был против его величества, поэтому вся добыча ушла в королевскую казну.
Будь проклят этот толстый никчемный предводитель гно, скаредный скупердяй и хапуга! Пусть не удивляется, если через месяцок нагрянет новая революция.
– Но тысячники и… я, мы убедили короля, что твой вклад неоценим, поэтому...
Эу бережно вытащила из-под доспеха сверток коричневой ткани. Хм, маленький какой. Вряд ли там золотишко. Что тогда? Редкий артефакт? Кольцо, амулет? Печатку какую-нибудь получше. Свободные пальцы у меня еще есть, а вот на шею больше ничего не полезет. Ну или драгоценные камни, почему нет? Гномы же рудокопы, всяко чего-нибудь могло попасться. Да, так даже лучше, загоню самоцветы и перестану бояться бедной старости.
Но Отец, если он еще не покинул этот мир, издевался надо мной по полной. После многочисленных манипуляций в руках Эу оказался прозрачный флакон с красновато-оранжевой тягучей жидкостью, больше всего походившей на раскаленную лаву.
– Вот, – протянула довольная Прыг-скок.
– А что это? – боясь обжечься, принял я подарок, который к моему удивлению оказался холодный.
– Жидкий огонь. Его нашли у одного из зачинщиков бунта. Слава Отцу, что он не попал в руки алхимикам, а то бы нам пришлось худо.
– Ага, Отцу слава, – ответил я, разглядывая чудо чудное.
 
Жидкий огонь. 
Для получения сведений необходима профессия Алхимик. 
 
Мда, исчерпывающее объяснение. Что мне с ним делать, печь топить? Лучше бы в денежном эквиваленте отсыпали. Я человек не гордый, мне золотом самое то. Ну что теперь делать…
– Большое спасибо, Эу, это большая честь для меня, – сказал я и даже поклонился на какой-то китайский манер.
Прыг-скок довольно улыбнулась и пожала руку.
– Береги себя, на рожон не лезь, – предупредила она меня.
Только после всего этого ворота открылись, и стражники выпустили нас наружу.
– Надеюсь, ты не собираешься наделать глупостей? – уточнил у меня Борг.
– Вообще, я на них большой мастер, вроде и не планирую, но как-то сами собой выходят. А ты сейчас про что?
– Про госпожу Прыг-скок. Я же видел, как она на тебя смотрела.
– Что за чушь ты говоришь? – Сказал, а сам почувствовал, как становлюсь пунцовым.
– Только сумасшедший ответит ей взаимностью.
– Да я и не собирался… А чего с ней не так?
– А того, что все в Бампасе знают – десятник Барбадух Ветрогон влюблен в госпожу Прыг-Скок. И переломает кости любому, кто проявит к ней интерес.
– Что, и прецеденты были? – Борг посмотрел на меня так выразительно, что я все понял. – Ладно, не бери в голову. У меня с Эу ничего нет и не будет. И можешь, при случае, Барбадуху передать…
Дальше шли практически не переговариваясь. Удивительное дело, но в компании Крушиголова тоннели не казались такими мрачными, острые каменные выступы хищными, а тишина гнетущей. И пусть против личей он был бесполезен, само его присутствие подпитывало меня невиданной силой и уверенностью.
Чтобы обезопасить танка от медленного, но очень неплохо бьющего мага с ментальным посохом, я отрядил его следовать за мной на некотором расстоянии. Если вдруг появлялся лич, то по условному сигналу Борг должен был отступать до пастбища. При возникновении на горизонте топороносца никаких оповещений не требовалось. Условились на том, что мне нужно лишь добежать до Крушиголова.
– Ты знаешь, куда мы идем? – нарушил привычную тишину Борг. Я попытался отмолчаться, но гно продолжил. – Здесь бесчисленное множество тоннелей, по которым бродят мертвяки. Ты знаешь, какой путь ведет к омам?
– Нет, но в ближайшее время надеюсь это узнать, – я подсветил карту в книге Искрой. Так, здесь в прошлый раз встретил топороносца, значит… – Еще немного.
Мы прошли очередной поворот, и я остановился перед знакомой растрепанной сумкой. Бережно подобрал несколько свитков со сломанными печатями Дриина.
«236 день от выхода из Бампаса. Тоннель L-329 завален. Потратили на него два дня, встретили четырех мертвяков. Еще повезло, что один оказался придавленным камнями. В битве потеряли Юруса Трухача и Жерлдина Торопыгу. Обратным путем вернуться не получится, ищем обход.
239 день от выхода из Бампаса. Тоннель L-331 расходится в три стороны. Исследуем сначала крайний слева, ибо оттуда доносится ветер»…
И куча таких отчетов. Я вот только одного не понял. Как-то нелогично, тоннель впереди завален, поэтому вернуться обратным путем не получится. Это как? От своей догадки я похолодел. Дрожащими пальцами стал рыться в недрах походной сумки, она же должна быть здесь, должна.
Карту я извлек настолько бережно, что даже дышать перестал. Приложил тихонько к книге и открыл на последней странице. Есть! Уму непостижимо. Они добрались, добрались до омов! Вход впереди завален, поэтому вернуться тем же путем не получится – это они уже в Бампас шагали. От омов. Жаль ребят, всего ничего ведь оставалось.
– Смотри, Брог, сюда. Видишь точку. Там и живут твои дочка с женой.
– Шальт, – тихо прочитал Крушиголов.
– Город омов, – закончил я за него.
Всего отметин было три, соединяясь между собой, они образовывали приплюснутый равнобедренный треугольник, испещренный многочисленными ходами и тоннелями, словно после обеда сотни безумных землероек. В левом углу располагался Бампас, в правом притаился Шальт, а вот вершиной являлось странное изображение, напоминающее трехгранную пирамиду. Рисунок был выполнен довольно искусно, с тенями и четкими прямыми линиями.
– Не видел раньше этот знак? – спросил я у Борга.
Гно посмотрел на меня, как на преемника творчества Петросяна, то есть, очень неодобрительно и вместе с этим удивленно. Мол, нашел о чем шутить. Но поняв, что мой вопрос серьезен и даже теперь нуждается в ответе, произнес лишь одно слово:
– Средоточие.
 
Искушение пойти к самому загадочному месту было велико, но во-первых, меня не понял бы Борг, у которого было только одно направление, а во-вторых, я догадывался, сколько мертвяков нас там ждет. Поэтому, внимательно изучив карту разведчиков, выбрал на мой взгляд наименее безопасный тоннель – длинный, с редкими изгибами. Только до него еще необходимо было добраться.
И меня терзали смутные сомнения, что без приключений это не получится. Моя задница почему-то работала своеобразным магнитом для всякого рода неприятностей, но плохо другое – я уже стал к этому привыкать. Еще до меня стал доходить некий баланс игры – гно не могут прорваться к Средоточию, потому что путь преграждают личи с ментальной магией. Против них в тоннелях воины сделать ничего не могут.
С другой стороны, против лома нет приема, если нет другого лома. Точнее ома. Могу поклясться, что у второго народа – как я понял, волшебников – есть и защита от ментала и метод борьбы против личей. Но толпы живых гномов-визардов здесь не наблюдается, что подводит нас к следующему выводу – у Шальта патрулирует другой вид мертвяков. Топороносцы? Почему нет. Эти прыткие ребята один на один любого колдуна запинают. Все сходится, кроме одного.
Если разделить образно карту пополам, взяв Средоточие как центральную точку, то со стороны гно должны быть одни личи, а у омов топороносцы. Но одного из последних я встретил не так далеко от города. Разрушение баланса? Вот балбес! А кто сказал, что это патрульный? Тел разведчиков мы не видели, соответственно, они где-то здесь неподалеку, где и умерли. Минуту, если они близко.
– Крил! – тревожный голос Борга подтвердил мою догадку.
Блин, и как он вперед ушел, договаривались же! Я глянул дальше и похолодел. На нас неслось три топороносца-разведчика, а за ними ковыляла, по всей видимости, причина их смерти – пара личей.
– За мной, – крикнул я Крушиголову и ломанулся назад.
Повторять ему не пришлось, побледневший Борг с вспотевшей от страха лысиной и пятирублевыми глазами поспешно драпанул. Жаль, что Бег у него не так хорошо вкачен, как у меня – это стало заметно примерно через минуту. Топороносцы догоняли моего танка, а я прогонял в голове множество мыслей по его возможному спасению. Ну самого рьяного я остановлю Оглушением, потом можно кинуть Прицельный выстрел. Прикосновение ротозея еще восстановилось, но для этого надо подпустить врага на расстояния интимной близости, чтобы дотронуться.
Продумать стратегию я не успел, навстречу из очередного поворота вышел еще лич. Я схватил начавшего каменеть Борга за руку и свернул с ним в ближайший извилистый тоннель. Крушиголов тряхнул головой, приходя в себя, и, несколько раз споткнувшись, продолжил бег. Значит, ментальная атака личей работает только в пределах открытой видимости, хоть что-то выяснили. И все бы хорошо, только теперь мы неслись сломя голову, хрен знает куда, явно уходя в другую сторону от города. 
Позади послышались возмущенные звуки, обернувшись, я злорадно ухмыльнулся. Ближние к нам личи столкнулись со слишком прыткими топороносцами и теперь дергались, образовав пробку в тесном проеме. Хорошо, это их на какое-то время задержит.
Мы проскочили несколько поворотов и одну небольшую пещеру, из которой пахнуло теплым затхлым воздухом. Искра пульсировала все сильнее, рискуя обжечь руку, но в этом был явный плюс – мы напоминалималенький, но гордый поезд с мощным фонарем. Оно и понятно, частице мантикоры ой как не хотелось, чтобы ее хозяин, простите, партнер, погиб здесь. Это бы означало и постепенное затухание самой Искры. Жаль только, что малютка еще слаба и не набрала достаточного количества душ, помощь сейчас мне явно нужна.
Только благодаря яркому свету я заметил впереди две шаркающие навстречу фигуры личей. Возмущение было сильнее страха. Мать вашу, вы издеваетесь? Кто именно были эти загадочные «вы» я не придумал, да и некогда было. Личи подбирались уже на опасную для Борга близость – еще несколько шагов, и мой гно превратится в камень.
Потащил его обратно, где слышался дружный топот, но еще не было видно врагов. До пещеры мы еле успели: влетели, ступив на рыхлую землю, и я от разочарования застонал. Мало того, что небольшое пространство метров десять на пятнадцать никуда не вело и заканчивалось тупиком, так еще и было сплошь усеяно мелкими зубастыми тварями, размером с отъевшегося кота. Их тела покрывал серый хитин, делавший мобов похожими на раков, не было лишь хвоста и больших передних клешней, зато крохотных тонких конечностей в избытке. 
Несмотря на мои опасения, членистоногие не обратили на нас ровно никакого внимания, продолжая самозабвенно ковыряться в земле. Борг толкнул меня в бок и заворожено произнес.
– Отец великодушный. Богатство-то какое.
– Какое? – пытаясь отдышаться, спросил я.
– Киша.
– Ага, замечательно. Они наши славные трупаки и подъедят, пока мы не присоединимся к мертвякам. Вернее ты присоединишься, что со мной будет, никто не знает.
Аргумент был своевременный, потому что со стороны тоннеля уже довольно близко слышался топот объединенного и загнавшего нас в ловушку отряда. Четыре лича и три топороносца, шансы выжить невелики, а если честно, то их попросту не было. От невеселых мыслей меня отвлекло жжение большого пальца. Я удивленно посмотрел на него – Кольцо Светоча, надетое на палец, артефакт с остатками разума, прошлого хозяина пыталось напомнить о себе. А почему нет, план дерзкий, но ничего другого не остается.
– Борг, встань у стены и не выглядывай в тоннель, как только я крикну, забегай и руби всех подряд. Понял?
Крушиголов кивнул и покрепче сжал секиру. Я прислушался к своему сердцу, оно заходилось от страха, и мысленно начал отсчитывать. Три, два, один.
– Ааааа!...
 
***
 
Москва, 4-й Тверской-Ямской переулок, Институт нейрохирургии имени академика Н. Н. Бурденко 
 
– Потерпите, голубчик, еще немножко.
Худой, как ссохшаяся жердь, врач следил за монитором. От напряжения вены на его сухих, засыпанных перхотью висках, вздымались под кожей синими жгутами. Почему-то они привлекали внимание Ежа сильнее, чем щекотка в мозгах.
– Ну все, держались молодцом, – встал врач и принялся отлеплять от головы Паши присоски.
Еж с удовольствием почесал затекшую кожу на голове и помассировал виски. Хотел было встать, но доктор жестом остановил его.
– Куда собрались, голубчик?
– Работать собрался, – встрял за него Геннадьич. – Он, Альберт Демидыч, там такие авгиевы конюшни наворотил, за месяц не управится.
– Михаил Геннадьевич, – посуровел врач. – Я настоятельно рекомендую оставить вашего подопечного на несколько дней. Понаблюдаем его…
– Альберт Демидыч, дорогой вы мой человек, – шеф улыбался, как барракуда, нагнавшая мелкую рыбку, – ну где ж эти несколько дней взять? Я же не говорил, что его к вам положу, но попозже. Давайте, под мою ответственность.
Геннадьич вывел слабо упирающегося доктора и спихнул обсуждение всех бюрократических проволочек на Жору, шестерку из людей самого Ежа. Потом повернулся к Паше, и взгляд его стал настолько безразличным и холодным, будто они с боссом раньше никогда не виделись.
– Ты жив лишь только потому, что мне жалко своих усилий. Я слишком много вложил в тебя сил, выстругал из куска полена настоящего живого мальчика. Понимаешь?
Еж кивнул. У него все внутри сжалось, и заходили ходуном колени, как перед самой первой дракой в восемь лет. Он был сейчас простым накосячившим пацаном против серьезного авторитетного человека и мысленно молил лишь еще об одном шансе. Геннадьич дошел до двери шкафа, вернулся с аккуратно сложенной одеждой и парой туфель.
– Переодевайся.
Паша рывком стянул с себя казенную пижаму, сорвав пару пуговиц, и принялся судорожно натягивать рубашку. Сухой, сморщенный Геннадьич задумчиво смотрел на его крепкое красивое тело, все-таки сто восемь килограмм натренированной плоти никуда не денешь. Но сейчас Еж стеснялся выпирающих бицепсов и широких плеч, как в детстве стыдился худеньких рук и неразвитой цыплячьей груди. Все, чего он хотел – это спрятаться, скрыться, превратиться в невидимку и больше никогда не попадаться на глаза шефу.
Они молча проследовали в коридор, также не переговариваясь, в сопровождении нескольких телохранителей, между прочим, людей, подбираемых лично Ежом, покинули больницу и вышли на улицу. Без единого звука, громко стуча каблуками, добрались до Фадеева, где у Геннадьича была припаркована машина, и сели внутрь. Пара ребят осталась снаружи, остальные разошлись по автомобилям сопровождения.
Еж выдержал холодный со стальным отливом взгляд шефа, после чего Геннадьич криво ухмыльнулся и вытащил ворох папок из дипломата.
– Примерно через пару часов после твоего разговора со Стрельцовым кое-что изменилось. Особняк Терентьевых, – он бросил досье на колени Паше, – увеличил охрану в три раза и ужесточил методы проверки въезжающих на объект. Теперь там вошь не проскочит. Так что игрок Сетта отпадает. Едем дальше. Ланцов Сергей, известный тебе как Кобелюга, вместе с семьей вылетел в Каракас, Венесуэла. Текущее местоположение неизвестно.
На колени Ежу приземлилась еще одна папка.
– Шуйских Игорь, он же Горилла76. Вылетел в Кейптаун, ЮАР. Текущее местоположение неизвестно, – шлеп, перед Пашей бухнулось еще одно досье. – Романцева Елизавета, она же Фиалка, вылетела в Ханой, Вьетнам, текущее местоположение неизвестно. – Шлеп. – Вороновский Янис, он же Дерден. Исчез вместе с отцом. Мать твою, с больным, парализованным отцом!
Геннадьич ослабил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу. Он задумчиво посмотрел в окно и произнес будто самому себе.
– Все, в один день… Как рыбы сквозь дырявую сеть. – Он повернулся к Ежу. – Теперь ты понимаешь, что у нас нет никаких рычагов давления.
– Родители Артемьева.
– Спохватился. Первые и драпанули. 
– Не может быть, чтобы ничего не было, ни одной зацепки.
– Я тоже так думаю. Поэтому ты сейчас здесь. Найди мне любую зацепку, хоть отдаленно ведущую к Стрельцову. Что-нибудь, что может его спровоцировать, вывести из равновесия, привести к необдуманным поступкам. Понимаешь? Нам надо схватить его за жабры. Возьмем его – возьмем всех. И не дай Бог тебе облажаться в этот раз.
Наполненная Искра
Искру предусмотрительно оставил убрал в мешок – не с руки воевать с одной занятой конечностью. Я четко видел очертания фигур: почти метрах в семи от меня тройка топороносцев и плетущихся с другой стороны пара личей. Замечательно, все в радиусе поражения. Меня немного смущало, что я не лицезрел еще троих визардов-умертвий, сопровождающих погибших разведчиков. Отстали, наверное. С другой стороны, это гораздо лучше – что называется, разделяй и властвуй.
Я дотронулся до кольца, и тоннель вспыхнул белым маревом. Чуть отклонился от набегающих топороносцев, и те, проскочив мимо, налетели на личей. Подействовало! Мобы встали, как громом пораженные. Вместе с этим от их тел стал подниматься легкий, почти прозрачный дымок. Вот ведь вампиры недоделанные, получите и распишитесь. Ладно, где там мой танк?
– Борг!!
Топороносцы едва заметно вздрогнули, но даже головы не повернули. Работает паралич, еще как работает. Правда, тут случилась одна неприятность – Крушиголов появился в проеме тоннеля, но не в том состоянии, на которое я рассчитывал. Он, конечно, двигался, в отличие от его мертвых собратьев, однако при этом закрывал глаза рукой, натыкаясь на преграды, как незрячий кутенок.
Блин! Светоч мертвых парализует, а живых ослепляет. Серьезный просчет во всем плане. К тому времени, когда кончится действие кольца, нас сотрут в порошок. Нет, может быть, Крушиголов в состоянии что-то противопоставить топороносцам, только личи не дадут Боргу сдвинуться с места. Была бы возможность вывести их из строя…
Мой взгляд скользнул по обнаженной кисти визардов – одному из немногочисленных мест неприкрытых броней. Мысль безумная, но что если получится? Я молниеносно вытащил ножи и в несколько прыжков оказался у первого лича. Хрясь – клинки рубанули руку, в которой умертвие держало ментальный посох. Кость не сразу, но поддалась. Удар, еще удар, и еще.
Открыт талант Отсечение. 
Отрубленный кулак с зажатым в нем посохом грохнулся на каменистую землю, сопровождаемый недовольным мычанием лича. Извини, тебе, наверное, очень больно – так не фиг добрых гно ментальной магией по тоннелям гонять.
Насладиться первыми успехами в области полевой хирургии не удалось. Времени было мало, действие кольца всего каких-то 30 секунд, из которых половина уже утекла сквозь мелкие камни под ногами, а на повестке дня еще один лич.
Тот словно предчувствовал беду, перед тем как я активировал Светоч, выставил перед собой клинок – ага, сейчас прям с разбега и кинусь на него. Встал поудобнее и безжалостно рубанул по кисти. Чувствовал себя Ринго Старром – рука лича заменяла барабанную установку.
Получен талант Отсечение, уровень 1. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности. 
Ну уж извини, Дита, что не успел пока поднять способность для развития таланта, как-то не до этого было. Проскочил сбоку от топороносца, возвращаясь обратно, и полоснул его по незащищенным доспехами костям. Вреда почти никакого, но мне показалось, что разведчик дернулся. Нет, ножами я тут много не навоюю. Все-таки заточен под стрелка, хоть и довольно слабого.
Откатился еще немного назад, применил Беглый огонь и стал поливать мертвяков стрелами. Оказывается, при такой скученности получается довольно неплохо. Топороносцы явно злились, жаль, сказать ничего не могли. Хотя даже от умных, по логике, личей я еще ни слова не слышал. Партизаны, язык, что ли, откусили? 
Заметив, что марево начинает ослабевать, я проскользнул обратно в пещеру и уже оттуда скомандовал.
– Борг, приготовься, сейчас ослепление закончится. Встань на входе и не пускай никого вглубь пещеры!
Сам отошел еще дальше, где земля поднималась прямо до потолка. Так повышалась вероятность поражения противника, не задевая гно. Только стрелять надо будет точнехонько в голову. 
И снова темнота, надо было Искру рядом выложить. Хоть какой-то свет давали наконечники моих стрел, впившиеся во врагов, а так приходилось лупить по их очертаниям. Думаю, не будь Ночного зрения на единичке, пришлось бы куда хуже.
План сработал, без посохов личи потеряли свое неоспоримое преимущество против гно. Борг работал секирой, как заключенный на лесоповале, надеясь на УДО за примерную работу. Топороносцы же мешались друг другу не в силах нанести нормальный удар и больше огребали от коротыша, не зря получившего прозвище Крушиголов.
Вы убили мертвого топороносца. 
Я мысленно почесал затылок. Это ж какого Борг уровня, если меньше чем за минуту вынес неупокоенного разведчика? Мне кажется, даже не равный мобам, а выше. Я бы этого несчастного топороносца с полчаса ковырял, при условии, что тот стоял на одном месте. Однако.
При этом Крушиголов использовал какие-то свои, воинские, умения – изредка удары подсвечивались разным цветом. Противников периодически отбрасывало, оглушало и переворачивало. Конечно, ему тоже несколько раз попало, но доспехи выдержали – не зря их выкупил.
Вы убили мертвого топороносца. 
Аж зависть берет, как он их крошит. Причем Крушиголов несколько раз присел, уходя от удара в голову – у него еще и Уклонение неплохое. Встретил несильным тычком просунувшегося поглядеть на битву лича. Впрочем, мобу этого оказалось вполне достаточно, чтобы унять свое чрезмерное любопытство – тот отшатнулся, покачиваясь на ногах, с явно повешенным дебаффом.
Меня смущало другое – постепенно движения Борга становились медленнее, тяжеленная секира делала свое дело, снижая Бодрость. А ведь на подходе еще трое личей.
Получен талант Изъян, уровень 3. 
Я уж и забыл, что у меня такой есть. Он, вроде, отвечает за криты, когда попадаешь в уязвимые места. 
Вы убили гнома-лича. 
Все-таки любопытство явно порок. Бедолага сунулся к Боргу еще раз, за что и получил. Вернее, поймал лезвие топора головой. Его товарищ, тоже не отличался высоким ай-кью, встал на место убитого и принялся махать мечом. Что называется, умные учатся на чужих ошибках, дураки – на своих, идиоты не учатся ничему. Я уже приготовился слушать извещения Диты о победе, потому что топороносец заметно проседал под рубящими ударами, как Борг вдруг застыл. Твою маму, на фига ты полез в тоннель? Немного ведь не хватило.
Крушиголов встал как вкопанный, а разведчик на пару с личем осторожно, точно не веря еще своему счастью, прощупывали его доспехи, бряцая по нему оружием. Я глубокого выдохнул, натянул тетиву так, что онемел локоть, и вложил Прицельный выстрел. 
Получен талант Дальность, уровень 2. 
Получен уникальный талант Снайпер, уровень 2. 
Вы убили мертвого топороносца. 
Искра выпила душу врага. Наполнение Искры 6/10. 
Аллилуйя. Лич продолжал монотонно лупить Борга, но сразу сагрился на меня, стоило лишь высунуться в коридор. Я пробежал метров десять в противоположную от нападавших сторону, и умертвие вернулось к Боргу, поняв, что за мной гоняться – дело бесполезное. Силу, «успокоившую» Крушиголова, заметил даже в темноте. Подоспела мертвая подмога, святая троица, мать их. Ну ничего. Лишь бы получилось.
Дрожащими руками вытащил из сапога свиток Взрывной волны. По телу бегали мурашки, а от адреналина шумело в голове. Сделал несколько шагов вперед – длина заклинания всего пятнадцать метров, однако нужно еще и не сагрить личей. По крайней мере, раньше времени. Тупо уставился на руны, которые стали плавно превращаться в знакомые буквы, образуя какую-то тарабарщину. «Кхингшунгвиндн».
Впереди будто бухнул танк. Грохот раскатился по тоннелю, а неведомая сила магического происхождения сотрясла всю гору, осыпав меня мелкими камешками и песком. Знатно как!
Вы убили гнома-лича. 
Искра выпила душу врага. Наполнение Искры 7/10. 
Всего одного? Вообще-то я рассчитывал одним махом всех побивахом. Но малый свиток рун оказался действительно малым. Опрокинул замертво лишь ближайшего ко мне лича, которому сначала я оторвал руку, а Брог потом добавил на орехи. Что ж, зато Крушиголова не сильно задело. К тому же в мгновение ока враги оставили танка, отыгрывающего паралитика, и направились ко мне.
Ох, ну что ж, не сдаваться же. Стрела с Оглушением глубоко вошла в глазницу наиболее прыткого лича и отбросила его на несколько метров. С проворством догоняющего преследователей биатлониста закинул лук за спину, достал ножи и бросился вперед. Длинный меч со свистом разрезал воздух, но толку от этого было мало, потому что я в самый последний момент присел. И стоило только клинку по инерции пройти дальше, как я резво вскочил и ударил с двух рук по запястью.
А ведь и правда с левой руки урон меньше, незначительно, но все же. Придавил ею присмотренную для экзекуции конечность и что было силы ударил правой.
Получен талант Отсечение, уровень 1. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности. 
Внимание. Получено 318 единиц урона. 
Твою ж за ногу. Доли секунды хватило, чтобы увидеть широкую кровоточащую рану на боку. А что я хотел – чтобы второй лич спокойно стоял в очереди, пока я разбираюсь с его собратом?
Сорвал с руки Прикосновение ротозея и влепил обидчику – побудь теперь в шкуре Борга, когда все видишь, все слышишь, а сделать ничего не можешь. Поднырнул, уходя от удара однорукого и одновременно подставляя обездвиженного – сталь после маневра должна была прилететь тому в грудь. Одновременно удивился несоответствию своих желаний с возможностями. В чертогах разума я по-прежнему был цирковой акробат-эквилибрист, а на деле оказался растолстевшим и отошедшим от дел гимнастом. Рана давала о себе знать. Надеюсь, у меня хватит сил на задуманное. Иначе каюк.
Проскочил вперед, уводя последнего лича за собой. Решать все надо быстрее, там позади еще плетется однорукий. Резко остановился, деланно позволяя себя ударить, чем визард не преминул воспользоваться.
Получен талант Уклонение, уровень 10. 
– Аргх!! – То ли удивился, то ли рассердился лич, сразу и не разберешь. У этих мертвяков мимика такая же, как у актеров российских сериалов для домохозяек.
Он шагнул вперед, пытаясь достать меня мечом, а я проворно проскочил у него между ног и ударил со всей дури по руке.
– Аргх! – Заревел лич, поворачиваясь ко мне, а я все бил по кости, пытаясь попасть в одно и то же место – раз, два, три.
Получен талант Отсечение, уровень 1. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности. 
Внимание. Получено 289 единиц урона. 
Вы убили гнома-лича. 
Нет, не я, пришедший в себя Крушиголов. Слышал, как сочно и грозно раздаются удары за спиной разозленного лича, который уже поднял на меня меч.
– Борг, сюда! – Уворачиваюсь от очередного удара, заливая камни кровью. Хлещет, как со свиньи.
Гно с ходу врубился в драку, сбив лича тусклым коричневым скиллом. Наступил на руку, с зажатым в ней клинком, и с монотонностью серийного маньяка стал бить секирой по голове. Личу много и не надо было, после третьего внушения двусторонним топором он сдался.
Вы убили гнома-лича. 
Внимание! Достигнут тридцать третий уровень. 
– Обездвиженного еще убей, скоро с него оцепенение слетит.
Борг, соскучившийся по драке в период ментальной заморозки, кивнул и кинулся обратно. Я попытался сесть, глядя на короткие всполохи его умений, применяемые на несчастном личе. Тот и в равном-то бою, без своей магии, ему достойно бы не ответил, а стоя каменным истуканом, представлял просто манекен для отработки ударов.
Вы убили гнома-лича. 
Что и требовалось доказать – если убрать ментальное воздействие, то личи из себя абсолютно ничего не представляют. Для Борга, конечно. Мне с ними все равно встречаться нежелательно. Четыре пропущенных удара – и все, можно закапывать.
– Сейчас, сейчас, – подошел Крушиголов и закопался в мешке. 
Он вытащил знакомую мне по запаху траву – Бережник вроде, – и приложил на раны. Удивительное дело, но рассеченная кожа стала затягиваться прямо на глазах. Потом Борг порылся еще и протянул мне флягу с содержимым, напоминающим самогон. Несмотря на мое относительно слабое сопротивление, гно влил в меня пару глотков.
Вы выпили Смердящее пойло, восстановлено 89 единиц здоровья. 
Ох, что-что, а название напитку дали соответствующее. Ну хотя бы стало понятно, почему Крушиголов так настойчиво всучивал мне эту спиртягу. Оно неплохо хиты восстанавливает. Заранее сморщился, резко выдохнул и сделал еще глоток.
Вы выпили Смердящее пойло, восстановлено 98 единиц здоровья. 
Внимание, талант Дальность снижен на одну единицу следующие 2 часа. 
Я даже не удивился. Не думал же, что можно наклюкаться и сохранить в неизмененном виде боевые таланты. Ничего смертельного, тем более у меня тут танк на подхвате.
К моменту, когда Здоровье поднялось до 1060 (больше у меня не было) я изрядно нализался. Как итог: Дальность минус один, Скорострельность минус два, Бронебойность минус два, вся ветка Меткости минус один.
На шатающихся ногах прошелся по мертвому отряду, который мы перекрошили, как огурцы в окрошку, и собрал нехитрый лут. Негусто: 5 высохших сердец личей и 3 топороносцев, 4 зачарованных камня от ментального посоха, 2 древка, малый свиток рун и обычный свиток. Их принялся разглядывать повнимательнее. Как только всмотрелся, из кракозябр гномьего алфавита сложились знакомые буквы.
 
Малый свиток Огня 
Направленная атака. Урон 87 единиц струей пламени в течение 7 секунд. Дальность 10 м. 
Дополнительный урон от поджога противника. 
 
Свиток Бури. 
Направленная атака. Урон варьируется. Создает смерч диаметром 8 м. Время действия 30 секунд. Дальность 20 м. 
 
Замечательно. Хотя, на мой взгляд, обычный свиток Огня был бы намного полезнее, но ничего, я же не купил их, в конце концов, а удачно выбил.
Собрал еще 246 золотых, из которых отдал 61 Боргу. Если честно, жалко – можно было припомнить и выкуп доспехов, и оплату его долгов. Но если рассуждать по-честному, то Крушиголов их точно заслужил. Практически в одиночку забил весь отряд мертвяков.
– Ты унесешь все? – глядел я, как гно с моего разрешения забивает мешок сапогами, которые попадали с личей, оружием и щитами топороносцев.
– Унесу, конечно. Я еще и на кишу место оставляю.
Точно, я уже и забыл про этих существ. Достал Искру и вернулся в пещеру. Похоже, бой несколько напугал хитиновопанцирных. Они сбились в кучу у дальней стены, подчас залезая друг на друга и противно пища.
– Они не нападут на нас? – спросил я, прикидывая, сколько их тут.
– Нет, киши всего боятся. Исключение, когда рядом матка. Тогда бы нам не поздоровилось. А так, хоть голыми руками бери.
– И что с ними делать?
– Обычно отсекают голову. Она бесполезна и ни на что не годится. Вся ценность в брюшке, там лимфа. Смотри.
Крушиголов схватил ближайшего жука, положил на камень и, орудуя секирой, как поварским ножом, отрезал голову. Потом отсек лапки и показал мне гладкое туловище киши.
– Вот так мы их и носим. Лимфа, если ее не перегнать, портится за день. А в кише, даже мертвом, можно хранить ее почти неделю. Я их щас быстро нарублю, и дальше пойдем.
– Погоди, – останавливаю я.
В голове рождается простой и одновременно хитрый план. Киша это же мобы, пусть низкоуровневые, но мобы. Берусь за нож.
– Я сам.
Алкоголь сыграл свою злую шутку, и первые несколько ударов пришлись как раз по хитиновому панцирю, под испуганные вздохи Борга. Ну да, извините, запорол ценный лут. Зато перебив с десяток бедных кишей и более-менее навострившись обезглавливать бедолаг, движения стали машинальными. Немного раздражало системное сообщение от Диты о повышении таланта Отсечения. Хоть остановись и повышай соответствующую способность. Но это в мои планы не входило, сейчас всего семь очков способностей и четырнадцать таланта, а если учитывать, что качаться я начал медленнее благодаря компашке Крушиголова, надо будет трижды подумать над распределением свободных единиц.
Во время монотонной работы я даже начал трезветь. Откатилась обратно на одну единицу Бронейбоность, а следом и Скорострельность. Еще через минут двадцать вернулась в былое русло вся ветка Меткости, только Изъян с Дальностью остались в минусе. Зато когда кишей оставалось не больше двадцати штук, Дита наконец расщедрилась на подарки.
Поздравляем, вы убили сто монстров. Получено достижение «Вивисектор2». 
Вы без остановки убили пятьдесят монстров. Получено достижение «Неутомимый». 
Ну уж на монстров трусливые хитиновые малютки не тянули, но мой замысел удался – система определила каждую тварь как полноценного моба. Сделал знак Крушиголову продолжать развлечение за меня, уселся у стены и, подсвечивая Искрой, стал изучать книгу.
Достижение «Вивисектор2». 
+ 100 единиц к Здоровью. 
Достижение «Неутомимый» 
+ 50 единиц к «Бодрости». 
Ладно, что у нас из новенького?
Сила – Рубка – Отсечение. 
Там, наверху, вряд ли понадобится, я же больше с луком бегаю. Но вот тут нужная штука, и прокачать можно быстро на тех же кишах. Надо будет обмозговать.
Интеллект – Наблюдательность – Ночное зрение. 
Тоже вот непонятно, что с этим делать. Круто, модно, молодежно, но насколько пригодится вне владений гномов?
Сила – Бросок – Травля. 
Вообще чушь какая-то.
Уникальный талант Снайпер, уровень 2. 
Способность поразить противника одним выстрелом повышена на 6%. 
Это самое сладкое из всего, что было. Только качать Снайпера тяжело. Он же завязан на два таланта – Бронебойность и Дальность, а последний у меня совсем не развит.
– Все, я готов, – довольно потряс мешком Борг. – Можно возвращаться в Бампас, продать вещи, а потом сразу в Шальт. А?
– Погоди с Бампасом, – я захлопнул книгу и посмотрел на Искру.
Наполненность 7/10. 
Всего три души осталось. Но убить мобов я должен сам. Хотя кто сказал, что Крушиголов мне не может чуть-чуть помочь?
– Слушай, Борг, есть у меня один план, а потом сразу в Бампас. Хорошо?...
Мне казалось, что я даже начал ориентироваться в тоннелях. Вот этот заброшенный штрек мы проходили, значит сейчас направо. Ну-ка, что там карта говорит? Точно. Проблема в том, что нам нужны три моба. Предпочтительнее, конечно, топороносцы, их Борг быстро доведет до кондиции, а там уже я такой красивый на коне и в белом пальто прикончу мертвяков. Только по иронии судьбы за ближниками надо идти дальше, а нам бы чтобы возле города.
Как-то пустынно тут становится, даже неприятно – надо неупокоенных в красную книгу заносить. Мы без особых успехов обшарили ближайшие тоннели. Но стоило ступить на путь, ведущий к Средоточию, как сразу, словно черт из табакерки, выскочил лич.
Крушиголов застыл, а я вытащил ножи и начал ждать. БАМ – ударил меч о доспехи гно. БАМ, БАМ, БАМ – уверенно и радостно застучал клинок, пытаясь пробить броню. С Борга, конечно, слетали хиты, но при нынешней ситуации личу придется стучаться в закрытую дверь минут десять, а их у него не будет.
Я же подбирался все ближе и ближе, пока не встал за спиной Борга. Дождался момента и саданул по руке с посохом. Лич заревел белугой и, забыв о застывшем гно, бросился за мной. Вместе мы напоминали двух детей, бегавших вокруг стульчика и ждавших, когда закончится музыка. Один из них, то бишь я, был явно проворнее другого, и кроме бестолковой суеты вокруг памятника храброму гно изредка еще бил преследователя ножом по руке. Получалось не очень сильно, но все же через несколько минут кордебалета я услышал заветное:
Получен талант Отсечение, уровень 1. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности. 
И тут же, словно разозленный цепной пес, спущенный с привязи, на мертвяка налетел Крушиголов. Хрясь – треснула кость, бух – свалился оглушенный ударом рукояти лич.
– Борг, не забудь, о чем договаривались! – Крикнул я, боясь, что гно сейчас однорукого, извиняюсь, уже безрукого, в порошок сотрет.
Крушиголов остановился, тяжело дыша, и мотнул головой, мол, давай, заканчивай. Лич даже не пытался подняться. Видимо, есть еще у гно какой-то навык, который калечит врагов.
Направил стрелу в помятую голову, вложил Прицельный выстрел и отпустил тетиву.
Вы убили гнома-лича. 
Искра выпила душу врага. Наполнение Искры 8/10. 
Тактика оказалась действенной. Сначала Борг агрил личей, что, кстати, ему очень не нравилось, а я бегал, прячась за Крушиголова, пока не отсеку руку с посохом. Не самый умный план – рассказывать о нем на фестивале молодых и успешных бизнесменов точно не буду – но действенный. На исходе последнего лича я мысленно приготовился к фанфарам.
Вы убили гнома-лича. 
Искра выпила душу врага. Наполнение Искры 10/10. 
Дождитесь сумерек и активируйте Искру. 
А я уж думал, что прямо сейчас все и произойдет. Ладно, сумерки, так сумерки. Тем более, надо полагать, ждать недолго.
– Борг, – окликнул я гно, подбирая высохшее сердце и золото. – Хватит пить свою бодягу, бери сапоги и меч с лича. Возвращаемся в Бампас. И скорее, надо еще до вечера успеть!
 
***
 
Москва, ул. Тверская, квартира Гурьева Михаил Геннадьевича. 
 
Конечно, Еж понимал, что ему может не хило прилететь за поздний визит – Геннадьич ложился спать около десяти, за очень редким исключением, – но оно того стоило. Новенький Отис мягко раздвинул створки и выпустил своего пленника на мягкий дорогой ковер. Паша остановился у рамок металлоискателя, оставил пистолет с ключами и прошел вперед – вокруг тихо, лишь цепкие бультерьерные взгляды личной охраны шефа проводили его до двери. Не стали обыскивать, и то ладно, Еж чувствовал, как после недавнего покушения пошатнулась его репутация. Надо было срочно вернуть былое расположение.
– Михаил Геннадьевич, – после короткого стука приоткрыл дверь, но не вошел внутрь. – Михаил Геннадьевич!
Подождал немного, все-таки шефу принадлежит весь этаж, который он перепланировал на свой вкус – пока услышит, отзовется. Хотел было вновь подать голос, но услышал легкий шорох сминаемого шелкового халата.
– Минуту, – голос показался то ли неуверенным, то ли растерянным.
Еж прождал минут пять. Конечно, не в его положении жаловаться, но настроение у Паши начало портиться. Наконец по мраморному полу зашлепали тапки, и встревоженный Геннадьич открыл дверь настежь. Он пригладил двумя руками взъерошенные волосы и кивнул головой в сторону гостиной. Тоже странно. Никаких расспросов, никаких недовольств, будто сам ждал его.
Еж сел на итальянский диван и бросил папку с документами на кофейный столик. Геннадьич суетился у дальней стены, где находилась «глупая» комната. Глупая, потому что странная: без мебели, огороженная одной лишь ширмой. Геннадьич раньше подолгу сидел там, скрестив ноги и закрыв глаза. Только никакого просветления не достиг, а спустя какое-то время совсем плюнул на это дело.
Сейчас же шеф заторопился закрыть ширму. Чего у него там или кто? Девки? Так босс никогда их не стеснялся, не превознося молоденьких пустышек, желающих выбиться в люди любым способом, но и не унижая выбранным для этого путем. Так чего бы ему баб стесняться? Геннадьич наоборот гордился, что вон сколько лет ему, а он еще ого-го.
По очертаниям за ширмой находилось громадное кресло со странной надстройкой возле головы. Виртшлем с системой полной поддержки тела? Видел Еж такие, но Геннадьичу устройство зачем? Сам всегда шутил, что дилер свой товар не должен употреблять. Но кто сказал, что именно для него виртшлем? Может как раз для того крота, о котором ранее шеф говорил.
– Что у тебя? – наконец в голосе Геннадьича прозвучали жесткие нотки, возвращающие на бренную землю получше контрастного душа.
– Прошерстили еще раз все счета Стрельцова. Конкретно на него ничего нет. Но один раз он оплачивал билет через интернет вот на это имя, – Еж тихонечко пододвинул папку шефу.
Тот пробежал глазами по строчкам, удивленно споткнулся о VerraviaCorporation, по диагонали дочитал все остальное и вернулся на главную страницу – там фото было больше. С интересом провел пальцем по горбатому носу и смешливым молодым глазам на черно-белой карточке, будто пытаясь понять этого пацана – судя из досье, ему и тридцати еще не было.
– И где он?
– Не поверите, Михаил Геннадьевич, – заулыбался Еж. – У нас, в России. В Ростове отдыхает.
– Не уехал даже, – не сводил взгляд шеф с горбоносого. – Неужели не боится?
– А чего ему бояться? По документам это другой человек. Найти его непросто. Он та самая иголка в стоге сена. Нужно знать, где искать.
– Или сжечь все сено, – задумчиво изрек Геннадьич.
– Наверное, – не понял Еж, куда клонит шеф, и продолжил, – пробили сначала счет, узнали город. А там уж дело техники. Прогнали все записи с уличных видеокамер, которые нашли, и вот он, засранец. Даже кепку с очками не носит, ходит в магазин, с бабами в кафе и кино шастает, на него даже заявление одна бабка написала, что ночью шумит… Ничего, сука, не боится.
– Так наказывать его надо, – кивнул сам себе шеф. – Сильно наказывать, чтобы никакая шушера больше не решила так с нами поступать. А то ведь, развелось крыс. Уже и пройти нельзя, чтобы в их помете не испачкаться.
– Я послал ребят в Ростов. Сделают все в лучшем виде.
– Когда прилетят туда?
– Через час примерно.
– Вот позвони им и скажи, чтобы не торопились. Пусть тебя дождутся. Полетишь следующим рейсом.
Геннадьич замолчал, гладя пальцем очертания мужчины на фотографии. Крепкие желтоватые зубы нервно и медленно покусывали нижнюю губу, а у самых корней волос выступили капельки пота. Он будто размышлял о правильности решения, которое давно принял, но не решался огласить.
Наконец шеф поднял глаза, и Ежа встряхнуло от этого тяжелого, полного злобы на весь мир, свинцового взгляда. Геннадьич порывистыми движениями порвал фотографию и бросил на столик. Голос обрел былую силу, которой можно было управлять тысячами и тысячами людей.
– Не надо его убивать…
– Простите, шеф? – Растерялся Еж.
– Не надо его убивать… в Ростове. Стрельцов должен получить послание. Краткое, четкое и понятное. Он должен выйти из себя, вылезти из норы, чтобы мы взяли его. Понимаешь?
Паша кивнул, хотя, откровенно говоря, ничего не понимал. Дешевле и проще шлепнуть этого засранца именно в Ростове.
– Привезешь его в Москву. А сделаешь это вот почему…
И чем больше говорил шеф, тем больше удивлялся Еж его жестокости. Не дай Бог, прогневать старика. Не дай Бог…
Сумеречный пет
– Сколько еще? – показал я Боргу на прореху в горе.
– Пара часов, – ответил гно, почесывая черную бороду.
– Это хорошо, успею и поесть, и к королю сбегать. Тогда так: расходимся, сбывай кишу свою, а вечером, точнее уж ночью, встречаемся у Блойби.
– Добро. И это, Крил… – Крушиголов замялся. – Спасибо, что выручил меня. Если бы не ты, не знаю, что бы со мной сейчас было. Денег нет, доспехов нет, будущего тоже. Теперь у меня хоть надежда какая-то появилась, что дочку увижу.
Даже как-то неудобно стало. Не говорить же Боргу, что он мне нужен гораздо больше, чем я ему. Но правда сейчас никому добра не принесет. Те, кто говорят, что «честность – лучшая политика», никогда самую настоящую политику и не видели. В моем случае, это, конечно, не государственная сфера деятельности, но манипулировать другими для достижения своих интересов приходится не меньше.
– Для этого и нужны друзья, – хлопнул я Борга по плечу.
Он ответил мне тем же, радостно улыбаясь и снеся полсотни единиц хитпоинтов. Все-таки близкая дружба с гно опасна для жизни здоровья. Попрощались у развилки на пастбище, Крушиголову нужно было к нижним вратам, а мне к верхним. Я про себя ухмыльнулся – система игры изначально давала небольшой мешок для вещей, но вот Грузоподъемность можно было прокачать. В итоге сидор со временем превращался в растянутый рюкзак матерого туриста, в котором одновременно умещались палатка, несколько свернутых пенок, походная утварь и одежда.
Борг не стал исключением. От меня в сторону нижних ворот уходил огромный куль, за которым лишь смутно угадывался гно. Ничего, в ворота влезет, а остальное уже не так важно.
Сам поднялся наверх. Десятник был незнакомый, но уступил дорогу без разговоров – то ли моя персона была достаточно популярна, то ли Дриин приказал пропускать всех людей, а их тут был один я. Попетлял немного по коридорам и выбрался к Бампасу. Все-таки, что-то в этом подземном городе было, некая непонятная и неприметная с первого взгляда обаятельность. Держу пари, что если гно побывают в других городах, то со временем все равно вернутся сюда. Глостер – яркий тому пример.
Стража у дворца встретила меня недружелюбно, лишь перстень Дриина, сверкавший на правой руке (левую украшал Светоч), образумил глупых гно. Хоть бы постоянный пропуск мне выписали, чтобы в лицо узнавали. Неужели так много тут людей шастает?
Дриин сидел в окружении своих верных тысячников. Эу мягко улыбнулась, увидев меня, чем заслужила от отчима неодобрительный взгляд. Не бойтесь, папаша, честь вашей дочки не пострадает, при всем уважении к Прыг-скок я все же предпочитаю человеческих женщин. Брухто, совсем без брони, – видимо, сказывалось недавнее ранение – кивнул как хорошему знакомому. Добрый знак. Сам король встретил без особого энтузиазма.
– Как дела в тоннелях, Крил?
Никакой приставки в виде Посланник Отца или благодарностей по поводу сохранения короны. Ах да, помню, все дуется за то, что я сделал правильный выбор и забрал камень призыва войск. Ладно, Ваше Величество, настала пора забыть былые обиды. Нарочито медленно вытащил пять высохших сердец гномов-личей и передал королю.
– Я, знаете ли, Ваше Величество, не просто задницу в тоннелях просиживал.
– Это хорошие новости, – довольно кивнул Дриин. – Теперь пастухам будет гораздо спокойнее, когда они узнают, что поблизости нет мертвяков.
Задание «Ох уж эти гнооомы выполнено». 
Получено 100 золотых.
Получена скрижаль Отца. Прочитать?(Да/Нет) 
Это что еще за зверь такой? Я аккуратно всмотрелся в каменную табличку.
Скрижаль Кулак Отца. 
При прочтении изучается уникальное умение Кулак Отца (масштабируемое).Необходимо: наличие умения Слово Отца. Стоимость: 75 очков Величия. Внимание: После прочтения Скрижали ваша ячейка будет навсегда заполнена, поменять или отменить ваше решение невозможно. 
– Я вижу, что ты умеешь говорить словами Отца, но до сих пор этим не воспользовался. У меня сохранилось несколько скрижалей Создателя, надеюсь, эта поможет тебе в борьбе с неупокоенными.
Дриин, королевская твоя морда, еще как поможет. Самое главное – умение масштабируемое, то есть будет развиваться, становясь со временем все круче.
– Только будь осторожнее, в первый раз использование скрижали…
Но его слова уже потонули в моем крике. Слова, вырезанные когда-то на Скрижали, срывались с камня и впивались в мою плоть. Приятного было мало, а если откровенно, то только боль, ослепляющая, всепоглощающая, превращающая все тело в одну спазмированную мышцу.
– Ну как ты, парень? – раздался откуда-то из темноты голос Брухто.
– Бывало и получше, – ответил я, начиная различать его черты.
Свистун поднял меня на ноги и придержал, пока тьма не отступила. Тот же дворец, те же чуть встревоженные лица и я. Так, смотрим: руки на месте, ноги на месте. Но в районе живота резь, словно съел несвежий обед. Пришлось приподнять одежду. Ох, что тут только с моим телом не творят.
Живот был довольно четко очерчен. Не кубиками пресса или жировыми отложениями, а ровным кругом, будто проведенным с помощью циркуля белой светящейся субстанцией. Пришлось всмотреться.
Величие 100/100. 
А вот внутри круга система вырезала, именно вырезала на коже, сжатый кулак. Я потрогал свежий шрам и невольно ойкнул. Непривычно. Это что, получается, каждая ячейка с такой болью заполняться будет? Ну на фиг тогда такие умения.
– Теперь ты истинный Посланник Отца. Ты несешь его слово в те места, где о Создателе давно забыли.
– Ваше Величество, можно по делу? – Оборвал я Дриина. Когда шел сюда, настроение было вполне ничего, но после этой божественной головомойки хотелось скорее со всем покончить. – По поводу ваших разведчиков.
Вытряхнул из сумки ворох свитков, покопался в них и нашел самый ценный, запечатанный руной, которую я определил как заглавную Н.
– Возможно, вам будет интересно, что разведчики добрались до Шальта. Думаю, здесь содержится ответ королевы омов.
Я передал свиток Дриину, который дрожащими руками сломал печать и быстро забегал глазами по пергаменту. Лицо его приобрело сначала озабоченный характер, но после сменилось довольно-радостным выражением ворчливого мужа, который в конечном итоге оказался прав.
Задание «Тайны подземных ходов» выполнено. 
Получено звание «Старшина гно». 
Количество гно, которых вы можете взять под командование, увеличилось до двух. 
– Намберту просит забыть прошлые обиды и объединиться против мертвяков. Пишет, что вместе мы можем попробовать завладеть Средоточием.
– Ваше Величество, простите, конечно, а чего все так носятся с этим Средоточием?
– Раньше говорили, кто владеет Средоточием, владеет подземельем. Воинам Источник дает огромную силу и отвагу, а магам – невиданную колдовскую мощь.
– Как же вы собрались выбить мертвяков оттуда?
– Надо напасть внезапно и большими силами. Неупокоенные не ждут атаки, их силы разбрелись по всем тоннелям. Но сначала необходимо встретиться с Намберту. Надеюсь, ты мне поможешь.
– А тут-то чем? Надо лишь дойти из точки А в точку Ж.
– Отправлять мои войска в тоннели – посылать их на верную смерть, пока там есть личи. Если ты очистишь путь к Шальту от этих тварей, то я смогу встретится с Намберту Огнебокой.
Получено необычное задание «Дорога жизни». 
Жизнь короля гно представляет собой большую ценность, поэтому нельзя подвергать ее даже малейшей опасности. Очистите тоннель, ведущий к Шальту, от неупокоенных. Только после этого Его Величеству можно будет трогаться в путь. 
– И, кстати, раз уж у тебя так хорошо выходит справляться с неупокоенными, –задумчиво потеребил бороду Дриин.
Получено обычное задание «Ох уж эти гноомы». 
Чем меньше мертвяков бродит по тоннелям, тем спокойнее живут жители Бампаса. Принесите 15 высохших сердец гномов-личей и 10 сердец топороносцев. 
– Не вопрос, только у меня тоже одна просьба к вам, Ваше Величество. Раз уж я старшина гно, то мне нужен еще один воин.
– Я и раньше говорил тебе, что сейчас у меня каждый солдат на счету. Ты можешь поискать кого-то в городе.
– У меня как раз есть один такой на примере. Глостер Палец-в-рот-не-клади.
– Это тот мятежник, что усовершенствовал баллисту?
– Именно. Думаю, и вам будет комфортнее, если я лично пригляжу за ним, и ничего страшного не случится, сгинь он, скажем, в одном из тоннелей.
– Признаться, меня не очень интересует его судьба. Если он тебе нужен, то я не против. Эу… хотя нет, Брухто, проводи Крила к Алирану Блюстителю.
За сим аудиенция была закончена.
Алиран Блюститель оказался рослым, не меньше метра шестидесяти, крепким гно со спутанной неопрятной бородой. Доспехов он не носил, а из оружия при нем был только длинный, будто живой в руках начальника надсмотрщиков, хлыст. Вотчиной Блюстителя была дальняя, почти выработанная шахта. Малое количество руды восполнялось постоянными обвалами, поэтому у заключенных был только один путь – отсюда. Что называется, кровью и потом искупить свои преступления. Но как я понял, искупали в основном смертью.
Алиран Блюститель недовольно покосился на меня, но не произнес ни слова. Сдается мне, не будь рядом тысячника, поговорили бы с этим переростком всласть. Но а так, прошли в один из штреков, где главный надсмотрщик ткнул рукоятью кнута какое-то измазанное маленькое существо. Заключенный недовольно выругался, но повернулся, и я с трудом узнал в нем мастера-лучника: одежда оборвана, весь грязный, под глазом обильный кровоподтек. Да уж, тут свой характер особо не покажешь.
– Здравствуй, Глостер.
– И тебе не хворать, – сплюнул на пол Палец-в-рот-не-клади, и тут же с испугом посмотрел на Блюстителя. Но тот сдержался.
– Нравится на исправительных работах?
– Нравится не то слово, что ни день – курорт, – Глостер злобно смотрел на меня. Ладно, придется сразу карты выкладывать.
– Мне нужен дальник. С хорошим уроном и развитой Меткостью. Сам я на такое не гожусь.
– Зачем?
– Я собираю отряд для прохода к омам.
– Удачи, а точнее легкой смерти. Не смею задерживать, – Глостер отвернулся, своим видом говоря, что разговор закончен.
Ваши отношения с Глостером ухудшились, теперь вы Неприятели. 
Это из-за того, что мастер-лучник посчитал мой план плохим? Час от часу не легче. Ладно, есть у меня один козырь.
– Жаль, а то я тут нашел вещицу одну. Думал, тебе пригодится.
Глостер насмешливо фыркнул, вроде, ага, ищи дураков.
– Сам не пойму, что с этим Жидким огнем делать.
– Жидкий огонь?! – мастера лучника развернуло так, что мимо пробежал легкий сквознячок. – Врешь!
Я достал склянку и помахал почти перед самым носом заключенного. Знаю, что Глостер хапуга, каких свет еще не видывал, и характер у него скверный, но сейчас гно было жалко.
– Дай! – протянул руку мастер-лучник.
– А, может, тебе еще бассейн с элем и молоденьких гно, – съязвил я. – Сначала договор.
– Что надо сделать? – не сводил глаз Палец-в-рот-не-клади со склянки.
– Как я и говорил, ты становишься членом моей команды по обследованию тоннелей.
– Когда я получу… Огонь?
– Как только мы найдем… Нет, не только найдем, но зачистим от врагов выход на поверхность. В тот же самый момент ты получишь склянку.
– А если ты умрешь?
– Да вообще не собирался. Хорошо, если я умру, ты тоже получишь Жидкий огонь, но, – предупредил я, увидев протянутую для рукопожатия руку. – Ты не можешь убить меня или сделать какие-нибудь действия, которые повлекут за собой мою смерть. Ясно?
Глостер поморщился, видимо, что-то подобное в своей хитрой голове он и планировал.
– А еще лучше, если мы сделаем так, – я передал склянку Брухто. – Она будет у тысячника, как только я окажусь на поверхности, можешь возвращаться к нему и забирать свой ценный приз.
Подобное понравилось мастеру-лучнику еще меньше, ибо суживало простор для маневра, но, видимо, что-то в этой субстанции было ценное, потому что Глостер очень и очень хотел ею завладеть.
– Идет, – сказал он, и мы хлопнули по рукам.
– Господин Алиран, освободите, пожалуйста, пленника.
– Освободить, – узаконил мои слова Брухто.
С запястий Глостера упали кандалы, и мастер-лучник потер затекшие руки.
– Приходи ко мне завтра, к полудню, не раньше. Мне надо приготовиться.
И спокойно пошел к выходу, будто не был еще минуту назад заключенным под надзором Алирана Блюстителя. Сдается мне, что придется немало с ним натерпеться. Но другого хорошего стрелка я не знаю.
 
Вообще, я начал понимать тех гно, которые работали пастухами. На первый взгляд казалось, что занимаются этим делом не самые удачливые и везучие коротыши. Но сейчас, вырвавшись из объятий шумящего Бампаса, я стал познавать своеобразный местный дзен. Лежишь себе на травке, вокруг бродят овцы, сверху ласкает теплыми лучами солнце, внизу журчит речка, внимают твоим мыслям самые внимательные и чуткие слушатели – камни. Есть во всем этом свое очарование.
Однако единение с природой волновало меня в самую последнюю очередь. Во что бы то ни стало нужно активировать Искру, жаль только, время еще не пришло. Я внимательно всмотрелся в свой походный факел, но кроме наполненности ничего не увидел. Ладно, ждать – это тоже особое искусство. Тем более, когда есть чем заняться.
Я спустился в ложбинку у реки, которую уже справедливо считал своей. Так, и как нам активировать Кулак Отца? Пощупал шрам – ничего. Сделал несколько боксерских движений – тот же эффект. Минуту, ведь неслучайно, дабы получить божественный скилл, нужно знать Слово Отца, чтобы оно ни значило. Может, все проще, чем я думаю.
– Кулак Отца!
Воздух надо мной мгновенно уплотнился, хоть ножом режь, и молниеносно обрушился вниз. Не могу сказать, что испытывал неприятное ощущение, наоборот, словно после жаркой бани перевернул на себя кадку ледяной воды. Освежающе, ничего не скажешь. Однако существенной разницы после использования не увидел, только круг на животе потускнел.
Величие 25/100. 
Хотя нет, кое-что произошло. Только сейчас я понял, что стою на абсолютно ровной площадке диаметром метров в шесть. Огромные куски камня, валявшиеся здесь ранее, превратились в мелкую гальку, раскрошившуюся в руках, точно попав под пневматический пресс. Кулак работает, еще как. Надо опробовать на врагах, только неясно, как скоро восстановится это Величие до нужного уровня. Еще бы хорошо выяснить, отчего зависит развитие самого умения и какой будет эффект на более высоких уровнях?
Но это потом, а сейчас… Достал Искру. По-прежнему ничего. Только света от нее теперь стало гораздо меньше. Такой ночничок в тоннелях совсем бесполезен. И более того, с каждой секундой частица Мантикоры становилась все тусклее, пока не превратилась в бесполезный холодный камень. Еще несколько казавшихся вечностью мгновений и появилась надпись.
Активировать Искру (Да/Нет) 
Спрашивает еще. Тут и думать нечего.
С камнем произошла странная метаморфоза – он будто съежился, треснул пополам и от него стали отлетать маленькие кусочки, исчезающие при соприкосновении с землей. Всего каких-то полминуты, и от былой Искры остался крохотный отшлифованный горячий кристалл, который упал к ногам, однако на руках я почувствовал теплый крохотный комочек жизни.
Выполнена 1/3 часть задания «Наместник острова Тойрин». 
Вы оживили то, что долгое время оставалось мертво. 
Все хорошо, только бы увидеть еще то, что я высвободил. Чувствовал тихое размеренное дыхание, мягкую нежную шкуру и малюсенькие лапки с подушечками. Поднял ладони наверх, пытаясь рассмотреть снизу – нет, ничего. Инвиз, что ли? И что теперь делать.
– Ияу! – произнесло нечто.
Я неуверенно переложил невидимку в правую руку и осторожно, наощупь, погладил малютку по шерстке. В ответ горячий мокрый язык лизнул ладонь, и послышалось довольное мурчание. В Искре жил котенок? Самый обычный котенок?
Поднялся из лощины, шагая обратно к воротам и бережно прижимая к груди неожиданное сокровище. И что же мне теперь с тобой, дружище, делать?
На кратер взобрался молодой месяц, освещая пастбище своим холодным мертвым светом. Да, прошли сумерки, ночь сменила уставший день, вместо выцветшей синевы на небе красовались яркие звезды, а…
– Ияу! – потянулся котенок.
– Ну чего ты, – погладил я его и только тут понял, что вижу мелкого.
Действительно, почти самый настоящий котенок, только по бокам два слабеньких, почти невесомых крыла, напоминающих жалкие рудименты, и скорпионий хвост, прижатый к телу, вздрагивающий при каждом мурчании. Окрас непонятный – темный, смоляной, не как у матери.
Сумеречная мантикора. Питомец (Поменять имя персонажа) 
Существо из Междумирья, рубежа между обиталищем Порядка и Хаоса, проявившее себя в сумерках, моменте, когда границы между мирами размыты. Этот маленький котенок однажды вырастет в могучего стража и защитника. Вам предстоит воспитать и вырастить это существо, ибо теперь вы одно целое. 
Уровень 1. 
Здоровье 90/90. 
Бодрость 60/60. 
Урон: 23. 
Умения: нет. 
Особенности: 
– невидимость в период сумерек. 
– увеличение урона и скорости передвижения на 30% в период сумерек. 
– эмоциональная привязанность (способность чувствовать хозяина на расстоянии). 
Возможность перевозки: в данный момент отсутствует. 
Так ты, кроха, как и я, существо из другого мира. Почесал пальцем около шеи, и котенок довольно закрыл глаза и заурчал. Только имя твое не нравится, что еще за «Сумеречная мантикора. Питомец»? Надо сократить. Как насчет Мантикоры? А еще лучше Коры?
– Кора, – тихо произнес я.
– Ияу! – ответил пет.
С этим мы, вроде, разобрались. Дальше что? Малютка мне не помощник, одним ударом ее перешибить могут. Если только не раскачать Кору. Опять же вопрос – каким образом? Где я возьму слабых мобов под первый уровень?
Разве что найти еще одно логово кишей. Кстати, не посмотрел, какого уровня панцирные, но это единственный вариант. Хорошо, допустим, я смогу из крохотного котенка сделать небольшую рысь, а что дальше? Для боевки это все равно немного, а мантикора будет постоянно болтаться под ногами, агрить мобов, когда не надо.
Я аккуратно поставил мурчащий комочек на землю.
– И что нам с тобой, Кора, делать?
Мантикора вытянулась, оттопырив заднюю лапку, помялась немного, и, глядя мне в глаза, снова мяукнула.
– Ияу!
– Вот и я говорю.
Хотя должен быть какой-то выход. Если это пет, то он должен появляться по моему запросу, а когда не нужен – исчезать. Правда, это в обычных играх и с обычными питомцами. У меня же тут редкая зверюга, другой такой в мире нет. 
– Кора, детонька, а ты меня понимаешь?
– Ияу! – добродушно ответил пет, сел и стал умываться.
– Мне нужно, чтобы ты укрылась, спряталась. А когда будет нужно, я снова тебя призову.
Кора замерла с поднятой лапой и высунутым языком, но уже секунду спустя потрусила вниз, к ложбинке. Надеюсь, она не поскакала личей набивать. Но делать нечего, пришлось следовать за петом.
Внизу мантикора села у остатка Искры и мяукнула. Пришлось поднять кристалл.
Обиталище Искры. 
И все. Никаких характеристик или подробного описания. Ага, понял, это своего рода покебол. Ну-ка попробуем. Я сжал кристалл, и он слабо подсветился. В тот же момент мантикора недовольно фыркнула, но исчезла, а предмет в руке потух.
Ладно, а обратно? Переложил кристалл в другую руку, вслух ничего не говорил, но мысленно повторил несколько команд: «Активация», «Призыв», «Появление». Уж не знаю, что сработало, но остаток Искры опять вспыхнул, и на земле появилось маленькое рассерженное создание. Шерсть дыбом, глаза сверкают злостью, а хвост поднят, готовый нанести колющий удар. Я не без опаски погладил Кору, и та мгновенно расслабилась, благодарно заурчав.
Получается, выскакивает мантикора сразу в боевом режиме. Это хорошо. Не придется лишний раз выдавать команды. Появилась и сразу рубиться. Осталось только этого котенка подкачать.
– Кора, иди на ручки.
Мантикора поднялась на задние лапки и прыгнула. Не очень сильно, пришлось резко наклониться, чтобы подхватить питомца. Эх, если бы не видел твою маму, в жизни не поверил, что ты можешь стать сильным и опасным противником. Ну ничего, подгоню я тебе кишу для физического роста. Осталось только все правильно распланировать.
Первоочередная задача – прорваться к омам. И не только потому, что такое задание дал Дриин. Признаться, интересы Его Величества занимали мою бедную, опухшую от решения постоянных проблем голову в последнюю очередь. Но омы могут знать о выходе на поверхность, а это уже важно. Надо выяснить, как вырваться из игры, раз Скиф обмолвился, что такой вариант возможен. А тут помочь может только Навуходоносор.
– Эх, Кора, планов громадье, – почесал я мантикору за ухом. – Но всех дел за один день не переделаешь. Иногда и спать надо. Пойдем к Блойби, а завтра уже начнем наше путешествие.
– Ияу, – ответил питомец, спрыгнул с рук и послушно засеменил в сторону ворот.
 
***
 
Лондон, район Кенсингтон и Челси, 181 Кромвел роуд, отель «Роквелл». 
 
Олег устало расстегнул двубортный пиджак и бросил на кресло. Костюмы он не любил – как можно подвергать себя добровольной экзекуции, пытаясь влезть в это твидовое оружие пыток? Ну а туфли? Какими бы хорошими не были, вечно в них затекают ноги, предательски сдавленные со всех сторон. То ли дело армейские пустынники или хотя бы берцы. На крайний случай могут и кроссовки сгодиться, главное, чтобы дышащие.
Но этот маскарад был нужен. На этой неделе Лондон познакомился с богатым русским денди, странным и франтоватым, заплатившим огромные деньги, потому что не бронировал номер в «Роквелле». Отель был паршивый. Нет, не в плане сервиса и обстановки – все-таки четыре звезды дают о себе знать. Просто «Роквелл» был, как показалось Олегу, прибежищем снобов и мажоров, где надо приходилось постоянно держать спину, сдержанно улыбаться и, упаси бог, сделать что-нибудь не по этикету.
Стрельцов терпел. Потому что помнил лично выработанные правила: никогда не останавливайся дважды в одном и том же отеле; каждый раз, оказавшись в новом месте, делай так, чтобы тебя было не отличить от большинства местных обитателей; постоянно меняй привычки и устоявшиеся обычаи своей жизни. Только так можно было оставаться человеком без лица, гражданином мира и невидимкой для спецслужб. Выбирай Олег сам, не привязываясь к правилам, то он сейчас бы жил в спальном Уондсуэрте или опасном Хакни. Там-то он чувствовал себя как рыба в воде. Но именно там бывшего майора можно было найти легче всего.
Олег ослабил галстук и включил GetacB300. Маленькая слабость, с которой не мог расстаться. Тем более с его ритмом жизни, когда не знаешь, где будешь через месяц,военный ноутбук, выдерживающий прямые удары, сильную вибрацию и воздействие воды, был самым лучшим спутником.
– Получено три новых сообщения.
И все от Тени. Странно, неужели в одном не мог сказать.
– Провожу декодировку сообщения… «Олег, добрый день. Это Виктор. У нас опять ЧП. Высылаю фотографии, сами все поймете».
– Провожу декодировку сообщения… «Олег, срочно ответьте, нужно решать, что делать с вашей фирмой».
– Провожу декодировку сообщения… «Олег, необходимо предпринять срочные действия. Силовые структуры»…
Стрельцов отключил голосовое сообщение и перешел к вложенным фотографиям. По всей видимости, было что-то важное, раз Тень так истерил. Что ж, зато стало понятно, что его главный помощник не робот, как шутили многие. Тень выступал в роли посредника по выходу из самых безвыходных ситуаций. Шутка еще ходила: «Даже, если тебя съедят, то у тебя есть три выхода. Первые два известны, а вот последний – позвонить Тени». Имени помощника никто не знал. Точнее, у каждого клиента они были свои. Стрельцову незнакомец представился Виктором, а Никите Владимировичу, человеку, который и свел их, Максимом.
Олег открыл изображение на весь экран, и ему внезапно стало трудно дышать. К горлу подкатил огромный ком, а в глазах предательски защипало. Как, как они его нашли? Стрельцов подошел к минибару и схватил сразу несколько бутылочек. Открывал и пил одну за другой, даже не морщась и не чувствуя вкуса. В голове крутился лишь один вопрос: «Как?».
– Получено одно новое сообщение.
Олег вернулся к ноутбуку.
– Провожу декодировку сообщения. «Олег, это Виктор. Я по-прежнему жду указаний».
Пришлось взять себя в руки и отвечать.
– Предполагаю, что «Берег» больше не существует. Главное, не потерять все важные контакты. Это притормозит нашу работу на пару недель, придется обзвонить по срочным контрактам и извиниться перед заказчиками. По поводу парня… он есть у нас в базе. Мишин Константин, он же Керрик3. Надо будет отправить венок и соболезнования его матери. С подписью «от друзей».
– Получено новое сообщение. Провожу декодировку сообщения… «Олег, вас понял, позвольте вопрос, почему его не вывезли?»
– Патриот недоделанный… Не хотел из России уезжать.
Он нажал «энтер» и еще раз вернулся к изображению – распятый на двери парень в военной форме с знакомой горбинкой на носу. Почему так, Костя ведь даже не служил? Пригляделся к знакам отличия. Мрази. Они убили его в форме майора, тонко намекая на то, что станет с самим Стрельцовым. И приколотили к двери офиса…
– Получено новое сообщение. Провожу декодировку сообщения. «Одно но, не могу найти в базе Мишина Константина. Пробил по нику, вылез тезка, но совершенно с другой фамилией».
– Да что ж это я, – хлопнул себя по лбу Стрельцов. – Костя у нас был под девичьей фамилией матери. Попробуйте Гурьев Константин. И еще… Мне нужны три моих группы, в Москве через два, – Олег задумался, прикидывая реальные сроки, и поправил сам себя, – нет, через три дня.
Он отключил ноутбук. Поднял телефонную трубку и с легким йоркширским акцентом произнес.
– Could you please bring some cigarettes and a bottle of gin in the room fourteen.
Стрельцов семь лет не курил и старался по возможности не употреблять спиртного… в реальном мире. Но парнишку надо помянуть. Кроме старушки-матери больше просто некому. Троюродный же дядя, который распял собственного племянника, о Косте вряд ли вспомнит.
Тоннель к омам
– Долго мы его будем ждать? – спросил Борг, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
– Да должен выйти скоро… наверное.
А что еще сказать? Временные рамки в подземном городе для меня до сих пор оставались загадкой. Это местные гно могли с высокой точностью сказать, который сейчас час. Я же отталкивался от хронометра на центральной площади, что показывал без четверти двенадцать. Правда, пока мы сюда дошли, эти пятнадцать минут как раз должны были истечь. Может, и правда пора? Настойчиво постучал в дверь и услышал голос откуда-то сверху, с мансарды его крохотного дома.
– Уходи отсюда! – причем баритон принадлежал явно не мастеру-лучнику.
Я прислушался, наверху происходила какая-то нездоровая канитель, больше похожая на ссору.
– Я разберусь. – Потирая кулаки, сказал Борг. – Крил, ты тут стой и считай этих идиотов. Щас я их сбрасывать буду.
Несмотря на мое сопротивление, которое было Крушиголову как слону дробина, гно уверенно зашел внутрь. Погремел вещами и застучал тяжелыми сапогами по лестнице. Достигнув жилой части чердака, Борг присоединился к всеобщему гвалту. Кульминации перебранка достигла довольно скоро – окно мансарды хрустнуло под тяжестью тела, битое стекло разлетелось колючим дождем, и на мостовую грохнулся гно.
– Это, Крил… Ты пока не считай, это я.
– Да вижу, – посмотрел на поднимающегося Борга. – Что там наверху?
– Буйль Держиморда со своими громилами.
– А чем у нас Буйль занимается?
– Ростовщик он. Деньги под заем дает, амуницию, зелья, даже алхимические ингредиенты.
Все вставало на свои места. Ну почему у меня не все, как у людей? Нанимаешь Борга, оказывается, тот заложил свои доспехи. Падает выбор на Глостера, так он тесно общается с ростовщиком. И сдается мне, последний пришел в гости явно не по воле мастера-лучника. Ох, еврейское счастье, опять все упирается в денежный вопрос.
Хорошо, что Крушиголов немного подправил финансовое состояние, сбыв кишу и доспехи с мертвяков. Не знаю, сколько Борг забрал себе, двадцать пять процентов или все пятьдесят, но и мне неплохо упало – пятьсот двадцать три монеты золотом. Похоже, я явно недооценивал важность панцирных членистоногих.
– Буйль! Эй, Буйль! – приложив ладони ко рту, закричал я.
Из сломанного окна наверху высунулась всклокоченная голова ростовщика. Крохотные глаза налились кровью, точно у раззадоренного на родео быка, а мясистые губы тряслись от негодования. Правда, заметив кто его звал, Держиморда немного успокоился, пошамкал ртом и выдал гениальное:
– Чего тебе?
– Поговорить надо. По поводу Глостера.
– Заходи, – кивнул ростовщик и скрылся внутри.
Первым вошел Борг, выполняя функцию телохранителя, хотя падение сверху немного подпортило его реноме безупречного бойца, а уже после протиснулся я. Домик Глостера и раньше не отличался вместительностью, а теперь, после того как в нем оказалось такое количество народу, тесно было даже дышать.
Я с интересом разглядел спустившихся вниз сопровождающих ростовщика – низенькие бугаи, напоминающие своим видом крепкие дубовые шкафы. Дополняли образ туповатые лица и молотообразные кулаки. Мне даже в голову пришла мысль, что это не живые гно, а нечто вроде големов в облике коротышек. Сам Буйль, несмотря на грозное имя, оказался худым, даже по человеческим меркам, задохликом. Его хилое тело немного компенсировала буйная растительность в виде спутанных волос и кряжистой бороды.
– Сколько он тебе задолжал?
– Пять сотен золотом, – усмехнулся Буйль.
Я укоризненно посмотрел на Глостера, немного помятого – ростовщик явно делал внушения самым простым способом. Что ж вся местная непись так нерационально относится к собственному бюджету? Я единственный, что ли, задумываюсь о завтрашнем дне.
– Мало того, что должен, – продолжил Держиморда. – Так еще и сбежать хотел. Я к нему вчера наведывался, так сказал, что сегодня к обеду сумма будет. Зашел пораньше, ведь как знал…
– Дай угадаю, – обратился я к Глостеру, – денег у тебя нет?
Мастер-лучник обреченно замотал своей черной бородой. Зараза страшная, на днях же буквально меня раскулачивал. Ест он это золото, что ли?
– Что ж, у меня к тебе предложение, – присел я на ближайший стол, который для меня оказался высоким стулом. – Я тебе даю триста монет, и мы расходимся.
– Он мне должен пятьсот! – чуть не порвал мне барабанную перепонку Буйль.
– Ну а я даю триста, – спокойно и без нервов ответил ему. – Устраивает, забираешь деньги и уходишь. Если нет… ну на нет и суда нет. Тогда выбивай с этого недотепы свои кровные сам. Только откуда он их возьмет – большой вопрос.
– Пятьсот, – замотал головой Буйль. – Ты заплатишь, он тебе нужен.
– Ага, держи карман шире. Этот коротышка три сотни стоит с натяжкой, а уж пятьсот… За эти деньги можно и сотника королевского нанять, чтобы он плясал и прислуживал целую неделю. Ну что, берешь три сотни или нет?
Глостер выглядел, как ему сейчас и подобало – молчаливым куском мяса, за которое шли торги. Буйль покусывал свои контрастирующие с телом жирные губы, поглядывая то на меня, то на мастера-лучника. Я мог лишь догадываться, какие демоны сейчас боролись внутри ростовщика.
– Четыре сотни, и по рукам!
– Пойдем, Борг, – демонстративно отвернулся я от собеседника. – Мы тратим здесь время, которого у нас и так нет.
– Хорошо! Три сотни, – чуть ли не кинулся следом Буйль.
С видом человека, который не очень-то и хочет покупать данный товар, я отсчитал нужную сумму и отдал ее Держиморде.
Получен талант Убеждение, уровень 4. 
Получен талант Торговля, уровень 4. 
– Ты не такой уж и дурак, каким казался, – ухмыльнулся Глостер, как только его кредиторы покинули дом.
Ваши отношения с Глостером улучшились, теперь вы Недоброжелатели. 
Нет, ну все-таки что за скотина такая неблагодарная. Его восхитило не то, что я спас его шкуру, а каким методом это сделал.
– Минуту на сборы, – зло сказал я, сдерживаясь, чтобы не дать пинка мастеру-лучнику.
Палец-в-рот-не-клади тут же метнулся на мансарду и оттуда уже, кряхтя и пытаясь протиснуть огромный рюкзак, в два раза превышающий размеры самого гно, спустился обратно. На груди у него висел мощный арбалет.
– Я думал ты мастер-лучник.
– Луком в тоннелях много не навоюешь. Вот наверху, другое дело.
– А с вещами что, куда-то переезжаешь?
– Собрал все самое необходимое, – буркнул в бороду Глостер.
– Включая походный алхимический столик?
– Ну конечно, куда ж я без него?
– Вопросов больше не имею. Выходим.
Раньше мой отряд вызывал если не восхищение, то уважительное одобрение. Во-первых, человек, что само по себе редкость, да еще с печаткой Дриина. Во-вторых, моим спутником был более-менее известный охотник, закованный в крепкую броню. В-третьих… в-третьих не было, но и пары пунктов вполне хватало, чтобы потешить чувство собственной значимости.
Теперь же все изменилось – нас провожали гогочущие гно, беззастенчиво тычущие пальцами. И главной причиной тому стал наш новый спутник. Как я узнал позже у Борга, Глостер славился в Бампасе своей чудаковатостью. Несмотря на удивительную жадность, касающуюся обыденных вещей, он мог продать всю столицу и родную мать впридачу за нужный ему ингредиент.
Палец-в-рот-не-клади обычно не высовывался из своего дома, заменяющего ему мастерскую, поэтому его уход из города воспринимался как событие. Сначала на нас бегали смотреть только дети, а позже стали подтягиваться и зрители постарше. К тому же не знай я мастера-лучника и увидь его сейчас в первый раз, то тоже не смог бы сдержать улыбки. Маленький, даже по местным меркам, гно, весь седой, но с черными, как мгла тоннелей, усами, с огроменным рюкзаком, за которым не видно его самого, и шипящий, как рассерженный гусь, на детей, что подбегали и дразнили Глостера.
Дружным гоготом нас провожали даже стражники нижних врат (которые, кстати, не в пример верхним были в два раза больше, и вместо пары баллист к бойницам придвинулись мощными клювами тяжелые стрелометы), поэтому, выйдя на пастбище, я наслаждался тишиной. Палец-в-рот-не-клади негромко спорил с Крушиголовом, но у меня не было никакого желания влезать в чужие разборки, пусть сами выстраивают отношения между собой.
– Семья, женщины, – пренебрежительно отмахнулся Глостер. – Они лишь отбирают драгоценное время. Я видел множество мужчин, которые могли стать великими, если бы не женились.
– А стали счастливыми, – ловко парировал Борг. – Я же видел много семей, где благодаря жене муж добивался многого.
– Что говорит лишь о его никчемности. Если бы эта женщина не распыляла себя на это недоразумение природы, по ошибке называющееся мужчиной, то сама достигла всего. Одиночество – лучшая метода, чтобы сконцентрироваться на деле, которому можно посвятить жизнь.
– Ага, ковыряние в этих скляночках твоих уж куда лучше, чем спокойная и счастливая семейная жизнь.
– Главное не скляночки, а знания! – поднял палец вверх коротышка. – Вся моя жизнь всегда строилась вокруг получения знаний, приобретения новых навыков, постоянного развития. Всего лишь к ста тридцати я стал мастером-лучником, научился ловко орудовать алебардой, постиг секреты лечебных трав Тойрина, учился у лучшего плотника острова, путешествовал до сердца Империи, видел последнего из убитых драманами драконов. Каждый раз увлекаюсь новым делом и занимаюсь им, пока не достигаю в нем высот. И знаешь, как я всего этого добился? Не связывался с проклятыми женщинами!
– Может, я видел меньше тебя в жизни, не выбирался дальше тоннелей и пещер, но у меня никогда не возникало вопроса, ради чего я живу. Моя жизнь в моем ребенке.
– Обычный примитивный гно, – презрительно сплюнул Глостер. – Рассуждаешь как глупый дурак! Я женился, потому что все женились, – он растягивал слова, передразнивая неторопливую речь Борга, – я зачал ребенка, потому что женился. Так надо, так делали мои родители, так будут делать мои дети. Живи для собственного развития. Отделался от жены и ребенка, тем лучше, забудь и живи полноценно.
– Еще слово о моей семье, и я сверну тебе голову, – грозно насупился Крушиголов.
– Какие мы нежные. Просто я говорю правду, женщины абсолютное зло!
– Глостер, – я решил вмешаться, пока диалог не перетек в драку. – Судя по твоим годам, у тебя же были женщины.
– Ну были, – нахмурился мастер-лучник.
– И ты, скорее всего, любил…
– Ну… – речь Палец-в-рот-не-клади стала еще короче.
– Так вот сдается мне, что когда-то тебе попросту не ответили взаимностью.
– Кто впереди пойдет? – Резко сменил тему Глостер.
– Ты и пойдешь, – принял я правила игры, перестав давить на больное. – От тебя требуется одним выстрелом отсечь руку в области запястья, чтобы лич не мог держать посох. У тебя как с Ночным зрением?
– Неплохо, но оно мне не понадобится.
С этими словами Глостер скинул рюкзак, запустил туда свою загребущую пятерню, пошарил с самым задумчивым выражением лица и извлек вытянутый металлический прямоугольный предмет, который держал за ручку. Все стенки были глухими, за исключением последней, где располагалось стеклянное окошко. Сигнальный фонарь, дошло до меня.
– А на чем он горит?
– На лимфе, – в один голос ответили Палец-в-рот-не-клади и Крушиголов.
Бедные киши, судя по всему, тут все производство на них держится.
Мастер-лучник открыл стенку с окошком, запалил фитиль и закрыл обратно. Темноту тоннеля прорезала мощная полоса света.
– Волшебный луч в кромешной тьме, – еле слышно промурлыкал я, 
– Чего? – Нахмурился Глостер.
– Ничего. В общем, слушай указание: близко к личам не подходить, иначе они вас обездвижат. Надо одним выстрелом перебить руку с посохом. Самое слабое место – запястье. Это уже проверено. Сможешь?
Глостер утвердительно кивнул, поднимая фонарь перед собой. Весь его вид будто говорил – да я десять мертвяков до завтрака убиваю, еще пять после и пару, пока несут кофе.
Впрочем, мастера-лучника, при всех его отрицательных качествах, хвастуном назвать было нельзя. В чем я скоро убедился. Длинный тоннель, изредка вихляющий по сторонам и соседствующий с такими же темными и мрачными ходами, должен был привести нас прямиком к омам. Если, конечно, карта разведчиков не врала. Злополучный обвал, который помешал им вернуться, мы уже обошли, не встретив ни одного мертвяка, что немного тревожило. Но выйдя на прямой оперативный простор, тут же увидели в сорока метрах впереди неподвижного лича.
– В руку с посохом, – то ли спросил, то ли подумал вслух Глостер.
– Ты только не свети так на него, вдруг заметит.
– И что? Даже дети знают, что мертвяки не чувствительны к свету. Если только он не волшебный, – он ненароком посмотрел на кольцо Светоча, но я ничего не ответил. – Дело в другом. Чем ближе живое существо, тем агрессивнее неупокоенные становятся. Вон, смотри, почуял нас, но мы еще далеко.
Лич и вправду стал неторопливо вертеть головой, точно оглядываясь. Глостер тем временем по-хозяйски поставил фонарь так, чтобы он освещал неприятеля, примерился к болту, поцокал языком и достал из рюкзака другой, с широким, как у стрелы, наконечником. Покряхтел и лег, примериваясь для выстрела, совсем как заправский снайпер, немного поводил арбалетом, замер, затаил дыхание и плавно нажал на спусковой крючок.
Звуки удара болта о стену и сочного падения культи разлетелись по тоннелю. Лич двинулся на нас, безошибочно определив в какой стороне скрываются его обидчики, а вперед, переступив через крохотное тельце мастера-лучника, вышел Крушиголов. Я с удовольствием смотрел, как Борг мутузит растерявшегося от такого натиска лича, и отметил, что план удался. По-хорошему еще бы не помешал хотя бы слабенький хил, с другой стороны, у меня не совсем обычный рейд. Да и Крушиголов в лечении не нуждается. Последняя массированная атака, в которой он рубил топороносцев, сняла с него не больше трети жизни. 
Вы убили гнома-лича. 
Мы с Боргом по отработанной схеме разделили добычу: мне пошла большая часть монет – 21 золотом, сердце и зачарованный камень от посоха, гно забрал сапоги и долю денег. И тут подал голос Глостер.
– Я не совсем понял, где мои деньги?
– Какие деньги? – с лицом мальчика из «Ералаша», который не купил кефир, ответил я.
– Я полноправный член отряда. Я требую свою долю с добычи.
– Твое слово будет в день Взятия Бастилии, – решил сразу поставить на место зарвавшегося мастера-лучника. – Ты у нас не на проценте, а на окладе, уясни это сразу. Выполняешь свою часть сделки, получаешь Жидкий огонь. И никак по-другому.
Ваши отношения с Глостером улучшились, теперь вы Никто друг для друга. 
Этот коротышка меня с ума сведет. Где нормальный человек, ну или гно, обиделся бы, он воспринимает как должное, и там, где репутация должна упасть, с ним она повышается. Что ж, логика понятна – чем хуже, тем лучше.
Палец-в-рот-не-клади воспринял отпор довольно спокойно, мне даже показалось, что в его хитром взгляде стало проскакивать нечто вроде уважения. Мы прошли еще около четырехсот метров, набив по отработанной методе семерых личей, когда кольцо Светоча неожиданно нагрелось, ярко подсветившись, и из соседнего тоннеля вывалилась новая партия неприятностей.
Видеть подобный цирк уродцев раньше не приходилось, хотя насмотрелся я всякого. Мертвые гномы выглядели несуразно: скрюченные, кособокие, горбатые. Почти все наклонялись так низко, что волочили руки по земле, повернув к нам свои обезображенные жестокой вечной жизнью лица.
Все произошло мгновенно. Появившиеся точно из воздуха сети вдруг опутали сначала Глостера, а секунду спустя уже и Борга. Крушиголов яростно сопротивлялся, пытаясь разорвать крепкие путы, но к нему летели все новые и новые спутанные между собой веревки, пресекая даже попытки поднять руки с секирой.
Мои конечности начали действовать намного быстрее, чем голова. Еще до того, как надо мной появилась первая сеть, пальцы нащупали кольцо Светоча, и вокруг полыхнуло. Ох, сколько же вас тут? Считать я не стал, лишь прикинул на взгляд, что набежало около двух десятков мелких уродцев. Волшебный свет подпаливал их шкуру, заполняя воздух смрадом и запахом гниения, но мне было не до этой чудесной картины.
Быстро насколько мог, я достал ножи и начал срезать веревки с Крушиголова, попутно объясняя, что от него требуется. Справился секунд за пятнадцать, отскочив назад и доставая лук. Все уже было на автоматизме, поэтому после Ошеломления и Прицельного выстрела одновременно применил Ярость стрелка и Беглый огонь, отправляя в уродцев по несколько стрел за раз.
Получен талант Шквал, уровень 4. 
Голос Диты совпал с прекращением действия кольца и ревом Борга. Крушиголов рванул на противника, выставив свои загребущие руки и по кривой собирая в крепкие объятия мертвецов. Главную задачу он выполнил – обездвижил врага.
Вы убили мертвого охотника. 
Вы убили мертвого охотника. 
Вы убили мертвого охотника. 
Так они совсем хлипенькие. От мощного толчка Борга несколько зомбаков упали замертво. Наверно, те, в кого пришлось больше всего урона от моих стрел. Прижав растерявшихся врагов к стене, Крушиголов теперь угощал их кулаками. Я даже лук опустил. Мобы, похоже, низкоуровневые, потому что складывались от пары зуботычин.
Прибив последнего, Борг подошел обратно, вытирая ладонью пот со лба, а я потянул сеть с запутавшимся Глостером.
– Ах вы, уе… Идите на... Мертвые пи… Руку оторвете сейчас! Га…
Я невольно восхитился мастером-лучником, потому что многие ругательства слышал впервые. И, признаться, даже взял парочку на вооружение. Стоило Глостеру распутаться, он вскочил на ноги и почти дал мне в глаз… Почти, если бы его руку не перехватил кулак Борга. Приглядевшись и разобравшись что к чему, мелкий гно откашлялся и сказал вполголоса.
– Прошу прощения, был напуган.
Мы с Крушиголовом не сговариваясь расхохотались.
– Я уж думал, что знаменитого мастера-лучника ничем не напугаешь, – вытирая слезящиеся глаза, сказал я.
– Не боятся только дураки, – резко начал проверять свой арбалет Палец-в-рот-не-клади, точно с ним что-то могло случиться за то время, пока он отдыхал на земле.
– Ладно, проехали, а что это за охотники такие?
– Те, кого одинокий путник в тоннелях хочет встретить в последнюю очередь, – почесал черную бороду Глостер. – Личей можно заметить издалека, а охотники обычно прячутся в поворотах, поджидая свою жертву. Они слабые, низшая каста среди мертвяков, но берут количеством. Они опутывают жертву сетями и утаскивают куда-то вглубь тоннелей. А там…
  – Что там?
– Там, – видно, что мастер-лучник не придумал чего бы соврать, поэтому сказал правду. – Откуда ж я знаю, что там, никто не возвращался.
Я пошарил под жалкими телами убитых мобов. Действительно низшая каста, даже высохших сердец нет. Монет с них кот наплакал, два золотых, реже три, с трупа. Правда, были какие-то кривые копья, но внимательно осмотрев их, я решил, что это больше мусор, чем лут.
Теперь двигались еще внимательнее, осторожно приближаясь к черным зевам поворотов, вклинивающихся в тоннель. Кольцо перезаряжается еще четыре часа, а других весомых козырей против толпы мертвых недогномов у нас не было. Еще я выяснил об особой чувствительности украшения к неупокоенным. Оно нагревалось и еле заметно светилось, когда они были рядом. Чем больше мертвяков, тем горячее кольцо становилось. Но непонятно, работало ли украшение подобным образом, пока перезаряжалось. Повода проверить подобное не представлялось – охотников больше не было, а редких личей я встречал на расстоянии, и случая проявить себя артефакту не давал. Оно и к лучшему.
Учитывая нашу скорость передвижения, к омам мы должны были прибыть через пару дней. При условии, что не будем встречать существенного сопротивления. А я на это очень рассчитывал, удивительным образом каждый раз становясь пацифистом, как только дело доходило до драки.
– Оно того стоило? – спросил я Глостера. Тот перезаряжал арбалет, пока Крушиголов добивал очередного лича.
– Что именно?
– Жидкий огонь стоит всего этого?
– У тебя в руках такое сокровище, а ты даже не потрудился узнать о нем, – развеселился Глостер.
Вы убили гнома-лича. 
– Мне он не нужен, я же не алхимик.
– Дело не в алхимии. Да и вообще, проще сказать, где Жидкий огонь нельзя использовать, чем…
– Крил! – послышался встревоженный голос Крушиголова.
– Глостер, лич, – указал я на движущегося к нам мертвяка.
Мастер-лучник зарядил арбалет и стал целиться.
– Погоди, – по моему телу пробежал неприятный холодок.
Было от чего испугаться. Мертвяк-маг был крупнее своих сородичей и одет был не в пример лучше. Не какие-то старые башмаки, а переливающиеся перламутром высокие сапоги. В правой руке посох, только явно не с зачарованным камнем на ментал, кристалл, сияющий в нем, отливал багрянцем, в левой – странная мутная сфера, позади неупокоенного развевался длинный плащ. Судя по блеску последнего, тоже не обычная тряпка.
– Ладно, спокойно. Глостер, в любом случае попробуй нашу тактику с отсеченной рукой. Если что-то не сработает, то Борг перетягивает агрессию мертвяка на себя, чтобы я мог подойти поближе и применить Прикосновение ротозея. Надеюсь, все пройдет без проблем.
Последнюю фразу я сказал для успокоения союзников. Внутреннее чутье говорило, что из двух вариантов будет именно плохой. И, к сожалению, оно не обмануло.
Глостер сработал безупречно, его болт ударил точно в запястье… и остался в руке. Мертвяк тут же отреагировал на атаку – встал на месте, вытянул руку со сферой и стал кастовать заклинание.
– Борг, сбивай!
Но Крушиголов не успел добежать буквально несколько шагов, как его сбило с ног множество расходящихся в стороны электрических разрядов. Глостеру тоже досталось, но уже не сильно. До меня же цепь молний едва добралась.
Внимание! Получено 82 единицы урона. 
Разрядив в нас сферу, визард стал обстреливать ошарашенного мастера-лучника файерболами из посоха. Ага, значит, первое оружие у него перезаряжающееся и требует каста. Волшебная трость на то и волшебная, что заряды в ней конечные, но время атаки минимальное.
– Борг, вставай!
Крушиголов уже приходил в себя. Электрическая атака выбила с него без малого половину хитпоинтов, но он остался в сознании. Еще мгновение, и вспышки огня перестали ослеплять, лич переключился на атаковавшего Борга.
– Как только он замрет, приготовься стрелять, – бросил я на бегу Глостеру, который хлопал рукой по дымящейся одежде.
Это холодно так, или я покрылся гусиной кожей из-за страха? Божечки мои, какой лич страшный. И взгляд у него какой-то… осмысленный, если можно так сказать о субстанции, клубящейся в пустых глазницах. Он даже попытался помешать мне, выставив посох перед собой, как копье, но я оттолкнулся ногой от стены, уходя от оружия, и, кувыркнувшись в воздухе, задел рукой мертвое и холодное тело с активированным Прикосновением ротозея.
Получен талант Акробатика, уровень 9. 
– Борг, встань так, чтобы Глостер тебя не задел, – сказал я и отошел за спину личу.
Работали мы молча. Звенела тетива лука, с сочным хрустом свистела, впиваясь в обездвиженное тело, секира, громко щелкал арбалет, начиняя голову мертвяка смертоносными болтами. Мои опасения были напрасны, еще не прошло половины времени действия жреческого скилла, как я услышал голос Диты.
Вы убили Верховного гнома-лича. 
Я устало сел на ближайший камень. Борг оперся, тяжело дыша, на секиру. Сзади подошел Глостер, трогая опаленную черную бороду.
– Не слабый тип, – первым подал голос я.
– Огонь и молнии, приятного мало, – подтвердил Палец-в-рот-не-клади. – И мне кажется, дальше их будет встречаться больше.
– Все логично, – достал Борг из мешка флягу с пойлом. – Чем ближе к Средоточию, тем сильнее противник.
Я достал карту. Посмотрел, где мы находимся. Прикинул, если Крушиголов прав, то Средоточие – центр окружности, а мы находимся у самого ее края. Провел пальцем по карте. В принципе, надо пройти не так много, примерно половину того, что мы отмахали сейчас. Только будут на этом пути эдакие минибоссы. Интересно, как разведчики пробрались? Ушли в инвиз? Возможно, почему нет. Самое смешное, что верховных они преодолели, а на обыкновенных личах споткнулись. Ментальная магия, будь она неладна.
– Ну что делать будем? – спросил Борг.
– Пробиваться. А вот как, – заметил я вопросительный взгляд, – это другой вопрос. Мне надо хорошенько подумать.
– А идешь ты куда? – спросил Глостер, заметив, что я встал. – А добыча?
Да уж, кто о чем, а вшивый о бане. Но все же мастер-лучник был прав, лут счет любит. Сердце, которое высвечивалось, как обычное, личевское, и ничем не примечательное, закинул в мешок на автомате, а вот следующий предмет рассматривал со всех сторон.
Сфера молний 
Классовое. Только для волшебников. 
Урон случайный (зависит от силы использующего), в радиусе 20 м. Наибольшее значение в центре использования сферы. 
Время каста 4,3 секунды. 
Время перезарядки 40 минут. 
– Борг, засунь мне в мешок.
Крушиголов недоуменно посмотрел на меня, но приказ выполнил. Жаль сам использовать не могу, но из знакомых мне волшебников всего две кандидатуры: Фиалка и, конечно же, Хло. Сам уже подобрал шестьдесят семь золотых, зачарованные сапоги, тоже вроде редкие, без зависти отдал Боргу, который поджигал труп. Теперь можно и в путь.
– Идемте за мной, тут на карте отмечено одно место. Оно рядом, в одном из тупиков, вряд ли там есть мертвяки. Но нам туда надо.
Спорить не стали, точнее Палец-в-рот-не-клади хотел высказать свое особое мнение на этот счет, но недобрый красноречивый взгляд уже захмелевшего Борга заставил его передумать. Я подобрал фонарь и неторопливо, постоянно сверяясь с картой, пошел вперед и, дойдя до развилки, нырнул в сужающийся тоннель.
Через минут пять мы были на месте, у входа в огромную, дышащую влагой пещеру, в темноте которой чуть слышно шевелились членистоногие.
– Киша, – радостно заулыбался Борг, скидывая мешок.
– Из-за этого ты нас сюда привел? – Не смог скрыть своего разочарования Глостер. –Ради никчемных насекомых?
– Формально это не насекомые, – я на секунду замешкался, освежая в памяти учебник по биологии и размышляя, куда несчастных киш можно отнести. – И не такие уж они никчемные. Они могут помочь в отработке навыков нападения.
– Как они нам помогут? – настала пора удивляться Крушиголова.
– А кто говорил, что нам? – улыбнулся я, доставая кристалл-обиталище. – Кора!
– Иау! – Материализовалась мантикора, хищно шевеля усами.
– Ну что, девочка, – взъерошил я ей шерсть, специально раззадоривая, – фас!
У стен Шальта
– Ну или вот. – Глостер картинно задумался, приложив палец ко лбу и будто вспомнив, посмотрел на Борга. – Как называется женщина, которая всегда знает, где ее муж?
Раздосадованный своим незнанием и предыдущими подколками мастера-лучника, Крушиголов пожал плечами.
– Борг, даже я это знаю, – пришлось впервые встрять в их разговор. – Вдова.
Глостер тихонько захихикал, а мой танк нахмурился. Палец-в-рот-не-клади не отставал от Борга с вопросами о женщинах, перейдя от аргументов к шуткам и насмешкам. Перед этим мастер-лучник осторожно прощупал грань позволяемого, пару раз чуть не получив по лицу, и теперь явно наслаждался своим остроумием.
Я в их дела не лез. Во-первых, если не дерутся, значит, диалог какой-никакой удался. Во-вторых, хоть я и не разделял многие шутки Глостера, но не мог не отметить его превосходное чувство юмора. В-третьих… в-третьих, мягко ступало на подушечки лап рядом, изредка поднимая свою голову и поглядывая на меня. Я еще раз всмотрелся в пета.
 
Кора 
Уровень 6. 
Здоровье 290/290 (+100 от достижения «Вивисектор2») 
Бодрость 90/90. 
Урон: 46 (+6 от достижения «Копьеносец»). 
Умения: Удар жалом (Нанесение критического удара хвостом), Хватка зверя (укус и удержание противника в течение 6 секунд. Каждую секунду враг получает минимальный урон, который питомец способен нанести), Львиное рычание (повышение урона союзников на 8 единиц в течение минуты, понижение брони противника на 8 единиц в течение минуты). 
Достижения: Копьеносец (убейте десятерых противников ударом жала), Вивисектор2 (убейте 100 противников). 
 
Да в росте Кора значительно прибавила, напоминая видом крупного манула – то же плотное телосложение, массивные крупные лапы, широкая, почти без шеи, голова. Разве что шерсти не так много. Ну и как бонус – хищный, выбрасываемый вперед почти на полметра, хвост с жалом. Да уж, с котенком вся проблема в том, что он становится котом.
С появлением пета открылась и новая способность. Началось все с таланта Дрессировщик, который оказался привязан к уже знакомой Тренировке и открывшемуся Обучению, за которое отвечал Интеллект. Обучение, кстати, не зацикливалось только на моем пете, а вообще распространялось на все живые существа в игре, насколько я понял из справки. Она же пояснила и о новом таланте.
Дрессировка 1. 
Текущий уровень питомца может быть не выше 20, количество умений не может быть выше 4. 
Душа не могла нарадоваться. Дополнительный защитник все-таки. Тем более после пятого уровня часть полученного опыта передавалась моей ручной зверюге, и теперь Кора сможет расти еще быстрее на халявных мертвяках. Использовать ее в бою не боялся, после агро на Борга, подтягивалась и Кора, в надежде получить боевое умение. Несмотря на кажущуюся агрессивность, пет мои команды выполнял, а один раз, замешкавшись, получил по ушам, весь съежился и минут пять вроде как обижался. Но по-другому никак, с животными только так – не воспитал в детстве как надо, потом хоть в лепешку расшибись, но ничего не получится.
– Опять заладил, – разозлился Борг. – Все зло от баб, все зло от баб. По мне так от таких сморчков как ты его больше.
– А разве не так? – не унимался Глостер. – Вот посмотри, был великий подземный народ. Мы торговали с драманами еще до того, когда здесь появились люди, первые открыли навигацию и нанесли на карту все неизведанные земли, узнали у фейр секрет магии и создали кристаллы. Но всему пришел конец, когда взбалмошная королева поссорилась со своим мужем и увела большую часть женщин и некоторых из их мужей по восточным тоннелям.
– Погоди, – удивился я, – так Намберту жена Дриина?
– Жена, прости Отец, – вздохнул Глостер и продолжил. – И как только Дриин ослаб, его брат воспользовался моментом. Вспыхнуло восстание, но Клойл потерпел неудачу. Он вместе со своими соратниками скрылся в северных тоннелях, и так появился третий народ. Ну а дальнейшее… надеюсь, никому не надо рассказывать. С каждым днем мы все больше хиреем и причиной тому… женщина!
– Причем тут женщина? – Не понял я. – Как мне рассказывали, Дриин с Намберту поссорились на почве почитания Отца и Матери.
– Ох, оставь все эти сказки для глупых детей или молодых гно, родившихся после Исхода. Гномы издревле одинакового почитали и Отца, и Мать. Ну, может, Отца чуть больше, все-таки он наш создатель. Но проблем с последователями Матери… Такого не было. На самом деле Дриин и Намберту поцапались. Что там произошло, не скажу, фонарь не держал, но вряд ли что-то серьезное. Ну Огнебокая и ляпнула вроде «уйду», а Крепкорукий и ответил «катись». Величие нашего народа может сравниться лишь с нашим упрямством… А религия. Религия лишь прикрытие для всяких гнусных дел. Всегда так было и будет, потому что наживаться на фанатиках проще всего.
Я хотел подискутировать на эту тему, но не смог, потому что Борг, шагавший теперь впереди с фонарем, резко остановился. Палец-в-рот-не-клади тут же вскинул арбалет и повернулся ко мне.
– Действуем по плану, – почему-то шепотом сказал я, глядя на верховного лича. – Глостер, как твое умение называется?
– Калека. Он пять секунд не сможет двигать рукой, после того как я в нее попаду.
– Мое Ошеломление тоже на несколько секунд: пока упадет, пока поднимется. Плюс, сам каст… Борг, у тебя чуть больше десяти секунд, чтобы добежать до лича. Ясно?
Крушиголов кивнул. Что ж, когда-то я, не самый лучший спортсмен, пробегал шестьдесят метров за десять секунд, а тут расстояние вдвое меньше. Правда, на мне не было и тяжелой брони, но в Борга верил. Потому что если этот план не сработает, то другого попросту нет.
– Стартуешь, как только стрела долетит до него, – натянул я тетиву.
Получен талант Дальность, уровень 3. 
Голос Диты смешался с грохотом кованых башмаков Крушиголова. Маленький бронированный танк набирал ход, намереваясь пройти катком по опрокинутому личу.
Я отошел в сторону, стараясь не мешать Глостеру. Мастер-лучник, который ныне стал мастером-арбалетчиком, не сводил глаз с нежити, готовый в любую минуту выстрелить. Лич, думая, что все еще в его руках, тем временем поднялся на ноги, вытянул руку со сферой, и едва первые сполохи заклинания стали сверкать вокруг мутного шара, как щелкнул самострел. Бах, и каст был сбит.
Теперь вся надежда оставалась на нашего тяжеловооруженного легкоатлета. Я перестал дышать, а происходящее превратилось в страшный и диковинный комикс: лич – очнулся – каст – удар. Мы одновременно с Глостером выдохнули – успел.
Вот только забег дался Крушиголову нелегко. Поначалу бой велся в лучших традициях Борга – сильные удары, подсвеченные вспышками бойцовских умений, сыпались на лича со всех сторон. Но чем дальше, тем медленнее становился гно, и спустя минуту вовсе встал, лишь изредка тыкая секирой в нежить, когда та, совсем обнаглев, начинала помимо поливания огненным шарами кастовать сферу. В принципе, самое время применять моего сторожевого кот-полульва, тем более лич сагрился уже на Крушиголова, его и пытается бить.
– Кора, фас!
Мантикора негромко рявкнула, отчего у меня пробежали по рукам мурашки, и огромными прыжками понеслась к врагу. Оказавшись метрах в трех, пет оттолкнулся от стены, и сделав какой-то невообразимый кульбит, что с его комплекцией смотрелось забавно, пролетел мимо лича, с силой ткнув в голову мертвяка жалом. Приземлившись, как все порядочные кошки на лапы, Кора развернулась и добавила коронным умением Хватка зверя, вцепившись в ногу. Обескураженный таким хамским поведением визард хотел подогреть интерес к схватке путем сжигания агрессивной малявки, но получил могучий удар в грудь от чуть отдохнувшего Борга. Прибавить сюда еще мои быстрые стрелы, на долю секунды тормозящие атаку, да ударные болты Глостера – и можно сказать, что у лича не было никаких шансов. Что через несколько минут нам Дита и подтвердила.
Вы убили Верховного гнома-лича. 
Меня больше интересовал не факт убийства минибосса, а короткая вспышка света над петом – повышение уровня.
Кора 
Уровень 7. 
Здоровье 310/310 (+100 от достижения «Вивисектор2») 
Бодрость 100/100. 
Урон: 46 (+6 от достижения «Копьеносец»). 
Броня: 10 (+10 «Грива льва»). 
В ведь действительно, вокруг шеи мантикоры теперь виднелся легкий пушок, который со временем грозился превратиться в роскошную растительность. Значит, это будет давать пету броню, неплохо, очень даже.
Подошел к личу, этот был даже побольше первого, и с помощью Борга переместил в мешок Сферу пламени. Эффект у нее был сходный с первой, только вместо молний на волю вырывался огонь. Сапоги по сложившейся традиции отдал Крушиголову, а вот последний артефакт без зазрения совести заграбастал себе.
Мантия магического спокойствия 
Классовое. Только для волшебников. 
+150 маны 
+ 3 к Магическому воздействию 
+ 3 к Концентрации 
+ 7% к защите от атак огнем. 
Знаю я одного фейру, которому этот плащ с барского плеча очень понравится. Понятия не имею, что это за колдунские таланты, но зуб даю, что очень важные и любому уважающему себя визарду без них никуда. Плюс, все-таки полторы сотни маны лишними никогда не бывают.
Помянул про себя лича потряхиванием восьмидесяти золотых и уселся на задницу ждать восстановления Ошеломления.
– А этот Клойл, король мертвяков, родной брат Дриина?
– Родной, младшенький, – уселся рядом Глостер, любовно поглаживая арбалет. – Тяжело ему было.
– Почему же тяжело?
– Почему? Ну может, потому что раньше, помимо прозвища Крепкорукий, Дриина звали Первопроходец, Победитель Трех Островов, Навигатор Семи Морей, Убийца Бешеных Драманов. А Клойл всю жизнь был просто Клойлом, тенью своего могучего родственника, тяготившийся величием Старшего. Вечная проблема младших братьев…
– Разве? Я думал, братья всегда заботятся друг о друге.
– Одно другому не мешает. Думаешь, Дриин не пришиб бы любого, кто косо посмотрел на Клойла? И глазом бы не повел. Но когда дело идет о королевском троне, о славе и памяти в веках и… женщине.
– Так Клойл был влюблен в Намберту?
– Ходили слухи, – уклончиво ответил Глостер. – Но все затихло после женитьбы Дриина. Все-таки попусту болтать языком о женщине это одно, а о жене короля – другое. Тут и головы можно лишиться.
– Жалко, не за всеми женщинами такая защита от твоего длинного языка, – ухмыльнулся Борг, примеряя сапоги на себе. Зря, между прочим, тоже классовые. – К женщинам надо с любовью.
– Ага, только куда-то вся любовь делась, когда все гномы разделились и стали убивать друг друга. Если это и есть вся сила любви, то к прислужникам Тайнори такую любовь.
– Как ее звали, Глостер? – негромко спросил я.
– Грофелия… кого? – Испуганно спросил гно и, не дождавшись ответа, достал толстый фолиант, явно свидетельствующий о богатой жизни мастера-лучника, и начал деловито листать страницы.
Я откинулся на холодную стену и задремал.
 
Унылость и однообразность убийств улучшенных гномов-личей компенсировалась ростом уровня пета. За оставшуюся часть дня мы прошли больше половины общего пути, попутно набивая руку и отрабатывая тактику до автоматизма на бедных и несчастных верховных визардах. Мы бы продвинулись значительно дальше, не останавливайся я после каждого моба для отката Ошеломления. Во время одного из таких привалов, по обычаю немного задремав, я услышал высокое недовольное мяуканье и тихий вкрадчивый голос Глостера.
– Ну чего тебе стоит, всего лишь несколько волосинок… Куда ты?
Картина, представшая после пробуждения, сначала напугала, а потом вызвала волну негодования. Мастер-лучник чуть ли не танцевал вокруг пета с маленьким даже для самого гно кинжалом в руке. Кора ругалась на своем кошачьем, пригнувшись к земле, прижав уши и выставив вперед скорпионий хвост.
– Глостер, ты какого черта делаешь?
– Я? Я просто хотел постричь немного твоего питомца, – развел руками Палец-в-рот-не-клади, – только и всего. Зачем же так нервничать.
– Себя стриги, а Кору не тронь.
– Расти на мне грива мантикоры, каждый день бы стригся, – недовольно пробурчал гно. Посмотрев на меня, он сделал последнюю попытку. – Ну хоть клочок небольшой! Гриву мантикоры днем с огнем не сыщешь, а ведь это необходимый ингредиент для Зелья Бешенства, Зелья Обнаружения Монстров, Зачарования для Отравленного Клинка Скорпиона…
Думаю, Глостер мог еще долго перечислять, выкладывая ненароком свои алхимические тайны, но я прервал его.
– Все, никаких зелий и зачарований. Отстань от Коры.
– Грива мантикоры очень редка, ценнее только кровь мантикоры, – глаза мастера-лучника алчно блеснули.
– Я тебе такую кровь мантикоры устрою, зубов не соберешь. Отстань от котенка.
– Тоже мне котенок, – фыркнул Глостер и отошел в сторону.
В этом он был прав, Кора росла как бройлер на комбикорме, уже почти доставая мне до пояса. Мышцы бугрились и перекатывались под темной шкурой при каждом движении, заставляя невольно любоваться петом, еще вчера бывшим крохотным мурчащим котенком. Сколько она там уже набрала?
Кора 
Уровень 11. 
Здоровье 390/390 (+100 от достижения «Вивисектор2») 
Бодрость 140/140. 
Урон: 52 (+6 от достижения «Копьеносец»). 
Броня: 50 (+50 «Грива льва») 
Умения: Удар жалом, Хватка зверя, Львиное рычание, Грива льва. 
Достижения: Копьеносец, Вивисектор2. 
 
Кстати, пора заняться и собой, пока мелкий пакостник-гно демонстративно отстал от пета. У меня же семь свободных очков навыков и четырнадцать способностей. С упорством, достойным лучшего применения, влил шесть в Ловкость и один в Интеллект. Со способностями было еще проще, две единицы бросил на Залп, ибо Бронебойность уперлась в потолок, без зазрения совести вложил тройку в Наблюдательность, парочку в Гимнастику: Бег у меня в подземельях почти не качался, но вот Акробатика стала подбираться к критической точке. Остаток влил Сноровку, Тренировка пока терпела.
 
Персонаж: Крил. Уровень 33. 
Раса: Человек. 
Сила: 12 
Защита: 1, Блокировка: 4 (+3 от предметов), Грузоподъемность: 150 (+25% базовый навык). Текущая: 23
Залп: 10.Шквал: 4, Бронебойность: 8.
Бросок: 1, Травля:1
Интеллект: 11 , Мана: 110. 
Красноречие: 8, Остроумие: 2, Торговля: 4, Убеждение: 4, Вранье: 3, Угроза: 1.
Сопротивляемость: 1, Магический иммунитет: 1.
Наблюдательность: 4, Ночное зрение: 1, Травничество: 1, Подслушивание: 1
Обучение: 1
Выносливость: 54 , Бодрость: 590 (+50 достижение «Неутомимый»), Здоровье: 1150 (+100 достижение «Вивисектор2», +500 достижение «Посланник Отца») 
Ловкость: 22 
Гимнастика: 10, Бег: 15 (+7 от предметов), Акробатика: 14 (+5 от предметов)
Сноровка: 16, Уклонение: 19 (+9 от предметов), Кровотечение: 1
Тренировка: 20, Скорострельность: 15 (+1 от предметов), Дрессировка 1(Тренировка+Обучение)
Меткость: 8, Изъян: 3, Дальность 3. СНАЙПЕР 2 (Дальность+Бронебойность).
Скрытность: 2, Маскировка: 8 (+6 от предметов), Незаметность:7 (+6 от предметов).
Профессии: Охотник. Уровень мастерства: Новичок. Квалификации: Зверобой, Звереуст. 
Звания: Истинный Спаситель, Друг Леса, Антимаг, Альтруист, Законник гно, Сержант гно, Рунный чтец 
Уровень брони: 150 
Свободных очков навыков: 7, очков способностей: 14. 
Деньги: 1262 золотых 5 серебряных монет. 
 
Только сейчас обратил внимание, что внизу еще выводят состояние моей мошны. Больше тысячи золотых, неплохо я посбивал с мертвяков, плюс, здесь еще продажа киши. Хотя вариант наживы для обычных игроков тут слабенький. Это надо собирать рейд, потом делить на троих-четверых добычу. Да и, сдается мне, золотая лихорадка тут быстро спадет, как только закончатся неупокоенные низких уровней в тоннелях, дальше уже надо будет лезть к Средоточию и отхватывать по полной.
Открыл мешок и в очередной раз усмехнулся игровой механике. Вот он, обычный солдатский сидор, длиной чуть больше полметра, а внутри будто бездонная пропасть с различной требухой на донышке. Сердца личей без счета, золото, но самое важное – сферы. За все время прохода мы набрали их семь штук: три шарика молний, два пламени, по одному бури и града. Под последнюю сферу, Борг, кстати, попал, причем исключительно по моей вине.
Обычно применение классовых умений происходило довольно просто – подумал, что именно хочешь применить, и скилл с пальца, подсвечиваясь, перетекал не древко стрелы. Я же задумался о крепкой броне лича и вместо Ошеломления, активировал Прицельный выстрел, видимо, подсознательно намереваясь пробить доспехи мертвяка. Стрела вошла глубоко, но вот каст со сферы не сбила, и даже выпущенный болт Глостера не помог. Борг со всего размаху влетел в ледяной вихрь острых градин, расходившихся от неупокоенного. Пришлось спешно отправлять в бой Кору и надеться на лучшее. Тот бой мы выиграли, но увидев состояние Крушиголова, которого Глостеру пришлось приводить в себя около часа, я понял, что подобных промашек больше быть не может.
– Подъем по казематам! – Заметил я, как указательный палец на левой руке вспыхнул и снова погас – восстановилось Ошеломление. – Хватит тут ревматизм зарабатывать, надо дальше идти. Уже сумерки.
– С чего ты взял? – спросил Глостер.
В ответ я лишь погладил пета, ставшего невидимым, и слегка улыбнулся.
 
– Убирай ее, я справлюсь!
– Кора, ко мне.
Пет не бежал обратно, а плелся, припадая на переднюю лапу. Всего лишь один удар здоровенного топороносца снес половину жизни и навесил дебафф в виде временного увечья. Нет, Кора не сагрила мертвяка, но у того оказалось противное умение – поворот на триста шестьдесят градусов с вытянутым вперед лезвием. Хорошая штука при круговой обороне.
Глостер достал лист бережника и осторожно приблизился к питомцу. Кора зарычала, но скорее для виду, потому что позволила мастеру-лучнику тронуть себя. Палец-в-рот-не-клади бережно остановил кровь и стал поглаживать мантикору, звеня чем-то стеклянным и уж слишком подолгу останавливаясь на гриве, но я не стал одергивать гно. А снял лук и поспешил на помощь Крушиголову.
Сказать по правде, Борг справлялся сам. Конечно, бой с топороносцем не проходил бесследно, многие атаки мертвяка пробивали блоки Крушиголова, но было видно, что мой танк одерживает верх. Однако я привык к тому, что первый закон в моем отряде – помогать друг другу. Вот и Дита была такого же мнения, поощрив меня за самые светлые порывы души.
Получен талант Изъян, уровень 4. 
Получен талант Бронебойность, уровень 9. 
Дальнейшая моя помощь, несмотря на все слитые умения, ничем существенным не отметилась. Но смерть врага принесла немало неожиданного.
Вы убили Командира мертвых топороносцев. 
Внимание! Достигнут тридцать четвертый уровень. 
И бог с ним с долгожданным уровнем, но командир? Да, мертвяк выглядел здоровее своих соотечественников, однако чтобы так. Близость средоточия, мать его. Пошарил по закромам трупного трупа.
 
Щит Предводителя 
+ 8 к Эгиде 
+ 8 к Блокировке 
+ 5 к Атаке щитом 
+ 3 к Круговой обороне 
Особенности: невосприимчив к обычной магии омов. 
Вес: 8 кг. 
 
Доспехи Поглотителя 
+ 13 к Победоносности 
+ 8 к Стойкости 
+ 6 к Бешенству 
Особенности: невосприимчив к обычной магии омов. 
Поглощает 9% нанесенного урона 
Вес: 26 кг 
 
Статы Латных башмаков мертвеца я уже не смотрел, лишь отметил для себя знакомую приписку Особенности: невосприимчив к обычной магии омов. Кинул девяносто три монеты в мешок и поднял голову к Боргу.
– Можешь забирать весь лут. Мне он ни к чему. А тебе, может, что подойдет.
– Неа, – присмотрелся Крушиголов. – У меня доспехи получше будут.
Я не стал спрашивать, чего у него там за броня, но явно мы потратили деньги не зря, выкупая ее. В ответ лишь согласно кивнул, сам занятый совершенно другими мыслями. Блин, ведь все сходится. Если разделить тоннель между гно и омами, то именно ровно посередине закончились личи и начались топороносцы. Со стороны воинов визарды, чуть подальше колдуны со сферами, а поближе менталы. А омов, по всей видимости, осаждают как раз воины с абсолютной защитой от их обычной магии. И что вообще это значит? Соответственно, существует необычная? Я надеюсь, эти бедолаги хоть живы еще? У гно ворота охраняют баллисты, на то они и бойцы, а что есть у омов?
– Собираемся, собираемся, чего расселись? Будем идти всю ночь и следующий день, если понадобится.
Время словно застыло, как древнее насекомое в куске янтаря. Здоровенные топороносцы сменяли друга друга, оставляя на память о себе вмятины на доспехах Борга. Мешок Крушиголова все тяжелел, под весом нескончаемых сапогов и щитов. В какой-то момент ему даже пришлось привлечь на каких-то мутных условиях Глостера, который стал сбрасывать себе исключительно обувку. Впрочем, не думаю, что мастер-лучник остался в накладе.
Мне, кстати, тоже было грех жаловаться. Уровень перевалил за отметку 35. Ночное зрение в потемках тоннелей довольно быстро уперлось в потолок на отметке 4. Зато теперь вместо смутных очертаний близорукого, предметы начали обретать вполне ясные формы и линии. Подтянулась на две единицы Скорострельность, теперь с бонусом от вещей она составляла 17, повысилась аж на тройку Дальность, на единичку Снайпер и благодаря какой-то сомнительной остроте, после которой от оглушительного гогота Борга у меня чуть не разорвало барабанную перепонку, даже Остроумие достигло отметки в 3 единицы. 
Кора тоже не сидела сложа руки, то есть лапы, отхватив три уровня. Вместе с увеличением веса довольно быстро росли и хитпоинты, теперь они были на отметке 450. Я ревниво думал, что к моменту, когда пет достигнет меня в уровне, то по Здоровью обойдет раза в два. С другой стороны, никто не запрещал использовать игроку кольца, амулеты, броню, а вот что там с мантикорой, пока еще совсем не ясно. Кстати, о звериной сущности питомца – чем дальше, тем больше Кора становилась похожа не на кроткого и ласкового котенка, а на мощного молодого льва, отличавшегося от своих собратьев хвостом скорпиона и еще неразвитыми крыльями. Рост пета одновременно пугал и восхищал.
Вы убили мертвого топороносца. 
В сутолоке мыслей я уже почти не обращал внимания на тень Борга, в свете фонаря сокрушающего толпу низеньких мертвяков. Вот ведь, проспал. Увяз в своих раздумьях, как муха в густом киселе, а мой танк опять в одиночку воюет. Я бросился на звон стали и хруст тонких костей, но пока добежал, Кора с Боргом одолели еще одну лютую вражину.
Вы убили мертвого топороносца. 
Стоять! Я замер на месте, переваривая слова Диты. Обычного мертвого топороносца, не командира или предводителя. Значит! Я торопливо открыл книгу со страницей карты. Раздвинул указательный и большой пальцы, замерив расстояние от Средоточения до встречи с первым высшим личем, потом словно циркулем провел по пергаменту. Так и есть, ноготь уперся именно в то место, где находилась точка с отметкой «Я». Мы прошли близость к Средоточию, поэтому дальше мобы должны пойти попроще, вроде этих мертвых топороносцев, с которыми Борг расправлялся, как мой троюродный брат с куличами на Пасху.
Вы убили мертвого топороносца. 
Звуки схватки затихли. Я подошел обшарить трупы, не ради наживы, с этих мертвяков золота падало одни слезы, а чтобы лишний раз убедиться в своей догадке. Быстро проглядел лут, на всех доспехах лишь одна важная пометка, та, что больше всего интересовала – особенности: невосприимчив к обычной магии омов.
– Слушайте, больше не останавливаемся и не отдыхаем, только чтобы залечить раны. Никаких привалов для перекусов. Ясно? Город Намберту уже не так далеко.
Ночное зрение подсказало, что у Борга лицо стало похоже на кислую мину, а Глостер беззвучно выругался. Одна только мантикора плавно покачивала скорпионьим хвостом, что свидетельствовало о необычайной благодушности. 
Крушиголов сделал пару глотков своего вонючего пойла, еще раз вздохнул – казалось так, что его слышали даже жена с дочерью в Шальте – подхватил фонарь и потопал вперед. Я шел за его могучей спиной с закрепленной на ней секирой, а Глостер плелся сзади, еле волоча свой рюкзак. Вот тоже интересно, притворяется мастер-лучник или действительно старость берет свое, и у него при долгом отсутствии отдыха появляется некий дебафф.
– Ммммм… – выполз вперед топороносец, почему-то всем своим видом показывая, что он не достоин носить такое имя.
Левой рукой он удерживал щит, а вот правой не было. Совсем. Как совести у нашей кафедры, собирающей на ГОСы по две тысячи с человека. Может, потерял где, а может, какая-нибудь тварь в тоннелях откусила. Я сам испугался своей догадки. Кто тут может обидеть мертвяка? Покажите, пожалуйста, этого изверга. Больше нравилась версия, что плечевой сустав сам износился, и зомбак в какой-то момент потерял свою драгоценную руку с топором. Поэтому перед нами сейчас был э… мертвый щитоносец.
– Борг, отбой! – План родился моментально. В случае его успеха, меня ждут невиданные открытия в ближнем бою. Но позже, явно не сейчас. – Кора, атакуй, но осторожно.
Пет послушно припал к земле и стал красться к псевдотопороносцу, хищно подняв напряженный хвост. У мертвяка, царство ему небесное, мозги давно атрофировались за ненадобностью или попросту не работали, он кинулся на мантикору, как холостяк в супермаркете за последней пачкой пельменей. Бум! Хвост дернулся молниеносно, пробив грудь и тут же вернувшись в исходное положение. И еще раз! И еще! Напоминало боксерский поединок профессионала с юниором-любителем. Но мертвяк не сдавался, все же приблизился вплотную, и тут уже пошла заваруха, вязкая и безжизненная. Мантикора рвала рассохшуюся плоть воина когтями и зубами, нанося совсем немного урона, а топороносец лишь мычал и дергался. Все как я рассчитывал. У Командиров была вкачена способность драться щитом, у их подчиненных она был на нуле или не развита. Самое то для моего плана.
– Борг, добей его. Глостер, не отставай.
– Ты нанимал меня членом в боевой отряд, дальником. Сам говорил! А никак не спринтером. Иду как могу. Я пожилой гно, в конце концов, я давно никуда не выходил. Тут же сразу пеший поход.
– Дойдем к Шальту за три часа, получишь триста монет золотом.
Получен талант Убеждение, уровень 5. 
– Бегу, бегу! – Встрепенулся мастер-лучник, по-молодецки встряхнув рюкзак. – Эй вы, чего копаетесь, – он на ходу выпустил болт и попал топороносцу аккурат между глазниц. – Не слышали, что господин сказал? Торопимся. Нам надо помочь омам…
Когда дело касалось денег или чего-то ценного, Глостер проявлял необычайную прыть. Секундомера у меня не было, но в срок мы явно уложились. Я понял, что Шальт буквально перед нами, когда после смерти очередного топороносца Дита обрадовано, будто все касалось лично ее, произнесла.
Задание «Дорога жизни» выполнено. 
Вы истребили всех неупокоенных, охранявших прямой путь между гно и омами. Теперь король Дриин может беспрепятственно встретиться с королевой Намберту. 
Пройдя еще один поворот, я зажмурился от яркого синего света. После луча фонаря он казался мегаваттным прожектором, если, конечно, такие бывали. Основным его источником были башни и башенки различных размеров, которые объединяло лишь одно – синий кристалл в навершии, паривший в воздухе. Возле каждого дежурила ом – обычный гном, отличавшийся от своего собрата из Бампаса лишь одеждой. Сейчас в Шальте царила мода на длинные хламиды, что не делало здешних жителей грациознее, вот похожими на бочку, обтянутую тканью, это да.
Я убрал своего пета от греха обратно в Обиталище, все-таки мантикора, достигшая уже пятнадцатого уровня, могла вызвать ненужную агрессию. Тем более враждебности было хоть отбавляй. Я краем глаза заметил становящийся ярким кристалл на ближайшей башне и понял, что настала пора действовать.
– Эй! Омы! Не стреляйте. Мы пришли к вам с миром! Привет от Дриина Крепкорукого! Мир, дружба, жвачка!
Я ожидал чего угодно, но не вспышки от кристалла рядом с омом и стремительного белого метеора, ударившего рядом. Короткий могучий вскрик, и Борг оседает с бледным безжизненным лицом на холодные мелкие камни.
Узник Огнебокой
– Поймите, мы должны были проверить неупокоенные вы или нет.
– А что нам надо было, анализ мочи сдать? Как много мертвяков умеют разговаривать?
Стражник ом почесал взлохмаченные в беспорядке волосы, перевел свои василькового цвета глаза на белолицего Борга и сморщился, будто попробовал пересушенную сливу.
– Это самый верный способ, на неупокоенных наша магия не действует. Не беспокойтесь вы, это всего лишь оглушение. Сильное, но он скоро придет в себя.
И действительно, по телу Крушиголова сначала пробежала мелкая судорога, а вскоре раздался измученный стон многолетнего каторжника рудников, и гно открыл глаза. Глостер помог ему подняться, и теперь Борг озирался вокруг, задержав недобрый взгляд на нескольких омах, старшим из которых был тот самый, с васильковыми глазами.
Посмотреть действительно было на что. Мы уже оказались за высокой, в три – три с половиной метра, каменной стеной. Через каждые метров двадцать высилась маленькая башенка с кристаллом, а каждые пятьдесят огроменное, напоминающее зиккурат сооружение. К моему удивлению, женщин было не подавляющее большинство, скорее пятьдесят на пятьдесят, но мужчины заметно отличались от своих сородичей в Бампасе. Помимо одежды, в отношение которой Глостер высказался довольно однозначно и неодобрительно, местные не носили бород. При них не было оружия, только деревянные посохи с кристаллами, источающими такой же синий свет. Мужчины старались не разговаривать, а многозначительно обмениваться взглядом: может, менталы, а может, попросту не хотели болтать языком.
– За Освободительницей послали человека, – продолжил Васильковый, – она скоро будет. – Можете пока отдохнуть в наших садах и отведать плодов, растущих в них.
Я слегка качнул головой, вроде и принял все к сведению, но еще не забыл негостеприимной встречи. В сопровождении десятка стражников с посохами мы отошли от стены и сразу же оказались в садах, что растянулись широкой полосой до самых домов. Строения, кстати, здесь были не натыканы, как у гно, хаотично на свободном пространстве, отвоеванном у недр горы, а напоминали собой упорядоченные кварталы Барселоны, обнявшие величественную угловатую пирамиду с широкой лестницей посередине. Там наверху горели факелы, и лишь смутно угадывалось какое-то приплюснутое строение. Видимо, резиденция Намберту.
– Да уж, все тут по фен-шую, – невольно восхитился я бытом омов, подошел к ближайшему дереву и сорвал, осыпав землю синим снопом искр, яблоко. – Во всем порядок.
– Что еще за фен-шуй? – Глостер повторил мое движение, но есть плод не торопился.
– В моем мире это организация пространства. Ну, как объяснить… Что каждый предмет должен находиться на своем месте. Кровать тут, стол там.
– Ага, и шкатулка с драгоценностями, – задумчиво пробормотал Палец-в-рот-не-клади.
– Ты о чем?
– Сдается мне, что этот ваш фен-шуй придумали воры, чтобы быстрее обирать дурачков. Хорошо придумано, заходишь в дом и сразу знаешь, где и что находится.
Я открыл рот, но даже не нашелся, что ответить. Вот как с логикой мастера-лучника спорить?
– Уважаемый, – обратился я к Васильковому, вместе с парой стражников неотступно следовавшему за нами. – Мы ограничены в передвижении по Шальту?
Казалось, мой вопрос здорово смутил ома. Тот даже изрядно покраснел до цвета вареной свеклы, но все же ответил.
– Никто не вправе ограничивать вас в передвижении… Но все же я рекомендовал не отходить далеко от ворот во избежание различных эксцессов.
Хм, слова какие красивые знает, хотя суть одна – не рыпайся, а то отхватишь. Вот только и у меня есть на это свое веское фи.
– Тогда предлагаю консенсус. У моего спутника родня в вашем городе, он бы хотел ее повидать. А мы пока с мастером-лучником подождем делегацию от Намберту.
– Это, Крил, – одернул меня за рукав Глостер. – Мне тоже надо в город.
– Зачем еще? – продолжая улыбаться, шепотом спросил я. – Опять стащишь что-нибудь?
– Нет, ну клянусь Отцом, – глаза Глостера стали честнее, чем у адвоката, защищающего богатого бизнесмена. – Мне барахлишко надо продать, опять же, вдруг у этих омов есть, чего у нас отсутствует. Пригодится в хозяйстве.
– Ладно, иди, – недовольно шикнул я ему. И уже громко добавил. – Как я уже говорил, у Борга здесь родственники, а у Глостера, э… деловое предложение к вашим торговцам, сулящее огромную выгоду обеим сторонам. Я останусь здесь. Тем более для встречи с Намберту эти гно не нужны.
Васильковый колебался, но недолго. Видимо, стать виновником конфликта между народами, да еще после нападения на Крушиголова, пусть и оправданного, ему явно не хотелось. У меня даже уровень Убеждения после его согласия не поднялся, что говорило лишь о том, что уговаривать особо и не требовалось.
Уходили Борг с Глостером в одну сторону, к ближайшей улице между двумя высокими домами, но по-разному. Крушиголов неуверенно оборачивался, явно опасаясь встречи с женой и дочкой, а мастер-лучник напротив, торопливо шагал вперед, останавливаясь, чтобы подождать громадного гно. 
А им навстречу уже двигалась длиннющая делегация из кряжистых беловолосых омок с толстой приземистой бабкой во главе. Да уж, чуть по-другому я тебя, Намберту, представлял.
 
Внешность королевы омов все же осталась для меня загадкой, хоть и на довольно скорый срок. Предводительницей женского отряда оказалась какая-то старая бабка, причем старая даже по меркам гномов – мышиного цвета волосы выцвели и стекали жиденьким ручейком назад, сморщенная кожа маслянисто блестела, а зрачки глаз заметно побелели, делая ее похожей на слепую. Но тетка видела, причем очень хорошо. Она прошлась по каждому участку моего тела, как опытный мясник при покупке откормленного телка, а только потом забурчала под нос.
Говорила она немного, не утруждаясь даже делать вид, что я важный гость. Она напоминала пьяного слесаря восьмого разряда, которому сказали «делай», и он стал делать. Плохо, но как умеет. Но все же из слов старухи я понял, что меня ждут «Зале у Свода», том самом помещении наверху пирамиды. Придется покачать икроножные мышцы до состояния гонщика Тур де Франс после трехсот километров. Я поблагодарил старуху, сдается мне, она тут тоже не последний человек, и сказал, что готов отправиться прямо сейчас.
Омы оказались гораздо любопытнее гно – от меня никто не прятался, напротив, почти все население города (все-таки действительно тут было больше женщин) высыпало на улицы, выстроилось вдоль мостовой и провожало молчаливыми взорами. Здесь не было тихих перешептываний вслед, вытянутых рук с оттопыренным указательным пальцем, нервных смешков, лишь суровые, с отпечатком постоянной осады, синеватые застывшие маски вместо лиц. Кристаллы делали свое дело, я чувствовал себя путешественником в Изумрудном городе, нацепившим «волшебные» очки. Все остальные цвета в Шальте будто исчезли.
Линк Рассеянная, а именно так звали главную старуху, важно вела меня вперед, по длинным прямым, словно строили их не омы, а древние римляне, улицам. Архитектура была похожа на бампаскую – те же маленькие окна, аккуратные ставни, приземистые крыши, разве что линии более строгие, никаких просевших крыш или покосившихся домов. Все вокруг говорило, что каждая улочка, каждый камень, каждая крошка располагается здесь с какой-то определенной целью.
Наконец мы достигли подножия пирамиды. И тут я понял, что издалека она выглядела явно меньше.
– А лифта здесь случайно нет? – повернулся я к Линк.
– Есть, – пробубнила старуха.
– Ну слава Отцу, пардон, Матери. Ну, чего стоим, давайте в кабинку, там, поди, Намберту заждалась.
– Только он не работает. 
Эх, мать моя в коньках на босу ногу. Везет как утопленнику. Я поднял ногу на широкий выступ и тяжело, как бурлак при виде баржи, вздохнул. Понеслась душа в рай.
Первые ступеней двести дались относительно легко. Они были невысокими, и даже пожилая Линк бодро шагала, не говоря об ее окружении. Я даже начал думать, что все будет не так ужасно. Подумаешь, дорога к «Залу у Свода», фигня какая. Свое заблуждение осознал уже через сто ступеней, когда все позитивные мысли чудесным образом испарились. Еще минут через десять я был вынужден признать свое поражение и попросил небольшой передышки. Пригляделся, почти треть прошли. Хотел сесть, но Линк довольно грубо подняла меня, сказав, что если сейчас плюхнусь на задницу, то ноги одеревенеют.
Когда мы оказались наверху, я первое время недоверчиво смотрел вниз. Вот за это надо достижения и медальки давать, а не за убийства десяти мобов. Я вообще, похоже, первый игрок, который сюда добрался. Теперь бы только не навернуться.
Наверху было… странно. Прямо передо мной высился вырезанный из камня прямоугольник. Обошел его и обнаружил створки. Ага, это и есть тот самый обещанный лифт. Действительно нерабочий, кристалл над ним не источал никакого цвета. И даже мне это не понравилось. Вошел в само приземистое помещение, залитое волшебной синевой. Правильные формы, очерченные линии, еще три входа с каждой стороны, превращающие «Зал у Свода» в образец симметрии. Ровно посередине, в этом я мог не сомневаться, хоть штангенциркуль бери и мерь, сидела она.
Теперь стало понятно, почему Дриин из всех женщин выбрал ее. Ясно почему брат Крепкорукого тоже влюбился в нынешнюю правительницу омов. Красота Намберту была особенной, величавой, завораживающей. Мне она чем-то напоминала саму Мать, которую я видел во сне. То же спокойствие в ярко желтых глазах, необычная мягкость в пухлых ручках и бархатный ласкающий голос.
– Что привело тебя к нам, человек?
Вот в чем вся разница, сила красоты Матери завораживала и превращала тебя в камень, Намберту же была лишь женщиной. Красивой, пышной, приземистой, наверное, лучшей среди всех гномов еще до их разъединения. Но женщиной.
– Я, Крил, посланник Отца, – надо было сразу обозначить свою исключительность. – И прибыл по воле Дриина Крепкорукого.
– Я отправляла послание Дриину с его людьми, – кивнула Намберту. – Но с тех пор прошло много времени. Где же Дриин?
– О, вот тут небольшая проблема. Нам сказали зачистить тоннель между Бампасом и Шальтом. Но дальнейших указаний не было. Теперь надо вернуться к Его Величеству, после чего он прибудет сюда лично.
– Это несколько дней, – Намберту задумалась, – что ж, вряд ли они что-нибудь изменят. Силы наших кристаллов должно хватить.
А я вот задумался. Шагать назад, причем вхолостую, очень не хотелось. Эх, будь под рукой мой преданный фейра, то он бы и побежал. Хм, а что если…
– Уважаемая Намберту, есть другой вариант. Более быстрый. Уже к исходу сегодняшнего дня письмо будет у Дриина. Мне будет нужна ваша помощь.
– Все что в моих силах, – развела руками королева.
Я достал книгу и вырвал лист. Написал небольшое послание Дриину и сложил пергамент вдвое.
– Мне нужная небольшая перекидная сумка.
Намберту кивнула, и несколько стражниц выбежали прочь. Ждали их долго, только потом до меня дошло, что несчастные ломанулись вниз по лестнице, в город, а потом поднимались обратно. Но вскоре передо мной предстала гора всевозможных изделий для переноски вещей: от крохотных ридикюлей до внушительных портпледов. Я выбрал крохотную сумку с тонким перекидным ремнем на застежках, которые тут же отцепил. Надел на кожаную полосу перстень Дриина и присобачил на место, после чего уже положил письмо внутрь. Готово. Послание внутри, а если кто не захочет пропускать, вот перстень короля.
– Ваше Величество, только не пугайтесь, – предупредил я, вытаскивая кристалл, оставшийся от Искры. – Кора!
Пет появился в боевом обличье, с всклокоченной гривой, кровожадно поднятым хвостом и оскаленными клыками. По залу раскатились испуганные крики стражниц, и около десятка посохов направились на нас. Моя левая рука взметнулась вверх, ладонью вперед, в немой просьбе не атаковать, а правая обняла Кору за шею.
– Опустите посохи, – повелительно приказала Намберту. – Я не буду даже спрашивать, где ты достал мантикору. А она необычная, не из этого мира.
– Сумеречная, – с гордостью сказал я.
– И что же ты хочешь сделать?
– Отправлю Кору, так ее зовут, обратно в Бампас, – я повесил сумку на шею мантикоре. – Тут еще перстень короля, так что в любом случае послание будет доставлено. Тем более сейчас у Дриина тысячником моя знакомая, она знает мой стиль эпистолярного общения.
– Ты не учел одного, баллист у каждого входа в Бампас, – мудро заметила Намберту. – Чтобы стражники заметили перстень, для начала мантикоре надо подойти к воротам.
Блин, действительно, голова садовая, Кору расстреляют еще на подходе, что называется, бросят гранату, а потом уже по кускам конечностей будут разбираться свои или чужие. Да уж, планировщик я от бога.
– Линк, кто у нас лучше всего накладывает защиту от дальних физических атак, Айна? – Спросила королева.
– Зачем еще эта соплячка нужна? Гонору много, а умеет всего ничего. Я сама и наложу, – недовольно пробурчала омиха по прозвищу Рассеянная. – Ману только всю солью.
– Линк, не рискуй так, восстанавливаться потом день будешь!
Омиха отмахнулась от королевы, как многоопытная пенсионерка в собесе от девочки-подростка, и принялась баффить. Признаться, здешняя магия действительно сильно отличалась от виденной мною в «Верравии», по крайней мере, визуально. Линк выставила перед собой посох, и тут же вокруг него стало образовываться подобие вихря. Попутно Рассеянная чертила в воздухе сложные рунические письмена, и те, приобретя законченный смысл, вливались в общий ветроворот. Смерч наливался силой, окрашивался в матовый яркий цвет, пока вдруг неожиданно не взмыл вверх и широкой струей обрушился на Кору. Пет испытание выдержал, всем своим видом показывая, что никакого дискомфорта не испытывает, лишь любопытно стал вылизывать белую субстанцию, покрывшую тело. Блин, теперь мантикора напоминала барса. Интересно, смогу ли я увидеть бафф, который на нее кинули?
 
Кора 
Уровень 15. 
Здоровье 470/470 (+100 от достижения «Вивисектор2»). 
Бодрость 180/180. 
Урон: 54 (+6 от достижения «Копьеносец»). 
Броня: 90 (+80 «Грива льва»). 
Умения: Удар жалом, Хватка зверя, Львиное рычание, Грива льва. 
Достижения: Копьеносец, Вивисектор2. 
Умения: Удар жалом, Хватка зверя, Львиное рычание, Грива льва. 
Достижения: Копьеносец (убейте десятерых противников ударом жала), Вивисектор2 (убейте 100 противников). 
Усиление: Белесый бумажный доспех омов. Способен поглотить до 89% урона метательным или стрелковым оружием. Время действия 8 часов. 
 
Серьезный бафф. Можно мне такой же? Хотя судя по серому лицу Линк, второго колдунства она явно не выдержит. Странно, даже если исчерпала она за раз всю ману, пусть будет штраф по времени на восстановление, что ей так поплохело то?
– Успеет твоя мантикора добраться за восемь часов? – Спросила Намберту.
Я потрогал крепкие лапы мантикоры.
– Конечно, успеет. – Ответил королеве и посмотрел в умные глаза Коре. – Девочка, надо вернуться Бампас. Тот город, возле которого ты появилась. Отдашь сумку вот этому человеку, – я показал ей нанизанное на ремешок массивное кольцо. Пет внимательно понюхал, лизнул перстень и недовольно фыркнул. – Когда отдашь его, возвращайся. Поняла?
– Иау, – прогремел львиный рык на весь зал.
– Тогда беги.
– Дрейва, проследи, чтобы зверя беспрепятственно выпустили из города, и жди у ворот, пока он не вернется, – торопливо крикнула Намберту, и одна из стражниц стремительно сорвалась вслед мантикоре. – Я могу разместить тебя и твоих людей в одном из домов внутри, пока мы ждем Дриина.
– Спасибо, Ваше Величество.
– Но у тебя есть вопросы?
– Ваша проницательность может сравниться лишь с вашей красотой, – польстил я довольно грубо, но Намберту промолчала, сделав вид, что не заметила. – Как бы по порядку… Ну, например, что за дела у вас с магией? Почему колдовство омов отличается от всеобщей?
– Изначально гномы не были расположены к магии, – мягко улыбнулась Намберту. – Но во славу Отца и Матери было создано Средоточие, сердце горы, источник, дарующий…
– Силу? – Не выдержал я.
– Своего рода. Средоточие дает каждому то, в чем он нуждается. Омы получают от него магию, гно – силу и доблесть, неупокоенные… даже не знаю, может, все сразу.
– Но вы не владеете Средоточием…
– И наша магия слабеет, если бы не кристаллы, которыми мы предусмотрительно запаслись, то омы давно пали. Хотя начало конца близко как никогда.
– Вы черпаете магию из кристаллов, – кивнул я. – Отсюда и неработающие лифты. Кристаллы в них попросту исчерпались, а заменить их вам не на что.
– Да, в городе ситуация не лучше. Вся магия идет на оборонные башни. Поэтому я готова идти на союз с гно, в одиночку мы просто не выстоим, и омы превратятся в неупокоенных.
– А что еще за беда с использованием магии? Я же вижу, что стало с Линк после заклинания.
– Мы не полноценные колдуны, а лишь проводники. Крайности в использовании магии сильно отражаются на нас.
– Вроде алкалиновых батареек, если через них пропустить переменный ток, – подытожил я.
– Батереек? – не поняла Намберту.
– Сложно объяснить. Это когда в одном маленьком источнике умещается большое количество энергии.
– Ты говоришь о сферах? – улыбнулась королева.
– Да нет, не о… А что там со сферами?
– В сферах заключена мощь стихий. Ранее они принадлежали нам, когда мы воевали с неупокоенными близ Средоточия. Но потом высшие омы, владеющие сферами, пали, так мы потеряли мощное оружие против врага.
– Вы про эти кругляши? – с невинным видом я вывалил свои недавние находки на пол.
Намберту понадобилось все самообладание, чтобы не вскочить на ноги. Она лишь заметно кивнула.
– Ты очень сильный человек, раз смог собрать половину из существующих сфер… Что там у тебя… Молнии, пламя, буря и град. Хм, если бы ты смог найти еще источники землетрясения, мороза, лавины и наводнения, то можно было бы попробовать сформировать Сферу Катаклизмов. 
Получено редкое задание «Сфера Катаклизмов». 
Близ Средоточия бродят те, кого когда-то называли синоптиками, величайшие из омов, владевшие разрушительной силой природы. Пусть души их давно мертвы, но дело по-прежнему живо, ибо мощь синоптиков заключена в диковинных артефактах. Принесите Намберту Огнебокой восемь разных сфер, и возможно, она сможет создать оружие, способное одержать верх в текущей войне. 
– Минутку, если синоптиков всего восемь, то и сфер должно быть столько же, а у меня только шариков с молниями три.
– У синоптиков были свои ученики, у кого-то больше, у кого-то меньше, у некоторых никого. Больше всего последователей было у Бартолуса Громовержца и Атоции Пышущей. Я и сама когда-то ходила в воспитанницах у Атоции… А вот с Тлайтли Недротряской и Зубайтом Булькающим будут проблемы.
– Какие, кроме их чудовищных имен?
Получен талант Остроумие, уровень 4. 
Ваши отношения с Намберту значительно улучшились благодаря таланту Остроумие. Теперь вы Знакомые. 
Вот и пригодился в кой-то веки мой язык без костей. Королева омов, между тем, перестала улыбаться и вполне серьезно ответила.
– Учеников у них не было, друзей тоже. Тлайтли считала, что ее знания слишком опасны для окружающих. С Зубайтом же все иначе. Он был тем еще параноиком: думал, что каждый второй хочет его убить или выпытать тайны водной стихии.
– А вы уверены, что они умерли? Может, пара синоптиков-отшельников скрылась в каком-нибудь закутке?
– Даже если так, с тех пор прошло много лет, надежды практически никакой. Тем более синоптики были боевыми магами и находились ближе других к Средоточию. Боюсь, ты еще встретишь их, вернее, то, во что они превратились.
По коже пробежал холодок. Я и так повышенной некрофилией не обладал, а тут еще выяснилось, что где-то вблизи Средоточия бродят такие колдуны, по сравнению с которыми высшие личи лишь слепые котята. А в моем отряде лишь храбрый до глупости танк да арбалетчик себе на уме. Мантикора не в счет, молодая пока да ранняя, много не навоюет. Ей бы уровней двадцать хотя бы, чувствую, что на моем левеле пет станет однозначно круче меня. К гадалке не ходи.
Впрочем, я тут же мысленно пришил к носу пуговицу, чтобы удобнее застегивать раскатывающуюся губу. Если бы да кабы, да во рту росли грибы, то был бы и не рот, а целый огород. Надо работать с тем, что есть, а не ждать, что на голову свалится избавление от всех бед. Хотя признаюсь, было бы неплохо.
– Еще один вопрос, Ваше Величество, – я подобрался к самому важному. Скажи сейчас Намберту «да», то я ломанулся бы в нужную сторону, не разбирая пути, наплевав на все оставленные квесты, лишь бы вырваться отсюда. – А от вас случайно нет выхода на поверхность?
– Есть, – ответила королева и тут же поправилась. – Был.
– И что с ним стало? – Я еще не терял надежды.
– Мы обрушили свод, чтобы засыпать его. После того, как оттуда пришел маг.
Финита ля комедия. Это ж каким невероятным везением надо обладать, чтобы застрять два раза: сначала в игре, а потом и в этой локации. Утопленникам так не фартит.
– А есть ли еще выходы на поверхность?
– Есть, – кивнула Намберту. – У Средоточия. Я могу показать.
Она вытащила разукрашенный драгоценными картами фолиант и протянула мне. Я по дурости своей чуть не схватил книгу, только потом поняв смысл ее жеста. Достал свой пухлый походный журнал и приложил его к сборнику палимпсестов, свидетельствующих о жизни королевы. Тут же открыл последние страницы с картой и начал изучать.
Намберту то ли пожадничала, то ли поосторожничала, но открыла только сам выход, обозначенный «Вратами Отца», что ж, тащатся тут от здоровенных мужиков с божественной силой, ничего не попишешь. По поводу «у Средоточия» это королева погорячилась. Там еще порядочно добираться. А как я понял, самая движуха в центре. Надо срочно усиливаться.
– Ваше величество, а что за маг?
– Очень коварный и опасный противник. Не скажу, что сильный, но, несомненно, умный. Обезвредил четверых моих стражниц. Мы не могли допустить, чтобы такие же, как он, пришли сверху.
– А можно его увидеть?
– Можно, сейчас он не представляет опасности. Волшебник содержится в Забанааке, магической тюрьме.
– Тогда благодарю за уделенное время, – я расшаркался и даже поклонился. А чего, с меня не убудет. Тем более при всем уважении к Крепкорукому, но общаться с Намберту в разы приятнее, чем с Дриином.
– Флавель, сопроводи Крила в тюрьму, – Огнебокая обнажила свои жемчужные зубы в улыбке, – исключительно в роли гостя, конечно.
– Я сама, – встряла Линк, отодвигая нахмурившуюся омиху-блондинку вполне аппетитной внешности, – нечего давать серьезные поручения вертихвосткам.
Жаль, блондинка мне понравилась, но вступать в конфронтацию с пожилой Линк, которой даже Намберту слова против не говорила, не хотелось. Еще раз поклонился и отправился в противоположную от входа сторону. Рассеянная шагала по лестнице и покачивалась, как пьяница, познавший всю суетность бытия и бежавший за дополнительными пятьюдесятью граммами истины. Да, тяжело давались им сильные заклинания.
– Можно было бы реанимировать лифт. Прицепить лебедку, трос…
– Механизмы, – презрительно скривила губы Линк. – Оставь эту ерунду гно. Это они любят всякое такое. Мы маги и не запятнаем свое имя подобной ерундой.
Ну надо же, а омы мне только начали нравиться. Нашлись тоже белоручки. Я сам, конечно, не пролетарий с мозолистыми ладонями, но к физическому труду относился с уважением, всегда приятно наблюдать за работой мастеров своего дела. А всевозможные конструкции, механизмы и точные приборы были для меня примерно тем же самым, чем для ацтеков ружья в руках прибывших на их континент испанцев.
С другой стороны, не буду судить о всей народности омов по одному, явно не самому приятному представителю. Как я заметил, Линк не жалуют ее же сородичи за слишком острый язык и огромное желание влезть без мыла куда ее не просят. Видал я таких, из разряда «хочешь сделать хорошо, сделай сам». Только часто они бестолково бегают, хватаются за все подряд и лишь всем мешают.
– Сюда, – махнула рукой Линк, уводя меня под пирамиду.
Нас на короткое время обступила тьма, которая скоро рассеялась и представила моему взгляду дивную картину. В центре высокой, метров в двадцать высотой, залы, по периметру располагались омы, в очередной раз заметил, что мужчин всего несколько, остальные все женщины. Эх, был бы я гномом… Стражники и стражницы стояли перед неподвижным мыльным пузырем, диметром метров в десять, источающим знакомый синий цвет. А внутри него сидело существо. 
– И это знаменитая тюрьма? – разочаровался я, т.юбыча пальцем в пузырь.
– Забанаак переменчив, как намерения мужчины жениться после овладения женщиной, – недобро ответила Линк. – Для нейтрализации этого мага достаточно именно такого Забанаака, если ему понадобится стать больше, он станет.
– Ага, тюрьма с искусственным интеллектом в режиме экономии энергии, – понял я. – Ну, пойдем посмотрим вашего коварного мага, что отрезал мне путь наверх.
Мы спустились вниз, прошли мимо расступившейся стражи – все же коротышки, завернутые в простыни, на фоне бронированных бойцов Дриина выглядели забавно – и встали перед пузырем. Я заметил слабую рябь на его поверхности, тюрьма почувствовала меня? Не бойся, Маша, я Дубровский, в смысле, никакой не маг и колдовать не умею. А божественные скиллы не в счет.
Теперь настала пора разглядеть пленника. Признаться, пузырь заметно мешал. Создавалось ощущение, что смотришь ярким солнечным днем в окно, но благодаря небольшому волнению, удавалось разглядеть кое-что. Итак: крохотная согбенная фигура, вытянутые уши, огромные глазища и когтистые руки-лапы. От неожиданности у меня сам собой открылся рот, и только постояв несколько секунд, как парализованный идиот, я смог выдавить из себя.
– Хло, ты как здесь оказался?
Гномы
Битый час мне понадобился, чтобы объяснить Намберту, что пойманный ими фейра никак не соответствует образу злого колдуна, целью жизни которого является разрушение Шальта. А его партизанское молчание при допросах лишь психологическая особенность. Мне Хло тоже про жизнь свою не рассказывал.
Но вода камень точит, а мое упрямство вкупе с искренним желанием освободить друга могло пробить даже гору. В конце концов, к огромному неудовольствию Линк, Намберту позволила освободить Хло с месячным испытательным сроком, что называется, до первого залета. Если по истечении назначенного срока «условки» фейра будет вести себя достойно и не нарушать законы, то ему разрешат свободно посещать Шальт в любое время и даже снимать тут комнату. А я в результате получил забавную профессию Юрист, с квалификацией Адвокат. Полистал книгу и так и сяк, но никаких подробностей не нашел. Ничего, название красивое, можно будет даже в резюме включить.
Как только пузырь Забанаака погас, Хло со скоростью реактивного истребителя метнулся ко мне, обняв своими худыми ручками.
– Хозяин…
– Ну ладно, чего ты, будто сто лет не виделись. Говори толком, как тут оказался?
В прошлый раз Хло общаться не согласился, лишь злобно посматривал на Линк, присоединяясь к многочисленному фан-клубу ее недоброжелателей. Впрочем, это меня даже не удивляло. А вот теперь, когда старуха осталась наверху и рядом была лишь симпатичная Флавель, фейра оказался более разговорчив.
– Сначала хозяин пропал… Потом появился, очень далеко. Я почувствовал. Сначала бежал, потом шел, снова бежал, плыл, шел по пескам и оказался здесь. Потом пришел хозяин.
Да уж, исчерпывающее объяснение. Наводящими вопросами я выяснил, что битву в Ущелье наш альянс выиграл. Правда, ни к чему конкретному это не привело. Нашли небольшое количество редких и уникальных артефактов в комнатах, в которые попали из зала Тритона, но на этом все. Не знаю, как уж там объяснялся и оправдывался Навуходоносор, но не сомневаюсь, что у него все вышло лучшим образом.
Также узнал немаловажную деталь, Мертвые земли – это действительно мертвые земли. Точнее огромный пустынный остров, где главным богатством был лишь песок. Находился на северо-западе от Тойрина, совсем близко. Но ни существа, ни таоки сюда не совались – ценных ресурсов нет, городов нет, животных нет. О существовании подземной жизни никто не знал. Точнее, мифы и легенды о гномах ходили, но их воспринимали как интересные и забавные сказки, не более. Да уж, представляю удивление Хло, когда он увидел самых настоящих представителей забытого народа. Хотя вряд ли на лице фейры отобразилась хоть какая-то эмоция.
Разузнав все, что меня интересовало, я стал вводить и Хло в курс дела. Рассказал о непростых отношениях гно и омов, о тоннелях с кишащими мертвяками, Средоточии и т.д. Закончил повествованием об отряде, который собрал здесь сам исключительно за счет своих лидерских талантов и умения мотивировать. Собственно, с моими гно пора было уже и встретиться. Надеюсь, жена Борга не забила ему голову всякой чепухой о домоседстве. Про пройдоху Глостера даже не беспокоился, главное, чтобы его не загребли в тюрьму, второго обвиняемого я уже вряд ли вытащу.
Город жил своей обычной жизнью. Здесь не было многочисленных питейных, как в Бампасе, улицы в уже привычной синеве сверкали чистотой, редкие незанятые прохожие чинно кланялись и здоровались. Рабочие тащили из садов фрукты в корзинах, стражницы, которых я начал узнавать по одинаковым амулетам Матери – сложенными лодочкой ладошками, – скорее нагуливали аппетит перед обедом, чем несли службу. Вообще Шальт создавал впечатление сонного провинциального города, а не столицы омов. Не поверишь сразу, что поселение находится в осаде, и с каждым месяцем положение местных жителей все ухудшается.
Мои компаньоны оказались на месте, оба, чему я немало удивился. Я отсутствовал часов пять (правда, большую часть из этого времени бегал по лестнице пирамиды). Если наличие Глостера не смущало, тот успел быстро обстряпать все свои дела, то грустная физиономия Борга настораживала.
– Ты что, жену не нашел?
– Нашел, – отозвался тот.
– Ну а хмурый такой? Мужик у нее появился, что ли?
– Нет. В общем… Сначала обрадовалась, поцеловала даже. Видно, что рада видеть. А потом… Стали за прошлое говорить, слово за слово, ну и поругались. Сильно.
– Ты извини за вопрос, но с женой твоей все в порядке?
– А что с ней?.. Да нет, ты что, я ее и пальцем не трону.
– А дочка что?
– Красавица, – заулыбался Борг. – Вся в меня: глаза, руки. Еще лет двадцать, и замуж можно выдавать будет.
Посмотрел на лысеющую макушку Крушиголова, выступающую челюсть, горбатый нос и ухмыльнулся. Не мне размышлять о критериях красоты у гномов.
– Я вот по какому вопросу, Крил. Мы, помнится, до Шальта договаривались, но ты ведь теперь к Средоточию пойдешь. Может, и меня возьмешь? Я могу свою долю в добыче чуть скинуть. Девчушке все равно приданное надо, да и жена будет по-другому смотреть, если возьму да куплю ей целый дом, а?
Я сделал вид, что задумался, хотя мое подсознание весело отплясывало джигу. Выпади из отряда Борг, пришлось бы искать нового танка, а в чужом городе, да еще где у жителей основа магия, а не ближний бой, задача не из легких. Проще говоря, почти невыполнимая, поэтому жаться не стал.
– Условия те же. Рад, что ты с нами.
Ваши отношения с Боргом улучшились, теперь вы Лучшие друзья.
Я бы даже удивился, не ранее, чем час назад, когда высвободил Хло из цепких объятий Забанаака, получил такое же сообщение. Теперь у меня два лучших друга, хотя отношусь я к Крушиголову довольно спокойно, он, видимо, может за меня любому горло перегрызть. Цинично, зато мне в плюс.
– Я тоже требую пересмотра текущего контракта, – почувствовал Глостер, что надо ковать деньги не отходя от кассы.
– Еще одно такое заявление, и вылетишь из отряда быстрее, чем сможешь сказать «золото», – пресек я очередное поползновение к моему кошельку. – Тем более теперь у нас есть тебе достойная замена, – пропустил я вперед всю дорогу молчавшего Хло.
Ваши отношения с Глостером улучшились, теперь вы Знакомые.
Чудесны дела твои, Господи. Что человеку смертельная обида, то мастеру-лучнику вроде поощрения.
– А это что за зверек? – простодушно ткнул пальцем в Хло Крушиголов.
– Сам ты зверек, – вскинулся Глостер. – Это фейра, представитель лесного народа. Вы, уважаемый, – льстиво улыбнулся мастер-лучник, – случаем в алхимии не сильны?
Хло отрицательно замотал головой.
– Значит, и с Жидким огнем не сталкивались? – предпринял последнюю попытку Палец-в-рот-не-клади.
Фейра повторил жест.
– Ты прав, Борг, обычный зверек, – отвернулся от Хло Глостер.
– Так! Ну-ка все слушаем сюда, – рассердился я. – Это не просто полноценный член отряда, а мой друг. Кто хоть косо посмотрит в его сторону, вылетит на фиг из группы, все усекли?
Ваши отношения с Хло улучшились, теперь вы Названые братья.
Внимание, вами впервые достигнут максимальный уровень дружбы с неигровым персонажем. Получено достижение Коммуникабельность (+1 к Интеллекту).
– И чего он будет делать в группе? – недовольно пробурчал Палец-в-рот-не-клади.
– Увидишь со временем. Так, Глостер, ты чего там накупил?
– Ничего не купил, – мастер-лучник бочком-бочком обошел стоящий рюкзак и попытался загородить его. – Наоборот, продал разное. Вот, кстати, твоя доля.
Он торопливо протянул мне мешочек, который я на автомате определил, как 152 монеты золотом. Деньги я взял, даже для убедительности потряс в руке, но убирать не торопился. Глостер, САМ, вроде бы даже, в здравом уме, отдал мне деньги. Либо сегодня Венера проходит по диску Солнца и неблагоприятным образом влияет на Палец-в-рот-не-клади, либо...
– Глостер, будь добр, развяжи, пожалуйста, свой рюкзак, – вкрадчивым голосом средневекового инквизитора попросил я.
– Уважайте частную собственность, – крепко ухватился пальцами мастер-лучник за свою поклажу.
– Борг, если тебя не затруднит.
Крушиголов лишь ухмыльнулся, схватив мерзкого старикашку-гно за шкварник и оторвав от рюкзака, как засохший кусок грязи. Хло на всякий случай встряхнул руками, и кончики его пальцев заискрились. Думаю, фейра готов жахнуть обоих, не разбирая особо настроений в новом коллективе, но не одобряя прямое неподчинение мне.
– У вас все в порядке? – крикнул Васильковый.
– Все отлично, проверяем зависимость гравитации от уровня моря. Небольшой научный эксперимент, не более того. Никто не пострадает! – Улыбнулся я, и, повернувшись к Глостеру, тихо добавил. – Только усища черные кому-то оторвем.
Я распутал несколько узлов, заглянул внутрь, и в глаза ударил знакомый свет. Мать моя женщина! Торопливо прикрыл украденное добро и облизнул пересохшие губы.
– Ты где это спер?
– Там, сям, – уклончиво ответил висящий в воздухе Глостер.
– Что там, Крил? – Заинтересовался Борг.
Я дрожащими руками вновь приоткрыл рюкзак. Синева кристаллов теперь залила и опешившее лицо Крушиголова. Россыпь магических «батареек» поражала разнообразием размеров и форм. Однако пристально рассматривать такое богатство было страшно.
– Откуда это? – теперь тряхнул Глостера Борг.
– Да их там куча, эти омы даже не считают. Да отпустите меня. Все нормально, никто не хватится. Я же не дурак, с одного места больше двух не брал. Да обещаю, что все будет нормально.
– Ты уже, вроде, обещал, точнее Отцом клялся, – нахмурился я.
– И что? – Невозмутимо ответил мастер-лучник. – Шальт – город, находящийся под покровительством Матери. Значит, клятва Отцу тут недействительна.
– Что делать теперь? – Вытянул руку с брыкающимся Глостером Борг, словно боялся замараться.
– По-хорошему, сдать его королеве, – при этих словах Палец-в-рот-не-клади перестал сопротивляться и натянул на свое лицо самую жалостливую маску, какая была у него в арсенале. Весь его вид говорил, что он все понял и больше никогда так не поступит. А если и поступит, то сделает все возможное, чтобы его не поймали. – Но нас за это по головке тоже не погладят. Нам бы тихо дождаться Дриина и потом уже плясать от сложившейся конъюнктуры. Э… уважаемый, – крикнул я Васильковому, – где тут можно нам остановиться?
– Лучше всего в «Тайном убежище».
Я благодарно кивнул.
Так и сделаем, – сказал я своим. – Борг, бери рюкзак этого фрукта, а ты, Глостер, иди возле меня. И даже не пытайся сбежать, деваться тебе теперь некуда.
Чего уж такого тайного было в этом «Убежище», я так и не понял. Разве что отсутствие посетителей, но учитывая сварливый характер Пейте Громогласной, хозяйки заведения, это не удивительно. Даже задумался, не сестрица ли она, случаем, Линк. Свои догадки, конечно, оставил при себе. Если бы хотел поссориться с Пейте, то попросту разрешил Глостеру с ней поговорить. Благо, холодный блеск золота сделал свое дело, и нам выделили две комнаты, одну мне и Хло, вторую мастеру-лучнику и Крушиголову. Разоряться на отдельные апартаменты я не стал: чай не царских кровей, можем и лаптем щи похлебать.
И так душила жаба, что ранее выделил обещанные Глостеру триста золотых за экспресс-проход до Шальта. Можно было бы, конечно, оштрафовать мерзавца за неподобающее поведение, но все же это низко. Тем более вырученная Боргом за лут тысяча с лишним золотых приятно тянула карман.
Из всего произошедшего я извлек очень ценный урок — мастера-лучника ни в коем разе нельзя оставлять наедине с его шаловливыми ручонками. Проще всего присматривать за ним в тоннелях, но когда теперь туда выберешься?
Дита подсказала ответ на этот злободневный вопрос.
Получен талант Дрессировка, уровень 1. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способностей.
Я заглянул в книгу. Вот дубина стоеросовая. Тренировка у меня в полном порядке, а вот Обучение на единичке, пришлось поднять до двойки. Есть еще свободные статы, но их раскидаю после. К тому же план открыть новые таланты у меня был.
Итак, попытка повышения Дрессировки говорила лишь об одном — Кора благополучно добралась до Бампаса и передала послание королю. Как это было сделано: с помощью Эу или нет, узнаю потом. Главное, что цель достигнута. Теперь остается лишь ждать.
Дав поручение Боргу никуда не выпускать пронырливого гно, я со спокойной совестью лег спать. Ворочался долго, думая о всем сразу: Средоточии, Намберту, личах, синоптиках. Да уж, синоптики белых стыдливых ночей, сумевшие выжить на лютом морозе... Под мотивы старой Наутилусовской песни, звучащей в голове, наконец удалось задремать. Как мне показалось, ненадолго.
Пробуждение было бурным. Даже чересчур. Сначала вблизи громыхнуло, а потом сверкнуло фиолетовой вспышкой. Мозг усиленно скрипел нейронами, пытаясь разобраться, что же тут происходит. Так, мантикора, с недоумением пытающаяся вылизать окружавший меня прозрачный кокон, фейра, спешно кастующий какое-то боевое заклинание, топот со стороны коридора. Голова постепенно приходила в порядок.
Кора вернулась, довольно быстро. Видимо, совсем не отдыхала и, выполнив мое поручение, пустилась в обратный путь. Хло расценил ворвавшегося в комнату пета как врага и колданул на меня защитный кокон от урона. Его я понять могу, характер у фейры хоть и нордический, но и он не железный, а тут нечто сносит напрочь дверь.
– Хло, стой. Это друг!
Бодигард недоверчиво посмотрел на качающийся в воздухе скорпионий хвост, но руки опустил. Тут подоспела подмога в лице полуголого Борга с секирой и заспанного Глостера с арбалетом. Оценив ситуацию, мастер-лучник хмыкнул, а Крушиголов недоуменно переводил взгляд с меня на мантикору, с мантикоры на Хло. И тут подошла тяжелая артиллерия.
– В моем заведении двери крушить нельзя!
– Все в порядке, легкое недопонимание, – предусмотрительно полез я в мешок.
– Недопонимание у них! – голос Пейте звучал подобно сигналу воздушной тревоги. – А чинить кто будет?!
– Вот, за ущерб и причиненное беспокойство, – передал я ей золото.
– Маловато, – слукавила Громогласная, но тон понизила. – И это, у нас тут с животными нельзя.
– Всего на несколько дней, – вновь перекочевало золото в загребущую лапу владелицы.
– Ну, если только на несколько дней, – осчастливила Пейте нас своим уходом.
– А ничего хозяйка, – хмыкнул Глостер. Но тут же поправился. – Для женщины, естественно.
– Героиня явно не твоего романа, – сразу осадил его я. – По весовой категории не потянешь. И вряд ли ей понравится, когда столовые приборы начнут пропадать.
Глостер фыркнул и отправился к себе в комнату. У меня первый раз внутри кольнуло нехорошее чувство, что я обидел мастера-лучника. Не от хорошей жизни он стал таким. С другой стороны, у каждого из нас есть выбор. Я после своего заточения не превратился же в законченного пессимиста с пышным букетом неврастений. Работать надо над собой, работать.
– Крил, я пойду, раз все в порядке? – спросил Борг.
– Да, извини, что разбудили. Будь добр, дверь еще на место поставь.
Я подождал, когда гно уйдет, и сел на кровать. Напряжение в комнате висело колоссальное, хоть двуручным мечом режь. Хло стоял все в том же положении, в котором я застал его, проснувшись, а мантикора и не пыталась скрыть свое недовольство, воинственно подняв жало. Да, в подростковых фантазиях были сцены, когда пара красивых девушек соперничает между собой за мое внимание. Но фейра и мантикора.... Это уже цирк с конями.
– Так, голуби мои сизые, уясните раз и навсегда, чтобы больше никогда не возвращаться к этому вопросу. Кора, это Хло, он мой друг. Действительно друг, наверное, единственный здесь. Он за меня и в огонь, и в воду, и, как выяснилось, в Забанаак. Теперь ты, Хло. Это Кора, она же мантикора, дитя Искры, за которую я несу ответственность. Теперь она полноценный член отряда, и с этим придется смириться. А теперь пожмите друг другу руки, то есть лапы.
Мантикора нехотя повернулась к фейре, чуть помедлила, но все же с королевским снисхождением протянула лапу. Хло подошел и неуверенно коснулся подушечек. Думаю, топор войны еще не окончательно зарыт, но первый шаг к этому сделан.
– Все, а теперь спать...
Слух о диковинном звере, впервые появившемся в «Зале у Свода» разошелся по Шальту со скоростью бубонной чумы, а уж после инцидента в «Тайном Убежище», о котором, судя по всему, растрепала Громогласная (не оправдав название своего заведения), утром нас и вовсе ждал аншлаг. Глостер предложил было брать за просмотр с каждого по два золотых, но я, к великому неудовольствию Коры, попросту спрятал ее в Обиталище. Ибо не фиг.
Два дня ожидания короля гно растянулись в вечность. Мы, уже с моей компашкой, а двигаться приходилось вместе, дабы мастер-лучник в очередной раз не положил свой влажный глаз на что-нибудь ценное, исследовали все самые известные местные достопримечательности: храм Матери, Хранилище Знаний, Центральный фонтан, Большой сад, Главный кристалл (при виде последнего у Глостера задергалось веко). Потом пришла пора менее знаменитых мест, к удовольствию Борга, большинство из которых пришлось на немногочисленные таверны. После исследовали улицы и дальние фруктовые сады у стены. Не потому что они представляли собой какой-то ценный интерес, а просто делать было уже больше нечего.
Поэтому когда со стороны тоннелей раздался звук рога, и у главных ворот забегали омы, я восславил Отца, Мать и на всякий случай Лока (а вдруг услышит), ибо Крепкорукий со своими воинами прибыл к Шальту.
– Это король гно.
– Сам Дриин.
– Быть того не может.
– Дриин Крепкорукий, я сам видел стяг. А на нем кулак Отца.
Стражники бегали взад-вперед, как малолетние пацаны, пробравшиеся в сад за яблоками, но натолкнувшиеся на сторожа. Вот тебе и хваленая дисциплина. С другой стороны, омов можно было оправдать. Все-таки не каждый день к твоим стенам прибывает бывший соперник, намеревающийся стать союзником. Уж не знаю, как слова Намберту покинули «Зал у Свода» и растеклись липкой патокой по городу, заполняя каждый уголок, но Шальт за считанные минуты проснулся, ожил и спешил встречать гостей.
Сама Намберту спустилась с пирамиды, нарядившись в лучшие одежды, и вместе со своей свитой стояла на мостовой, у первых домов города, граничащих с садами. Королева явно волновалась, глядя на входящих в ворота гно, во главе которых важно шагал ее муж.
Дриин выглядел внушительно. В новых блестящих доспехах, с массивным боевым молотом и золотой короне с драгоценными камнями. С ним рядом шагали два тысячника — оба Прыг-Скок, отец и дочь. Брухто, по всей видимости, оставили в Бампасе долечиваться и попутно приглядывать за порядком. Следом тянулись сотники, не скрывающие своего удивления и озирающиеся вокруг, а за ними десятники и рядовые бойцы.
– Сильно изменился король-то, ваше величество? – спросил я. Нам разрешили постоять рядом, как главным виновникам данного мероприятия, чем мы не преминули воспользоваться.
– Совсем не изменился, – тихо ответила Огнебокая. – Разве что поправился чуть-чуть.
Я уж не стал уточнять во сколько десятков килограмм она уместила это чуть-чуть, потому что авторитетнее короля еще никого среди гно и омов не встречал. Вот и сейчас, сначала сквозь заросли фруктовых деревьев показался зажатый в тесный доспех авторитет Дриина, а потом уже сам король.
– Приветствую тебя, Дриин Крепкорукий, король гно, – чуть сиплым от волнения голосом сказала Огнебокая.
– Здравствуй, Намберту... Королева омов, – было видно, что последние слова Крепкорукий сказал без всякого удовольствия. – Наконец мы встретились.
– Наконец...
Взрослые гномы, я даже боюсь представить по какой сотне им лет, а ведут себя, как раскрасневшиеся первоклашки. Видно же, что нравятся друг другу, а может, и чего больше, но все же пытаются марку держать. Гонор и гордость вперед них родились, оба с характером. Наверняка от прошлых обид и след простыл, а признаться, что погорячились, не могут.
– А вот и ты, – улыбнулся король, заметив меня. – Ты послужил мне хорошую службу, уничтожил всех гномов-личей, что охраняли путь от Бампаса до Шальта.
Ваши отношения с Дриином Крепкоруким улучшились, теперь вы Знакомые.
– Ты истинный посланник Отца. Это поможет тебе в борьбе с нашими врагами. Держи.
Я протянул руки к каменной табличке с выбитыми на ней рунами.
Скрижаль Копье Отца
При прочтении изучается уникальное умение Копье Отца (масштабируемое) — призыв разового божественного копья. Начальный урон: 3000 единиц. Необходимо: наличие умения Слово Отца. Стоимость: 90 очков Величия. Внимание: После прочтения Скрижали ваша ячейка будет навсегда заполнена, поменять или отменить ваше решение невозможно.
А вот это уже кое-что. Как говорил герой в одном фильме: «С этим можно идти в банк». Еще бы узнать, как очки Величия восстанавливать. Но это ладно, я решил не откладывать дела в долгий ящик, неизвестно, когда еще король освободится.
– Вот сердца личей и топороносцев, Ваше Величество. Как просили.
Вы выполнили задание «Ох уж эти гноомы».
Внимание! Достигнут тридцать шестой уровень
Внимание! Достигнут тридцать седьмой уровень.
Получено 600 золотых монет.
– Раз уж ты так легко расправляешься с неупокоенными, то у меня для тебя еще задание. У личей есть начальники, которых они называют Иерархами. Их не так много, но они сильны. Если ты избавишь нас хотя бы от пяти Иерархов, то это существенно облегчит наступление.
Получено уникальное задание «Ох уж эти гномы».
Иерархи считаются владыками неупокоенных. Это ближайшие приближенные короля мертвых. Их уничтожение существенно ослабит расстановку сил близ Средоточия.
– А теперь извини, нам надо решить дальнейшую судьбу наших народов.
Они уже почти скрылись из виду, когда Глостер вдруг чрезвычайно оживился.
– Простите, простите, вы обронили!
Мастер-лучник держал в руках пузатую бутылку.
– Тут пробка сбилась, но я ее на место поставил!
– Прыг-скок, – посуровел король и обернулся к своему тысячнику. – Ты что идешь, кишу считаешь? Я тебе доверил единственную бутылку «Подземного Травника», а ты ее умудрился потерять.
– Прошу прощения, Ваше Величество, – похлопал себя по карманам отчим Эу, будто все еще не веря в случившееся.
–Возьми бутылку у этого...
– Глостера, Ваше Величество.
– А, это ты тот самый мятежник, за которого просил Крил?
– Там вышло чудовищное недоразумение, Ваше Величество. Я всегда был вашим преданным подданным. Меня втянули обманом...
–Хорошо, хорошо. Сегодня я великодушен и забуду все твои прошлые проступки.
– «Подземный Травник»? – Отвлекла короля Намберту. – Не думала, что осталась хоть одна бутылка.
– Я помню, что ты его любишь, – разгладил бороду Дриин.
Всю обратную дорогу к «Тайному Убежищу» я занимался тренировкой самообладания. Жаль, таланта нет такого, а то у меня очков десять бы сейчас апнулось. Глостер становился занозой в заднице, о которой все время забываешь, но вот стоит сесть...
– Все в мою комнату, живо!
Когда дверь, которую на скорую руку починили, закрылась, мои спутники сдулись, будто проколотые воздушные шарики. Потупил глаза здоровенный Борг, не понимающий, что именно произошло, но заочно взяв часть вины на себя, мол, не доглядел. Перестал теребить полученную утром Мантию магического спокойствия Хло и прижал свои уши. Робко топтался на месте Глостер, все время порывающийся что-то сказать, но постоянно себя осаживающий.
– Что это было?! – стараясь глубоко дышать, спросил я.
Поняв, что вопрос адресуется именно ему, мастер-лучник сделал полушажок вперед, но тут же передумал, и вернулся к товарищам.
– О чем вы... господин?
О, господин! Значит, я на верном пути и дело действительно пахнет керосином.
– Что за цирк с бутылкой?
– Я все объясню, только не ругайтесь! Фуф, итак. Всем будет только на руку, если омы и гно объединят усилия.
– Ну...
– Вот я и постарался немножко подтолкнуть правителей к принятию данного решения.
– Что в бутылке? – У меня родилось нехорошее предчувствие.
– Вот, – Глостер вытащил из-за пазухи полупустую мензурку и открыл пробку. По комнате разошелся цветочный запах.
– Страстный Жмых, – втянул носом воздух Хло.
– А говорил, что в алхимии ни бум-бум, – обиженно посмотрел на него Глостер, всем своим видом говоря, что тут только ему позволительно врать.
– Страстный что?
– Пусть ваш друг говорит, раз такой умник, – начал корчить из себя фифу мастер-лучник.
Хло набрал воздуха, явно подбирая слова, и скороговоркой выпалил.
– Краены плохо разводятся в неволе. Лесной народ добавляет им в воду Страстный Жмых.
– Афродизиак?! Ты решил короля и королеву...
– Кому от этого станет хуже? – беспечно развел руками Глостер. – Они же муж и жена, в конце концов.
Кровь ударила мне в виски, а руки затряслись от гнева. От первого убийства НПС спас целый ворох голосовых сообщений от Диты.
Выполнено задание «Неразбериха в подгорном королевстве».
Вы примирили гно и омов. Народы забыли прошлые обиды и решили действовать заодно.
Внимание, народность гно более не существует.
Внимание, народность омы более не существует.
Внимание, миру открыта раса гномы.
Получено звание «Первооткрыватель».
Вы первый из всех игроков открыли новую расу, доступную при создании или смене персонажа.
Получено право на правление, текущий уровень 2.
+ 1000 к Здоровью, Бодрости или Мане (необходимо выбрать).
Выполнена 2/3 часть задания «Наместник острова Тойрин».
Вы соединили то, чего долгое время не было.
– Глостер, ты... ты мать его, гений!
Да, это было весьма непедагогично, но что позволите делать с этим пройдохой?
Борг и Глостер растерянно смотрели друг на друга, то ли почувствовали что, то ли увидели. Вдруг они без лишних разговоров принялись обниматься, что при разнице в комплекции выглядело забавно, и прыгать от счастья на месте. Фейра смотрел на все это, как новенький врач, первый день работающий в психиатрическом отделении.
– Ох, Хло, даже не спрашивай. Долго рассказывать. Лучше попроси Громогласную, чтобы сообразила нам самый лучший ужин и выпивку. Сегодня есть что праздновать.
Кучная стрельба
Выработалась у меня в последнее время дурная привычка просыпаться против своей воли. И ладно бы будила красавица, но продираешь глаза, а перед тобой такая рожа, что в спешном порядке хочется на горшок. Про мантикору это я любя, а вот про нынешнего гостя еще мягко сказал.
Гно, вернее теперь гномы, никогда красотой не отличались, но нынешний посетитель переплюнул всех. Рожа перекошенная, точно только что ее набок свернули, один глаз затянут шрамом, а кончика носа и вовсе нет, что называется, привет Тириону Ланнистеру. Дышит шумно и зловонно, надо будет торговлю замутить с гномами на предмет зубных щеток и прочих средств гигиены. Что самое удивительное, Хло довольно равнодушно отнесся к незнакомцу, тоже мне, не телохранитель, а отставной козы барабанщик.
Я скользнул глазами по золотым наплечникам — сотник пожаловал.
– Чего? – Поднялся на локтях.
– Господин Крил, Его Величество Вас к себе просят.
Ага, просят. Попробуй сказать нет, то мехом внутрь вывернет, на кулак намотает и скажет, что так и было. Однако обращение «господин» порадовало. Не то что я закомплексованный феодал, которому должны все в ножки кланяться да ручки целовать, но рост статуса – дело хорошее. Упрощает многие моменты.
– Поесть-то я могу?
Сотник заколебался. Понятно, что ему сказали доставить человечишку в максимально короткие сроки пред светлые очи Дриина, но и со мной ссориться он явно не хотел.
– Если только быстро.
– Студенты только так и едят. Хло, беги вниз, закажи чего-нибудь пожевать. А я пока умоюсь.
Ели молча, быстро жуя свежие фрукты и заедая жидкой кашей, напоминавшей пшенную. Чего только не родится в садах омов под воздействием магического света кристаллов. Глостер искоса и с явной опаской поглядывал на десятника. Да, на такого постоянные выверты и льстивые комплименты не подействуют.
– Ладно, хватит брюхо набивать, идем, – поднялся я на ноги.
Бросил вместо золотой монеты целых три, на чай, да и вообще за беспокойство. Предчувствие мне подсказывало, что мы сюда не вернемся. Борг, заметив мой жест, неодобрительно покачал головой и ссыпал в сидор все оставшиеся в блюде фрукты. До крохоборства Глостера Крушиголову было далеко, но излишнего расточительства он тоже не одобрял.
У входа было на удивление темно. Я отыскал глазами потухший кристалл, возвышавшийся на одном из домов бесполезной стекляшкой, и почесал затылок. Нехороший знак, очень нехороший. Запасы магической мощи омов истощаются. Выругался про себя: гномов, гномов, нет больше отдельной народности. Точнее они были, вон ходят все в тех же балахонах, но между ними уже мелькают облаченные в доспехи воины Дриина. И надо сказать, что общаются между собой все нормально: хвастают, кто больше мертвяков завалил, отпускают шуточки, флиртуют, в конце концов.
А что я хотел? У омов был явный дефицит мужского населения, у гно ровно наоборот. Что называется, застоялась сила в чреслах. Держу пари, что в ближайшие пару лет будет бум гномьей рождаемости. Всего фигня осталось: очистить все Подземелье от неупокоенных.
– В «Зал у Свода»? – обреченно спросил я.
– Нет, Его Величеству трудно подниматься по лестницам так долго, и он, с Ее Величеством, расположились в доме Старейшин.
Что за Старейшины и какие функции при живой королеве они выполняли, я не узнал. Но судя по великолепию особняка, фасад которого выходил на одно из подножий пирамид, что-то эти аксакалы здесь да значили. Здание раздавалось в стороны значительно больше своих соседей, у дверей стояли статуи двух волшебниц с посохами, а подле них уже четыре, но вполне себе живые: по паре визардов и воинов.
Нас пропустили без лишних проволочек, видимо, было соответствующее распоряжение. Хотя «нас» – это меня и десятника, моя «Команда «А» осталась на улице. Внутри оказалось не менее внушительно, чем снаружи. Причем, богатство это было, скорее, китчевое, я словно попал в дом сутенера или резко разбогатевшего бизнесмена. Безвкусные статуэтки, резная мебель, ковры, большущий готический камин. Все было в разных стилях и мало походило на обитель омов – с четкими плавными линиями, минималистской архитектурой. Уж не старьевщики ли и барахольщики эти Старейшины?
Влюбленных я нашел в самой дальней комнате. Намберту, в каком-то легком, совсем игривом халатике, шептала своему мужу что-то на ухо. Дриин, слегка растрепанный, хотя полностью одетый, улыбался, а изредка даже громогласно хохотал. Вот она гномья идиллия. Не хватает лишь рядом горна и сопящего под ногами дракона.
– Вы посылали за мной? – решил не ждать, пока парочка заметит меня, а сразу обозначить свое присутствие.
– Крил… Да, у меня для тебя небольшое поручение.
Кто бы сомневался. У меня создается впечатление, что Дриин собирается одержать верх в предстоящих сражениях, опираясь не на свою армию, а исключительно на мои усилия. С другой стороны, что удивляюсь. Я игрок, он НПС, самой системой заложено такое поведение: каждый раз давать мне шанс ему помочь.
– Слушаю вас, Ваше Величество.
– Пока наша армия готовится выступить, нам бы пригодились некоторые данные о противнике: количество, расстановка, укрепления. Все, что может пригодиться при атаке.
Получено обычное задание «Гномий лазутчик».
Залог успешного нападения в тщательном планировании. Перед масштабной атакой Дриин Крепкорукий хочет узнать всю информацию о диспозиции неупокоенных. Проберитесь к Средоточию и произведите разведку.
– К тому же, ты многое сделал для объединения наших народов. Поэтому, если тебе что-нибудь понадобится…
Вы вправе потребовать награду за задание «Неразбериха в подгорном королевстве».
Ха, неужели Дриин думает, что я смущенно потуплю глазки и скажу, что делал все от чистого сердца, поэтому ничего мне не надо? Не на того напал. Итак, записывай.
– Вы правы, я немало приложил усилий, поэтому не считаю зазорным потребовать достойную награду. Скажем, еще одну Скрижаль Отца.
– Увы, у меня больше нет Скрижалей. Но я могу предложить тебе взамен золото или оружие.
Золото… С недавних пор я стал понимать, что деньги по большому счету мусор. Конечно, если они сами плывут ко мне в карман, отказываться не буду, но выбирать их в качестве награды – не комильфо.
– Что вы можете предложить из оружия, Ваше Величество… для меня?
Последняя фраза была немаловажной. Предложит сейчас мне боевой молот или секиру и все, баста. Понятно, что дареному коню под хвост не заглядывают, но все же, что мне с таким богатством делать? Привязать к Глостеру в виде наказания, и пусть таскает? Были у меня для мастера-лучника более гуманные методы наказания.
– Для тебя… Нувойрин, скажи Линурию Жмотозлату, чтобы отдал тебе Пламя Тьмы, и принеси оружие сюда.
Сотник с не самой презентабельной внешностью кивнул и выскочил прочь. Я уж и забыл про него.
– Пламя Тьмы, редкое и удивительное оружие. Мы нашли его в самом глубоком тоннеле, придавленное огромным валуном. Будто кто-то нарочно хотел спрятать артефакт под горой. Я никогда не оставляю Пламя Тьмы без присмотра, лучшие воины охраняют его днем и ночью.
– А что это Пламя из себя представляет?
– Лук. Но таких я раньше не видал, хотя провел свою жизнь не только в подземелье, но и путешествовал по морям. У меня есть несколько неплохих лучников, но я побоялся отдавать Пламя Тьмы кому-то из них. Оружие до сих пор хранит в себе частицу чужой силы. Божественной силы.
– Стало быть, это лук одного из Богов. И судя по всему, Темного?
– Возможно. Но кто и зачем спрятал его под горой, мне неизвестно.
– Ваше Величество, Ваше Величество, – ворвался в комнату коротышка, чуть ли не ниже Глостера. Да уж, с такими мужиками гномы и до мышей дойдут. Незнакомец выглядел неряшливо, каштановые волосы непослушными завитками торчали в разные стороны, к бороде прилип остаток завтрака, а лицо было немыто. Позади него плелся десятник-Нувойрин. – Что ж ты делаешь, Ваше Величество? Отдать Пламя Тьмы? И кому? Бродяге-человеку?!
При этих словах коротышка активно жестикулировал левой рукой, под правой у него был зажат длинный сверток, в котором, по всей видимости, и хранился лук.
– Жмотозлат, я твой король, мое слово закон! – Голос Дриина загремел, но в глазах танцевали веселые чертята. Похоже, подобное представление было не редкостью.
– Но Ваше Величество, – предпринял последнюю попытку гном.
– Линурий Жмотозлат!
Полного произнесения собственного имени коротышка не выдержал. Он протянул мне сверток и, чуть не плача, вполголоса ругаясь на всех подряд, покинул дом Старейшин.
– Линурий чересчур ответственно относится к своей работе. Он похож на пастуха, слишком сильно привыкающего к своей отаре и не способного зарезать барана.
Но я уже не слушал Дриина. В моих руках оказался черный, будто вырезанный из куска смолы, лук. Вместе с тем, оружие сверкало, отражая каждый лучик света, падавший на него, как лакированные туфли первокурсника-юриста из дружественных южных республик.
Пламя Тьмы
Урон 83-962
+ 15 Кровотечение
+ 15 Дальность
+ 10 Изъян
+ 10 Кучность
Урон существам света повышен на 15%
Увеличивает урон на 8% при достижении Разящий
Усиливается, комбинируется
У меня аж челюсть на пол упала и там же осталась. Во-первых, урон, даже минимальный такой, что я в одну каску могу с мертвяками потягаться, а если повезет и выпадет максимальный, то бойтесь синоптики. Ну и по столько очков к талантам, тем более какая-то Кучность вылезла, с которой раньше не сталкивался. Держу пари, мастер-лучник про нее знает.
Убрал недолук в мешок и экипировал себя Пламенем Тьмы. По телу пробежал разряд тока. Я чувствовал силу, темную, разрушающую, зовущую. Словно внутри оружия проснулся голос, даже два, похожих друг на друга, как братья, но все же разные. Они звали, отражаясь эхом от стен комнаты, но звук был настолько слабый, что ничего нельзя было разобрать.
– Ты в порядке?
Голос короля возвратил меня на грешную землю, точнее под землю.
– Да, да. Все в порядке. Ваше Величество, я тогда пойду? Надо же поскорее разведать Средоточие и все остальное.
Мне попросту не терпелось опробовать лук в деле. Руки чесались. Тем более, зачем бестолку языками молоть, если все важное уже обсудили, вернее, все важное Дриин мне уже отдал.
Король благосклонно кивнул, давая понять, что аудиенция закончена, и снова вернулся в объятья жены. Все-таки, при всем уважении, не настраивают женщины на военный поход. Думаю, сейчас по всем двум тысячам, что Крепкорукий привел с собой, разброд и шатание. Помышляют, как бы место потише да помягче найти, а не топоры заточить и доспехи выправить.
– Ну что там? – Спросил Борг, только я вышел.
Глостер вместо вопросов потянул свои шаловливые ручонки к луку, за что и получил по жадным культяпкам.
– Выдвигаемся, – только и сказал я.
– Как скоро? – озадаченно сдвинул брови Борг.
– Чем быстрее, тем лучше.
– Тогда я добегу до трактира. Надо едой запастись.
– Ага, и выпивкой. – Хмыкнул я. За короткое время довелось узнать многие вредные привычки своих спутников (кроме Хло, тот как мать Тереза), но с яростью полоумного инквизитора бороться с ним и не думал. Взрослых мужиков не переделаешь, тем паче гномов, так, можно некие коррективы внести вроде: Боргу не пить с трех до семи, а Глостеру не воровать хотя бы утром, но не более. – Через час встречаемся у главных ворот. Всем все ясно?
Крушиголов кивнул, а мастер-лучник бросился в ближайший переулок, явно не намереваясь зря тратить время. Ох, лишь бы дел за это время не натворил, с него станется.
– А тебе, Хло, никуда не надо?
– Я готов, – почесал рваное ухо фейра и запахнулся своей волшебной мантией.
– Ну тогда пошли.
Уходить из обжитого и людного Шальта оказалось тоскливее, чем я себе представлял. Хотя это, наверное, всегда так. Тяжело двигаться вперед, не зная, что тебя ждет там, за очередным поворотом. Мне бы заглянуть в головы Миклухо-Маклаев и Марков Полов, чем они мотивировали себя?
Чтобы хоть как-то развеять грусть-печаль, решил узнать о треклятой Кучности у мастера-лучника. Не зря же он такое зычное звание носит.
– Глостер, иди сюда.
Гном воровато заозирался, будто выбирая тоннель, в который можно юркнуть. Ну-ну, давай, удачи в крылья и ветер в задницу. Даже если мертвякам не попадешься, тебя и в Шальте, и в Бампасе знают исключительно как моего сопровождающего. Припрешься без отряда, сразу вопросы нехорошие возникнут. Видимо, мастер-лучник придерживался такого же мнения, потому что безропотно подошел ко мне и с видом побитой собаки заглянул в глаза.
– Глостер, разговор есть…
– Все вранье! Этот Тархабор сам злыдень каких поискать, да еще шулер. Я это сразу заприметил, у него из рукава постоянно два Отца бубновых торчало. Ежели играть не умеешь, зачем садишься, спрашивается? Я его обыграл по-честному, и деньги, стало быть, тоже теперь мои. А если эта гномья отрыжка говорить чего будет, так не слушай. Веры ему нет.
– Я вообще о другом… Так ты у нас ко всему прочему еще и игрок?
– Скажешь тоже, так, на интерес гоняем «Пьяных Богов».
– Это игра такая, – обернулся шедший впереди Борг. – Карточная.
– Да, игра, – закивал Глостер. – Безобидная совсем. Многого там не выиграешь, так, если только кровь разогнать да со старыми приятелями встретиться.
Эх, не придумали еще вилку таких размеров, чтобы убирать лапшу с ушей после рассказов мастера-лучника. Но выпытывать все детали аферы Глостера с Тархабором не было никакого желания. Гном и так в последнее время порядком меня утомил.
– Скажи, сталкивался ли ты с таким понятием как Кучность?
– Любой порядочный стрелок знает, что это такое, – усмехнулся Палец-в-рот-не-клади. Еще несколько секунд он смотрел на мое суровое лицо, а потом гаденькая улыбочка сползла с его лица. – Хотя бывают такие, что и не знают. Все запоминать – голова лопнет, на такое только Отец способен.
– Ты про Кучность мне расскажешь или нет?
– Да, почему бы и нет. Раньше я учил драманских охотников разным премудростям, причем много денег не брал. Но тебе, – увидел он мой гневный взгляд и поспешил сделать финт ушами, – я расскажу все так, задаром. Так вот, представь, к примеру, что ты попал Боргу в плечо, в левое.
– Крил, ты только не стреляй, у меня левое плечо больное, – снова повернулся Крушиголов. – Тогда уж в правое. А еще лучше, вообще не стреляй.
– Заткнись, дубина, – прошипел Глостер. – Я же говорю, чтобы Крил представил. Это значит, что ситуация гипотетическая.
– Ситуация может быть и гипотетическая, а попади мне в плечо – больно будет по-настоящему.
– Ааа! – сжал кулаки мастер-лучник. – Забудь. Тогда так, представь, Крил, что ты попал в левое плечо Хло.
Фейра многозначительно посмотрел на нас, но остался верен себе и промолчал.
– Ну и что дальше?
– Так вот, если твоя следующая стрела снова попадет ему в плечо, а еще лучше, заденет первую, то каждый последующий выстрел будет отнимать у Хло больше жизни по сравнению с обычным. Это и называется Кучность.
– Погоди, – облизнул пересохшие губы я. – То есть если мои стрелы будут проходить рядышком, то повысится урон.
– Будет повышаться урон, при условии, что и следующие стрелы пронзят противника, соблюдая Кучность.
– Это вообще многое меняет. Борг, что там у нас со свежим мясом?
– Если ты о топороносцах, то впереди двое. Только если тебе нужно мясо, то неупокоенные вряд ли подойдут.
– Борг, все нормально, успокойся. Одного убиваем, а второго надо четвертовать.
– Зачем? – удивился Крушиголов.
– Партия говорит «надо», ты говоришь «есть». Хочу проверить кое-что.
– Без вопросов.
Он с ходу налетел на бедолаг, коим «посчастливилось» встать у Крушиголова на пути, даже не подумав оттянуть сначала одного, а потом второго. Мощь Борга могла позволить такую самоуверенность. Понаблюдать вдоволь за боем не удалось, внутри мешка что-то завибрировало. Я с удивлением вытащил Обиталище, заинтересовавшись, как Кора чувствует приближение схватки? Подумал, но не стал ее активировать, пусть посидит до поры, до времени.
Вы убили мертвого топороносца.
– Со вторым аккуратнее!
Борг, не оборачиваясь, кивнул, увернулся от удара мертвяка и отсек тому правую ногу. Наверное, больно с непривычки. Неупокоенный зашатался, но равновесие сохранил. Правда, лишь для того, чтобы Крушиголов следующим ударом секиры освободил его от второй конечности.
Жуткое зрелище, когда безногий моб, абсолютно не обращая внимания, что стал намного ближе к земле, пытается ползти и атаковать Борга. Оп, топор вместе с рукой отлетел в сторону, оставив после себя шевелящееся нечто. Фу, гадость какая, и ведь даже крови нет.
– Готово, – отбросил Борг в сторону отрубленную десницу.
Я с содроганием посмотрел на шевелящийся обрубок и вытащил стрелу.
– Подальше отойди, а то не сработает, – подсказал Глостер.
Пришлось сделать шагов десять назад. Натянул тетиву и выстрелил. Теперь самое интересное. Почти перестал дышать, рука превратилась в один напряженный мускул, выдох-вдох-выдох. Вторая стрела пробила доспех и воткнулась в паре сантиметрах от первой.
Открыт талант Кучность.
Убрал лук и открыл книгу, за мертвяка не беспокоился, вряд ли он куда убежит. Новый талант, что совсем не странно, относился к Меткости и с бонусом от Пламени Тьмы сейчас составлял одиннадцать единиц.
Талант Кучность, уровень 11 (+10 от предметов).
Урон Следующего выстрела при условии близкого попадания от предыдущего увеличен.
Следующий выстрел при условии близкого попадания от предыдущего увеличен на 11%. Урон не суммируется.
Очень весомая штука, теперь бы еще прокачать ее не по-детски. Я снял Пламя Тьмы и начал шпиговать обрубок стрелами.
Получен талант Кучность, уровень 2.
Получен талант Кучность, уровень 3.
Получен талант Кучность, уровень 4.
Вы убили мертвого топороносца.
Вот она оборотная сторона кача с Пламенем Тьмы. Минуты не прошло, и мертвяка завалил. Это учитывая четырнадцатипроцентный повышенный урон за счет Кучности. С другой стороны, чем выше наносимые повреждения, тем быстрее прокачиваются таланты.
– Еще один, – сказал Борг.
– Делаешь с ним то же самое. Хло, а ты хилишь.
Приведение конечностей неупокоенного к моде XVIII века а-ля «Емельян Пугачев частично в Москве» заняло совсем немного времени. Думаю, Крушиголов сейчас с удивлением для себя обнаружил талант Отсечение. Хотя он тот еще верзила, может, уже и открывал ранее, а теперь попросту качает. В любом случае, довел Борг топороносца до нужной кондиции быстро, а я занялся делом.
Получен талант Кучность, уровень 5.
Получен талант Кучность, уровень 6.
– Хло, хиль, не видишь, загибается!
– Его? – скорее больше удивился, чем возмутился фейра.
– Ну не меня же, – пришлось остановиться и сбить серию Кучности. – Не видишь, с каждым уровнем таланта, я его быстрее убиваю.
Хло ничего не ответил, но над обрубком рассыпались холодные голубые искры. Наверное, это самая изощренная степень садизма, но куда деваться, когда тут такой сладкий талант. Тетива зазвенела с новой силой, подушечки на пальцах ныли, покрываясь мозолями, напряженный локоть норовил отвалиться и упасть вниз. Зато…
Получен талант Кучность, уровень 7.
Это у меня теперь семнадцать процентов повышенного урона при попадании в одну и ту же область. Ай да Кирилл, ай да сукин сын. Правда, лечилка Хло не прошла. Видимо, хилить можно было только живых. Ну не все коту масленица.
Получено достижение «Классовый дуралей».
Вы совершили тысячу выстрелов из лука, но даже не удосужились надеть крагу. Таких дураков не сеют, они сами родятся. Но раз ума нет, надо брать активностью: Достижение дает + 100 к Бодрости.
А вот сейчас обидно было. Ну да, извините, не увлекался реконструкцией, не знал, что для стрельбы из лука нужны краги, то бишь перчатки специальные. Постепенно своим умом дошел, что надо бы что-нибудь такое эдакое, дабы пальцы сберечь, но зачем чихвостить сразу? Эх, Дита, а еще подруга называется.
С досады я сильно натянул тетиву и отправил стрелу туда, где у мертвяка когда-то было сердце.
Получен талант Изъян, уровень 5.
Вы убили мертвого топороносца.
Я даже сплюнул с досады.
– Вперед двигаемся, чего стоим, даже километра еще не прошли.
На ходу достал карту и сверил наше местоположение. До границы Средоточия еще не добрались, так что тут будут попадаться только слабые мобы, на которых можно качнуться.
Через треть часа тоннель закончился, и мы оказались на каменном выступе посреди огромной пещеры. Было темно, но мне удалось различить внизу несколько выходов, ведущих в разные стороны. Ага, здесь что-то вроде развилки. Только непонятно, как двигаться дальше, со всех сторон выступ и пологий спуск окружала темная вода.
– Уходить надо, – прошептал перепуганный Борг, указывая вниз.
Но я и сам уже попривык к темноте и застыл на месте каменным истуканом. Это не вода, и она не плещется… Сотни зачумленных мертвых голов качались в подобии транса, пока одна из них не подняла свое ублюдочное лицо. Носа на нем не было, как, впрочем, и глаз, сохранилась лишь правая щека и нижняя челюсть. Однако охотник безошибочно ткнул в нас пальцем и что-то промычал. «Воды» с ревом разошлись в стороны, чтобы сомкнуться на выступе, где оказались мы…
***
Москва, 1-й Красногвардейский проезд, д. 18/3 корпус 3
Олег прислонился к холодному цевью автомата и чуть раздвинул шторки жалюзи. Вот он, серпентарий, гнездо, где вьются все змеи. Пройти всего ничего, подняться на тридцать второй этаж, снять автомат с предохранителя и, как муштровали в учебке, короткими очередями: «тридцать три, тридцать три, тридцать три». Всякий достойный человек должен быть отомщен, а Костя был самым достойнейшим. Судьба – злая сука со звериным оскалом: бросить в один семейный котел такого человека как Керрик, под этим ником Стрельцов знал его больше, и Гурьева, в чьей душе уже давно не осталось ни капли света.
Но ничего, человек жив, пока жива память о нем. Кто вспомнит об этом старикашке через год, через два-три? Натолкнется какой-нибудь школьник в интернете на Вики «Гурьев Михаил Геннадьевич – один из учредителей Verravia Corporation», посмотрит на сухое уставшее лицо с ввалившимися глазами и пролистнет. Никому эта паскуда не нужна, потому что никогда ничего хорошего никому и не делал. Есть люди-твари, которые, если исчезнут, то всем легче станет: дети-наркоманы, уже не вызывающие у родителей слезы, потому что те все проплакали; отцы-пьяницы, бьющие при каждом удобном и неудобном случае своих чад и заставляющих вздрагивать от звука собственного голоса; матери-садистки, которых когда-то давно недолюбили, и теперь они сосут чужие жизни, как вампиры кровь. А есть люди-тли. Пропадут они, и… ничего. Но разве что запах плохой будет, а потом и выветрится. Вот и Гурьев такой, он не зло, и уж всяко не добро. На его место встанет такой же, а может, и хуже, жестче, круче. Но Олег для себя решил, что пока он жив, эта мразь, Костика убившая, одним с ним воздухом дышать не будет.
– Товарищ майор, пятиминутная готовность. Микроавтобус уже выехал.
Стрельцов кивнул. Пять минут, пять минут, это много или мало? Удивительно, даже привычной дрожи в коленях нет. Это не очень хорошо. Стареет он, вот уже опасность чувствовать перестал. Хорошо для того, кто хочет стать героем, плохо для того, кто хочет вернуться живым.
Олег посмотрел на башни. Что ж всю нечисть так наверх тянет? Чем паршивее гад, тем выше он норовит забраться. Порой и к прокурору ходить не надо, чтобы определить, что за человек и чем он живет.
Стрельцов отвернулся от окна. Ребята, его ребята, внимательно, но спокойно, без лишних нервов, смотрели на него, ждали приказов. Каждый из них прошел такой ад, что прогулка по семи кругам Данте показалась бы вечерним моционом. Маловато их, конечно, всего восемь человек – за такой короткий срок больше собрать и нереально. Обычно операции планировались ни одну неделю, а не как сейчас с бухты-барахты. Но это ничего, один его спец стоит пяти охранников Гурьева.
Одноразовый телефон-раскладушка запиликал совсем неожиданно, Олег даже вздрогнул, но вызов принял.
– Лигурийский регулировщик регулировал в Лигурии, – раздался знакомый голос в трубке.
Стрельцов хмыкнул, его идея с кодами-скороговорками. Но чего это Тень звонит? Знает же, что занят.
– Говори, у тебя минута.
– Мы нашли объект.
Брови Олега помимо воли поползли наверх. Разве это срочно?
– Ну нашли и нашли. Это может подождать. Отправьте к нему бойцов клана и переправьте в столицу.
Во всю это возню с Кириллом он влез только из-за Костика. Пообещал тому присмотреть за кроликом, которого шакалы со всех сторон обступать стали. Это уже потом вроде проникся, что ли. Понимал, что кроме него пацану больше никто не поможет, а злопыхателей ему на две жизни вперед хватит.
– Нет, мы его в реале нашли. В смысле тело.
Олег чуть не поперхнулся. Нет, конечно, он сам инициировал поиск тушки или того, что осталось от Кирилла, но до сей поры даже не вспоминал об этом. Да и не задумывался, что будет делать, если найдет.
– Адрес по защищенному каналу скинь. Это далеко?
– Нет, в области. И… в общем, это надо видеть. Все очень странно.
– По-другому и быть не могло. Если пацан начал отыгрывать нуба первого левела в игре, то представляю, что сейчас у него здесь, в голове. Ладно, отбой.
Олег вместо нажатия на красную кнопку попросту сломал телефон надвое и вытащил симку. С тоской взглянул назад, в сторону окна. Казалось, вот только захоти, и рукой можно будет дотянуться до вывернутого в спираль небоскреба, а там, в предутренней тиши, мучающийся в бессоннице Гурьев. Почему-то Стрельцову хотелось думать, что этот гад, оставшийся на работе, не может заснуть. Олег даже хотел, чтобы он не спал, а ждал, когда майор зайдет в кабинет и пустит короткую очередь тому в голову. Выдох, плавное нажатие спускового крючка, «тридцать три», и все.
– Товарищ майор, микроавтобус на месте. Можно выходить.
Стрельцов лишний раз скривился, будто откусив ядреный лимон, с силой сжал зубы, сглотнул образовавшуюся слюну и ответил.
– Отбой, ребята. На сегодня отбой. Есть дело важнее.
Хороший синоптик – мертвый синоптик
Время на какую-то долю секунды остановилось. Наверное, это и есть то самое «жизнь пронеслась перед глазами». Правда, у меня никаких воспоминаний не было. Напротив, я крепко застрял в настоящем, что позволило мне за короткий промежуток оценить всю ситуацию в целом.
И надо сказать, что текущее положение можно было описать одним словом – задница. В воздухе уже зависли десятки сеток, которые в скором времени обрушатся на нас и не оставят ни малейшего шанса на спасение. На каменный спуск уже хлынула первая волна безобразных уродцев-охотников, подзуживаемых волнующейся толпой снизу. Сама пещера дрожала от топота ног и коротких неразборчивых гортанных выкриков. Спроси у меня, как я хочу умереть, то нынешняя картинка возникла бы в голове в самую последнюю очередь.
Да и моих жалко, даже Глостера, мерзавца такого. Стоит с побледневшим лицом, сжимает арбалет, выцеливая ближайшего из охотников. Борг широко расставил ноги, явно намереваясь унести на тот свет побольше мертвяков. И только фейра медленно доставал руку из мешка. Хоть за Хло не страшно, надеюсь, возродится в безопасном месте.
Но вместо этого бодигард крикнул, причем уж слишком эмоционально, что совсем ему не свойственно.
– Воозь-мии-теесь за руу-кии! – Слова Хло смешно растягивались, будто он нарочно так говорил. Вдобавок, странно, все по-прежнему движется медленно и будто в каком-то тумане.
Вот Глостер выпустил болт, и он не стремительно понесся к цели, а неторопливо поплыл по воздуху. Мастер-лучник отпустил арбалет, который тоже не спешил падать, и потянулся к фейре. Борг смешно развернулся и «рванул» с самой черепашьей скоростью к Хло, довольно бесцеремонно зацепив по пути меня. А фейра уже достал из мешка… Сферу молний.
Как же я забыл, сам же подарил ее бодигарду вместе с мантией. Только последнюю мой друг таскал постоянно, а шарик вообще не вытаскивал. Руки Глостера и Борга вцепились в когтистую лапу фейры, будто он суперзвезда, а они фанаты, и сфера налилась светом. Громыхнуло так, что у меня ко всему прочему заложило уши. Тысячи ломаных линий молнии, выпущенных из шарика, разлетелись в стороны, неся повторную и окончательную смерть неупокоенным. Дита заголосила на все лады, торопливо объясняя то, что я уже понял и так.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили…      
Время возвращало свои силы, с каждой новой секундой пробегая все проворнее. Вот и наша цепь уже разорвалась. Хло выпускает файерболы по летящим в нас сеткам, справа слышны щелчки арбалета Глостера, а Борг крушит что-то уже внизу, когда только успел? Я вытащил Обиталище и призвал Кору. Оглушительный рык мгновенно разгоняет кровь по венам, и тут же пет обрушивается на врагов, прыгнув с выступа в чуть поредевшую толпу.
Слабость, противная слабость растеклась по всему телу, но моих сил все же хватило, чтобы вытащить Пламя Тьмы.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Вы убили мертвого охотника.
Никогда еще мои стрелы не были настолько смертоносны. Даже жалко, потому что не качается ничего. Однако как же плохо.
Я сначала встал на одно колено, потом на второе. Прислонился к холодной стене и прикрыл глаза. Вот, лучше. Холодное и неприятное касание по всему телу. Снова и снова. Так это же меня отхиливают, а разве я ранен?
– Копье надо вытащить, – слышу голос Борга.
– Ну надо, так вытаскивай, у тебя силищи вон сколько, – узнаю голос Глостера.
– Сейчас выдерну, а ты Бережник прикладывай. Давай.
Правая сторона действительно взорвалась ослепительной болью, но тут же ее окатило ментоловой прохладой. Удалось приоткрыть глаза.
– Повезло тебе, – хмыкнул Палец-в-рот-не-клади. – Первое копье, которое бросили, ты поймал. Не рукой, правда.
Он потряс окровавленное древко и отшвырнул его в сторону. Сколько же я валялся, если звуков боя уже не слышно? Судя по помятым доспехам Борга и порезам на Коре, которая сидит сейчас и в прямом смысле зализывает раны, не мало. Хло еще раз исцелил меня, а я удивился, почему при этом создается такое нехорошее ощущение? Раньше такого не было. Может, в книге что есть?
Персонаж: Крил. Уровень 38.
Раса: Человек
Сила: 12
Защита: 1, Блокировка: 4 (+3 от предметов), Грузоподъемность: 150 (+25% базовый навык). Текущая: 23
Залп: 10. Шквал: 4, Бронебойность: 8
Бросок: 1, Травля:1
Интеллект: 12 (+1 от достижение Коммуникабельность), Мана: 120
Красноречие: 8, Остроумие: 4, Торговля:4, Убеждение: 5, Вранье: 3, Угроза: 1
Сопротивляемость: 1, Магический иммунитет: 1
Наблюдательность: 4, Ночное зрение:4, Травничество:1, Подслушивание:1
Обучение: 2
Выносливость: 59, Бодрость: 740 (+50 достижение «Неутомимый», +100 достижение «Классовый дуралей»), Здоровье: 1170 (+100 достижение «Вивисектор2», +500 достижение «Посланник Отца»)
Ловкость: 22
Гимнастика: 10, Бег: 15 (+7 от предметов), Акробатика: 14 (+5 от предметов)
Сноровка: 16, Уклонение: 19 (+9 от предметов), Кровотечение: 16 (+15 от предметов)
Тренировка: 20, Скорострельность: 17(+1 от предметов), Дрессировка 1(Тренировка + Обучение)
Меткость: 8, Изъян: 15 (+10 от предметов), Кучность 17 (+10 от предметов), Дальность: 21 (+15 от предметов). СНАЙПЕР 3 (Дальность + Бронебойность).
Скрытность: 2, Маскировка: 8 (+6 от предметов), Незаметность:7 (+6 от предметов)
Профессии: 1.Охотник. Уровень мастерства: Новичок. Квалификации: Зверобой, Звереуст
2. Юрист. Уровень мастерства: Новичок. Квалификации: Адвокат
Звания: Истинный Спаситель, Друг Леса, Антимаг, Альтруист, Законник гно, Сержант гно, Рунный чтец, Первооткрыватель
Достижения: Вивисектор2, Классовый дуралей, Неутомимый, Посланник Отца
Уровень брони: 150
Свободных очков навыков: 5, очков способностей: 9
Деньги: 4347 золотых 25 серебряных монет
Величие 100/100
Дебаффы: Дыхание смерти. Вы были близки к тому чтобы умереть, подобное бесследно не проходит. Следующие двенадцать часов вы будете тяготеть ко всему потустороннему, а все, что раньше доставляло вам удовольствие, перестанет радовать.
А теперь по-русски можно? Радовать, не радовать, что конкретно поменялось? Еще раз пробежался по информации. Так, Здоровье на месте, Бодрость тоже. Даже уровень в бессознанке как-то умудрился поднять. И что самое важное, очки Величия восстановились, а меня даже не предупредили. Ну что мне это Дыхание Смерти? Может, дар какой откроется экстрасенсорный? Назовусь потомственным ведуном Кириллом Мефодьевым и буду глазеть в стеклянный шар, видя одному мне понятные символы? Естественно, за очень большие деньги. Да ну, бред.
– Пойдем дальше, все нормально.
Трупы обыскивать не стал, все равно с них мелочь одна, а из-за этого только задерживаться. Хотя было еще что-то, новое, неизведанное, непонятное. Я знал, что охотники – это отбросы среди мертвяков, всем своим существованием они пытаются доказать, что не так бесполезны, стараются стать воинами, которыми никогда не были. Это проклятые пастухи с подземного пастбища, фермеры с волшебных садов омов, купцы и торговцы, сгинувшие в тоннелях. Мне почему-то стало совестно и противно обирать их. Откуда что взялось, непонятно.
– Этот тоннель ведет к Средоточию, – ткнул в один из зевов проема Борг. Он посмотрел на меня, ожидая кивка, но я ответил по-другому.
– Мы пойдем другим путем. Вот этим.
– А почему?
– Потому что нам туда.
Глостер с Боргом удивленно переглянулись, но спорить не стали. Все-таки мой авторитет был силен. Лишь Кора сердито зарычала в тоннель, непонятно на кого. Вот еще, не хватало чтобы пет указывал мне, что делать. Вытащил Обиталище и без сожаления загнал ее туда.
Против обыкновения, мы шли довольно долго, не встречая никакого сопротивления на своем пути. Ни личей, ни топороносцев, не говоря уже о верховных мобах. В моей душе царила гармония и спокойствие, никогда прежде не было так хорошо. Последняя бойня с охотниками наводили на философский лад.
Что есть смерть? Конец всему? Или начало новой жизни? Очень неоднозначный вопрос. Для трети гномов, отдавших свои души во власть Тайнори, это стало одновременно и концом, и началом. Прекращением прежней жизни и перерождением. Даже смерть обычного животного является лишь рядовым явлением для большинства существ: падальшиков, грифов, опарышей, в конце концов. Так почему я должен так париться насчет нее? Все что будет происходить после смерти, для меня уже не будет иметь ровно никакого значения. Бегать от старухи с косой и пытаться выгадать себе лишний денек попросту глупо. Будет как будет, как заведено.
Тоннель неожиданно закончился, и мы ступили в обширную залу, по архитектуре похожую на дворец Дриина: те же простые линии, максимум пространства при отсутствии мебели. Только здесь творенье рук человеческих, вернее, гномьих, перекликались с самой природой: вместо потолка виднелись свисающие сталактиты, посреди пола виднелись огромные скальные глыбы, а движения горных пород внесли свои изменения во фрески стен.
– Куда мы идем? – Почему-то вполголоса спросил Глостер.
– Туда, – указал я на проход в виде арки в конце зала.
– А что там?
– Дойдем, узнаем.
Хло пристально посмотрел на меня и зло щелкнул языком.
– Проглядел, – только и сказал фейра.
Он наколдовал на меня белую слизь, что сначала забралась под каждую складку одежды, а потом, слабо мерцая, попросту исчезла. И надо сказать, стало хуже. Недавние уверенность и понимание всего исчезли.
– Дебафф был, – объяснил фейра.
– Ребят, давайте выбираться отсюда, – прошептал я.
– Ты же сам сказал, что сюда надо! – возмутился Глостер.
– И уже начинаю об этом жалеть. Очень странное состояние было. Вроде помутнения, но все помню, что думал, что чувствовал. Вроде голова моя, а мысли чужие. Это точно из-за дебаффа. Место мне это не нравится, давайте назад повернем?
Но уже было поздно. Огромный острый сталактит за нашими спинами грохнулся на пол и завалил выход. Оставалось действовать только как в сказке про оловянного солдатика: «шагай вперед, всегда вперед, тебя за гробом слава ждет». До деревянного ящика доводить бы не хотелось, да и к мировой популярности, нетрезвым малолетним поклонницам, вроде, не стремился, но в голове уже щелкнуло тюркское «алга», а ноги сами собой зашагали вперед.
Меня не покидало ощущение, что я незадачливый Тесей, которого на праздничном блюде преподнесли на обед Минотавру. Точнее моего скорбного ума хватило лично прийти сюда, в прекрасно подготовленную ловушку. То, что это западня, теперь не возникало никаких сомнений. При каждом шаге сталактиты жалобно дрожали, мелкая крошка сыпалась за шиворот, а пол вздрагивал.
Да уж, я не полубог, сын Посейдона, и в руках у меня нет нити Ариадны. А минотавр он вон, стоит между центральных колонн. Выглядит не так страшно и внушительно, как мифах – ростом не выше моего Глостера, – хотя заметно коренастее и крепче, не скажешь что мертвец… Однако я неупокоенного узнаю по походке. Точнее по пустым глазницам и обвисшим кускам кожи. Даже принадлежность его определил – ом. Пышные свободные одежды, зачарованная тиара на голове, посох с круглым серым кристаллом, точно в нем вьюга накрошила мелкую снежную крошку. Во второй же руке сфера, какую я еще не видел: бугристая, вращающаяся в ладони.
– Это синоптик!
Борг уже метнулся угрожающей тенью, но было понятно – не успеет. Глостер поднял арбалет и почти уже нажимал на спусковой крючок, а я стремительно вытащил Обиталище. Прости, Кора, но этого засранца надо задержать. Видел я, что могут сделать ученики его коллег, и дело рук мастера смотреть не хотелось.
– Кора, фас!
Пет рыкнул, и от этого звука содрогнулись сами стены, в несколько прыжков догнал Борга и издевательски перепрыгнул через него. Но было кое-что еще быстрее Коры – болт Глостера просвистел рядом с ухом зверюги, впрочем, не причинив ей никакого вреда, и ткнулся в грудь синоптика. Слава Локу, каст сбился, но вот то, что произошло потом, мне очень не понравилось.
Бурый едкий дым тяжелым сигаретным выдохом вывалился из посоха и стал быстро покрывать тело синоптика. На мобе образовывалась скрипящая каменная корка.
Хрясь! Один из зубов подоспевшей мантикоры сломался о неожиданно выросший естественный доспех синоптика. Хло мигом оценил ситуацию и разрядил в неприятеля все виды молний, что были у него в арсенале. Маны слил порядком, а здоровья с моба слетело совсем крохи. Глостер чего-то бросил свой рюкзак и принялся возиться в нем. Хотя все равно от физических атак толку никакого. Вот магию бы мне…
Так необязательно быть визардом, чтобы иметь в загашнике убойные смертоносные штуки. Достаточно один раз стать Посланником Отца. Дотрагиваюсь до живота и чувствую прохладу круга Величия. Кулак или Копье? Все просто, если бы здесь роилась толпа охотников, причем в непосредственной друг от друга близости, то вдарил по ним Кулаком. А когда противник один, бить надо так, чтобы больше не встал.
Стоило лишь подумать над этим, как рука стала наливаться тяжестью. Хорошо, что догадался отвести ее в сторону, а то бы проткнул себе пузо, став первым и последним Посланником Отца и получив какое-нибудь глупое достижение. С удивлением осмотрел появившееся метательное оружие: гладкое ясеневое древко, вытянутый, почти в половину длины наконечник, кожаная обмотка для рукояти. Если бы не яркое недоброе излучение, явно начисляющее мне лишние рентгены, то обозвал его обычным пилумом, наподобие древнеримских. Ну ладно, потом любоваться будем.
Я хорошенько разбежался, вспоминая многочисленные летние Олимпиады, что смотрел, и со всей дури метнул копье во вражину. Эх, откуда что берется? Хотя чего это я, Меткость с Дальностью хоть немного, но вкачены? Вкачены. Вот те и пожалуйста.
Копье Отца пробило защиту синоптика на раз и сразу исчезло.
Внимание, усовершенствовано умение Копье Отца. Урон от следующего применения 3210 единиц.
Я вгляделся в моба. Ого, осталось процентов тридцать жизни. Надо добивать. Только чем?
Размышлять времени не было, потому что синоптик самым бессовестным образом поднял посох, и пол под моими ногами разверзся, как воды Красного Моря перед Моисеем. Тряхнуло знатно, я отлетел в сторону, ударившись головой, а твердь продолжала колебаться.
Внимание! Получено 214 единиц урона.
Фуф, а я-то думал, меня личи больнее били.
Внимание! Получено 187 единиц урона.
Внимание! Получено 243 единицы урона.
Внимание! Получено 212 единиц урона.
Мать-перемать! Так это ежесекундный урон. И ведь даже на ноги встать не получается, все колышется и плывет. Краем уха слышу щелчок арбалета Глостера, и все затихает. Палец-в-рот-не-клади переагрил моба на себя, но как? В ночной мгле проносится еще один болт мастера-лучника: не обычный, а зачарованный, оставляя после себя еле заметный перламутровый след. Ну конечно, Глостер голова! У синоптика защита от обычных физических атак, но не от магических. А зачарованное оружие автоматом приравнивается ко второму пункту. Эх, жаль, что у Борга самая простая секира. Зато у меня Стрелы замедления. Пусть у них эффекта почти никакого, лишь слабые 0,2 секунды, брал их с расчетом на кач Скорострельности, но ключевое слово здесь зачарованные. Да еще выпущенные из такого лука.
Тетива Пламени Тьмы застонала, а спустя еще минуту моб, объятый пламенем, заревел. Даже вторую стрелу доставать не стал, ни фига себе я силен. Но повторный фаербол, прилетевший со стороны Хло, расставил все по своим местам. Ну конечно, возомнил из себя непонятно кого.
Синоптик просто так сдаваться явно не собирался. Не обращая внимания на убывающее здоровье, он вытянул руку и начал кастовать сферу. Мы с Глостером поняли друг друга без слов, почти одновременно применив скиллы: мастер-лучник использовал Калеку, а я Оглушение. И что самое удивительное, урон прошел, а вот умения не сработали. Означало только одно – сейчас жахнет.
– Кора, ко мне! Борг, отходи. Хло, хиль меня!
Получен талант Дрессировка, уровень 2.
Фейра спешно бросил посекундные лечилки и успел один раз поднять здоровье на полтысячи единиц, когда сфера сработала. Пол залы от синоптика разошелся трещинами, ближайшие колонны дрогнули и раскололись, в воздух поднялась едкая мелкая пыль, а сталактиты в радиусе метров двадцати от моба осыпались вниз.
В ушах звенело так сильно, будто рядом разорвался крупный бронебойный снаряд. Мозг работал в аварийном режиме, пытаясь восстановить расплывающуюся картинку, и постепенно ему это удалось. Думать по-прежнему было тяжело и больно.
Не знаю сколько времени я пролежал, отброшенный внезапным землетрясением, но постепенно стал приходить в себя. Так, плохо, но все же думаю. Значит, живой. Уже неплохо. Окровавленный Хло ползет ко мне, значит, тоже живой. Рядом без признаков жизни распласталась Кора. Хотя нет, пет изредка открывает рот, явно пытаясь пожаловаться. Тоже хорошо. Глостера не видно, совсем. А над еще живым Боргом, находящимся к эпицентру ближе всего, склонился синоптик. Я, конечно, не десантник, но сейчас тот самый случай, когда никто, кроме нас. Точнее меня.
Оперся на стену и с трудом поднялся на ноги. Хло прекратил ползти и снял с меня какие-то дебаффы. В голове прояснилось, шок прошел, мир снова обрел звуки, зато теперь острее чувствовалась боль. Хотя ежесекундные лечилки еще работали. Полностью они не исцелят, но кровотечение остановят.
БАХ! Это разошедшиеся под Крушиголовом каменные плиты сошлись вместе вновь. Думается мне, долго таких выкрутасов Борг не выдержит. Вытащил ноющей рукой стрелу, вложил в нее что-то из скиллов, даже особо не разбираясь что именно, и выстрелил. Экзекуция над моим танком прекратилась, потому что моб понял – единственная угроза его жизни сейчас, это я. Лестно, конечно, но приятного мало.
Я спрятался за колонну, возле которой стоял. Каменная глыба защитит меня, а там, может, и у Хло мана восстановится. Оглушительный грохот и отколовшийся рядом со мной пилястр сразу опровергли все предположения. В самый последний момент удалось перекувырнуться, уходя от перспективы превратиться в шкуру убитого человека возле камина синоптика. Ох, больно-то как. И даже не скажешь где именно, везде!
Лечилки Хло кончились, но сработали они на славу. Я почти не хромал, а кроме шишек и синяков сильных повреждений не было. Ну это до поры до времени, потому что моб повернул посох в мою сторону, и земля опять ушла из под ног.
Внимание! Получено 221 единиц урона.
Внимание! Получено 284 единицы урона.
Внимание, вы убили Тлайтли Недротряску, синоптика Землетрясения.
Внимание! Достигнут тридцать девятый уровень.
Внимание! Достигнут сороковой уровень.
Что произошло? Я вытер кровь, сочащуюся из носа, и поднялся на ноги. Меня шатало, как последний сухой лист на холодном осеннем ветру. Грудь поверженного синоптика дымилась, каменная защита осыпалась хрустящей шелухой, а сфера откатилась в сторону. И кто же так помог? Борг? Нет, по-прежнему лежит среди камней. Хло трепыхается, но нацелен больше отхилить меня, а не нанести убойное заклинание мертвому землетрясу. На Кору посмотрел на автомате, про нее и разговоров нет. Ее, правда, как и меня, повысило, может даже, не на два уровня, но это пету особо не помогло.
Я обошел полуразрушенную колонну и обнаружил за ней расстроенного мастера-лучника. Белоснежная борода была замарана юшкой, левая скула вспухла, а взгляд казался потерянным.
– Глостер, с тобой все в порядке? – Я, прихрамывая, зашагал к нему. – Что случилось? Ты контуженный?
– Двадцать монет за потроха обжидрига, – бормотал он, округляя глаза в никуда. – Тридцать за эссенцию устойчивости, пятнадцать за сердце калисты, серебряшку за зачарованную ткань, затем пропитать ее, и три золотых за сохранное стекло на наконечник.
– Глостер, ты чего? – Подошел к нему почти вплотную.
– И восемь золотых за заготовки для болтов. Семьдесят шесть золотых и одна серебрушка, – ошарашено посмотрел он на меня. – Семьдесят шесть золотых и одна серебрушка за один выстрел.
– Тьфу ты, – в сердцах плюнул я. – Кто о чем, а вшивый о бане. Все нормально, возмещу. Лучше посмотри, что с Боргом.
Я развернулся и поковылял обратно. Хло уже встал на ноги и, судя по пассам рук, собирался подлечить меня.
– Кору отхиль, а потом себя. Я потерплю.
Живительная магия хлынула в сторону пета, отчего тот заворчал, но глаза приоткрыл и даже стал медленно вылизывать раненую лапу. Я наклонился к Коре и заглянул зверюге в глаза.
Кора
Уровень 19.
Здоровье 63/550 (+100 от достижения «Вивисектор2»)
Бодрость 141/240.
Урон: 63 (+6 от достижения «Копьеносец»).
Броня: 140(+120 «Грива льва», +10 «Хитиновый хвост»).
Умения: Удар жалом, Хватка зверя, Львиное рычание, Грива льва, Умывание (+14 единиц Здоровья каждую секунду, когда умывается ваш питомец).
Достижения: Копьеносец, Вивисектор.
Хитиновый, говорите? Действительно, хвост, который раньше был мягкий и эластичный, стал покрываться темной твердой оболочкой. Да и жало острее стало. Эх, нам бы песочницу пожиже, где мобы пониже, а то хватаемся за невыполнимое.
– Что с Боргом?! – Крикнул я через всю залу.
– Живой! – Отозвался Глостер. – Но нужно подлечить.
Повернулся к Хло, а тот уже уселся по-турецки и закатил глаза. Не помню в какой игре, но так маги в усиленном режиме восстанавливают ману. Минус в том, что их в такой момент можно голыми руками за жабры брать и брелоки из них мастерить на ключи.
– Скоро подлечим. Раны пока перевяжи!
Кряхтя, как дед, пришедший из собеса, достал книгу. Так, семь очков навыков, пусть два на Интеллект и пять на Ловкость. А вот на способности целых тринадцать единиц накопил. Хм, ну тут и думать нечего. Что сейчас?
Дрессировка, 2.
Текущий уровень питомца не может быть выше 25, количество умений не может быть выше 5.
Поднял Обучение с двойки до пяти, чтобы при каждом левелапе Коры книженцию не доставать. Дальше особо не парился, вложился по паре очков во все боевые способности ловкости: Меткость, Тренировку и Сноровку. Решил в кои-то веки расщедриться на Гимнастику, тоже +2. Ну и… до сих пор хуже от Ночного Зрения не было – Наблюдательность +2.
Тяжела и неказиста жизнь обычного статиста. Благо, свободных очков больше не было, теперь за малым, что называется, растите таланты большие и малые. Убрал книгу и поднялся на ноги. Чувствовал себя, как японский бегун на дальние дистанции по фамилии Херовато. Хло все еще устанавливал связь с космосом. Ну ладно, привет нашим на МКС, а я пойду обывательщиной всякой позанимаюсь, лут пособираю. Тем более уж слишком красноречиво Глостер косится на труп трупа.
Так вот ты какая, женщина-синоптик. Выглядела она неважно, надеюсь, при жизни была чуть посимпатичнее, потому что вот эта голая челюсть совсем не заводила. Ты, родная, извини, но теперь тебе вещички совсем ни к чему.
Сфера землетрясения
Классовое. Только для волшебников.
Урон случайный (зависит от силы использующего), в радиусе 30 м. Наибольшее значение в центре использования сферы.
Время каста 6,2 секунды.
Время перезарядки 30 минут.
Тут ничего нового, просто приятно, что начинаю собирать коллекцию. А что там еще в синоптических сусеках?
Ключ Тлайтли
Это добро без надобности, у меня покруче инструмент для открывания замков будет.
Магические кандалы (многоразовое)
Закованный в эти браслеты не сможет колдовать, пока заточивший не снимет их или не пройдет время действия артефакта.
Срок действия после активации 24 часа.
А вот это серьезная штука. Очень серьезная. Боюсь представить, сколько подобный артефакт стоит на аукционах. Только такая корова всяко нужна самому.
Сломанный сейсмограф
Для получения сведений необходима профессия Инженер.
Негусто. Даже золота нет. Жила Тлайтли уединенно, о мирских делах не беспокоилась, хоть чуть-чуть на черный день сберечь могла, чтобы людям настроение не портить. Получается, кроме кандалов ничего ценного нет. Сферу я отдам, а сейсмограф… Даже если Инженера получу, на кой он мне?
Рядом вспыхнуло яркое белое свечение, на секунду охватившее Борга, и Крушиголов тут же поднялся. Деловито достал из мешка флягу и почти насухо опорожнил ее. Я обернулся, Кора тоже шагала ко мне, зализав свои раны. Да и Хло выглядел более чем.
– Что дальше? – Скосил глаза Глостер на труп. – И этого бы… эту… сжечь.
– Как я понимаю, моб уникальный, так что вряд ли воскреснет, хотя перестраховаться не будет лишним. Хло…
Фейра все понял без ненужных разъяснений. Кинул небольшой файербол, но того хватило, чтобы пламя полностью объяло маленькую мертвую фигуру.
– Теперь по поводу того что дальше… Выход назад завален, так что придется двигаться вперед. Других вариантов нет.
– Надеюсь, там дальше нет таких мертвяков, – показал пальцем на сгорающий труп Борг. – А то второй такой встречи могу не пережить.
– Вряд ли, Тлайтли жила обособленно.
– А это значит, что где-то дальше у нее дом, где лежат все вещи, – блеснули глаза Глостера. – И, Крил, ты там говорил что-то по поводу возмещения за зачарованный разрывной болт.
Слово не воробей, пришлось раскошеливаться. Благо, деньги не такие большие, а вот если бы Палец-в-рот-не-клади зажмотил и не выстрелил, то Тлайтли пришлось бы жить в большой и веселой мертвой компании.
– Держи, я не буду спрашивать, есть ли у тебя еще такие болты. Но если будет необходимость, используй их. Все компенсирую. Ясно?
Мастер-лучник кивнул, но без особого удовольствия. Шок сделал свое нехорошее дело, и Глостер выболтал все реальные цены, а теперь явно жалел. Сдается мне, при другом раскладе болт обошелся бы мне в двести монет золотом, если не больше.
Но жадность маленького гнома иногда играла на руку. В своей жажде наживы Палец-в-рот-не-клади частенько высказывал дельные мысли. Так произошло и теперь.
Единственный свободный для нас выход, откуда пришла Тлайтли, вел по длинному прямому коридору с четырнадцатью комнатами, по семь на каждой стороне. Видимо, когда-то здесь жил богатый и влиятельный гном – одному синоптику столько помещений ни к чему, скорее всего, там обитали слуги или ближайшее окружение подземного князька. К огромной радости Глостера, я разрешил своим обследовать комнаты, но ничего ценного никто не обнаружил: лишь мебель, обветшавшее белье, несколько пустых фонарей. Кто-то знатно здесь пошарил, вряд ли синоптик, но факт в том, что лута не было.
Заканчивался коридор огромными вратами в личные покои. Три жилых комнаты, каждая площадью с хорошую трешку, и обеденная. Тут все то же самое – следы разграбления, а уже после запустения. Но самое важное другое – отсюда не было другого выхода.
Я нашел место, где ранее, еще при жизни, обитала Тлайтли – алхимический стол, набор изделий из разных камней, которым позавидовал бы заядлый петрофил, несколько мантий, самых обычных, не зачарованных, которые от прикосновения расползались по швам. Может, было еще что-то: раньше меня на несколько секунд в комнату вбежал Глостер и, судя по самому безразличному виду гнома, явно что-то спер. Ну да черт с тобой, сейчас это не главное. Выбраться бы.
– Можно вернуться назад и начать разбирать завал, – подошел ко мне Борг. – На это уйдет пара дней, но другого выхода нет.
Я нахмурился. Мой девиз звучал немножко по-другому: «даже если вас съели, то есть два выхода». Тем более, по ногам дул свежий, я бы даже сказал слишком свежий, ветерок.
– Найдите факел, живо!
Дернулись только Крушиголов с Хло. Глостер попросту лениво вышел из комнаты и сел в соседней, а Кора смотрела на меня умным, но извиняющимся взглядом – мол, извини, хозяин, но я всего лишь пет. А что, приносят же собаки газеты. Я даже слышал историю от папы про одного полковника ФСБ, у которого кот по команде «гости» тащил в прихожую тапки. И тебя выучим.
Первым вернулся Борг, а чуть попозже Хло, у каждого в руках по факелу. Глостер зашел в комнату с таким видом, что он честно и очень долго искал необходимый предмет, но дело это безнадежное и с таким же успехом можно было ожидать выпадения снега в пустыне. Фейра запалил пламенник, а я опустил его к самому полу и начал медленно ходить по периметру комнаты. В одном месте огонь слишком уж проворно заплясал, подставил руку – так и есть, снизу дует. Теперь настал черед обследования стены. Сначала пытался осмотреть с помощью факела, но неровный камень бликовал, пришлось ощупывать пальцами. После минут десяти подобных манипуляций сердце в груди сжалось.
– Держи, – отдал я факел Боргу, не отнимая одну руку от стены. Не хватало еще место потерять. – Сюда подсвети.
На шероховатой серой поверхности едва заметно виднелась скважина ключа. Я дрожащими руками вытащил артефакт Отца и поднес к отверстию. Ключ стал меньше, словно его сделали из воска и нагрели, но идеально подошел к выемке. От волнения задержал дыхание, вот он, момент истины, повернул. Замок поддался тяжело, со скрипом, но стена чуть дрогнула и отошла в сторону, а на меня пахнуло чистым и холодным воздухом.
Открыт талант Кладоискатель.
Я поглядел на ступени, вырубленные в камне и ведущие вниз, забрал у Борга обратно факел, посветил вниз. С таким же успехом мог этого не делать. Лестница уходила вниз по спирали, тут надо производить разведку.
– Борг, вперед, потом Глостер и Кора. Хло, ты замыкаешь.
Шли мы недолго, и чем дальше спускались, тем явственнее слышался плеск воды. Вот откуда эта свежесть, как из рекламы стирального порошка. Мне приходилось постоянно наклоняться, потому что лестницу делали исключительно для гномов. На секунду подумал, что когда расскажу все «Миротворцам» и сюда прибегут игроки-драманы, им придется ох как несладко. Хотя до этого еще дожить надо.
Тайный ход вывел нас к острому скалистому берегу. Нормально идти не было никакой возможности, приходилось постоянно перепрыгивать с камня на камень. Поэтому замечанию Диты я совсем не удивился.
Получен талант Акробатика, уровень 10.
Помнится, у меня еще бонус к ней в пять единиц от одежды. Уже неплохо. Мы добрались до мелкой гальки, которую обнимал холодный шелк воды, и остановились. Река была не очень бурная и глубокая, да и шириной всего метров в пятнадцать. При желании можно вброд перейти, только смысла не было, с той стороны такой же пустынный берег.
Я вытащил карту и стал разглядывать место, где мы оказались. Разведчики сюда не добрались, оно и понятно. Только таким на голову ужаленным и везучим посчастливится побывать в месте, куда Отец гномов не гонял. Но было одно весомое НО, у Средоточия виднелась синяя ломаная линия, не иначе река. Конечно, не факт, что именно эта, с другой стороны, тут же не ручеек какой, куда-то течение вывести должно. Я провел пальцем радиус от центра гномьего мира, ага, скоро должны пойти сильные мобы. Мы вроде на границе третьего транспортного кольца и шагаем к Кремлю.
Осмотрел свою команду, внимательно и терпеливо ждущую моего решения.
– Ну что, ребята, идем вниз по течению. К Средоточию!
Все реки ведут в…
Идти по реке, точнее вдоль нее, оказалось вполне удачной идеей. Мобов тут практически не водилось, лишь редко у берега в скалах виднелись проемы тоннелей, из которых вываливались верховные личи или командиры топороносцев. Как рассказал Глостер, еще до ссоры трех гномов и разъединения народа, здесь располагались мостки для ловли рыбы. Что ж, несколько разбитых каменных арок мы действительно встретили, но существовало другое подтверждение слов мастера-лучника. То и дело спокойную ровную гладь нарушал всплеск серебряного плавника, или у берега тяжелым хвостом бил усатый сом. Ну или не сом, а представитель местной пресноводной братии, не важно, главное похож как.
Мобов раскулачивали тоже без особых проблем. С пехотой все было просто – пока Борг танковал, я, Глостер и Хло, долбили дальними атаками. Кору придерживал возле себя, на всякий случай перестраховываясь. Помнится мне, что случилось в бою с Тлайтли: чуть лапы не отбросила. А так опыт капает, новые умения она все равно не сможет получить, пока следующую Дрессировку не освоит.
И мы подходили все ближе и ближе к конечной цели. Река несколько раз капризно вильнула, но продолжала вести к Средоточию. Пока за очередным поворотом на берегу не показалась толпа сутулых существ. Я уже схватился за Пламя Тьмы, когда вдруг понял, что это не мертвяки. Полулюди-полугномы сидели на корточках, перебегая с места на место и снова устраиваясь в скрюченных позах, тыкали в нас пальцами и что-то говорили между собой.
– Это что еще за покемоны? – Застыл я в нерешительности. Противника было больше в разы и неизвестно насколько он силен. Сражаться, если можно избежать драки, не хотелось.
– Сказцы, – скривился Глостер. – Дикий народец. Обитают возле рек, подальше от гномов и мертвяков.
– А они вообще кто?
– Да черт их разберет. По одной версии – одичалые гномы, что ушли из городов и стали жить сами по себе. Раньше с ними часто сталкивались, еще до разделения и войны. Если не трогать, то ничего, в противном случае могут накинуться. Правда, из оружия у них только камни, но по одному никогда не ходят. Идем, нечего на них пялиться, не любят.
Мы осторожно вошли в воду и стали огибать притихшую толпу, из которой послышались выкрики.
– Эбрат, эбрат, эбрат!
– Что говорят-то? – Снова спросил я.
– Это у них что-то вроде приветствия. Да говорю же, не пялься, пошли.
Но то ли я что-то сделал не то, то ли сказцы нам попались привередливые, но в нас полетел сначала один, а потом второй камень. Особо меткий и глупый дикарь попал в бок Коры, и пет, яростно рыкнув, встал в боевую стойку.
– Ауф!
– Ауф!
– Ауф!
– Ауф!
Сказцы прыгали по берегу, вскидывая руки вверх, яростно тормоша друг друга и показывая на пета. Я уже натянул стрелу, но Палец-в-рот-не-клади торопливо опустил мой лук.
– Нормально все, нормально. Пойдем.
– Чего они кричат тогда?
– Так это у них крайняя степень восхищения! Мантикора им понравилась. Давай скорее, а то не отстанут.
И правда, сказцы еще какое-то время преследовали нас, восхваляя пета на своем тарабарском. Но стоило ровному побережью закончиться, как дикари стали постепенно отставать. Заходить дальше ареала своего обитания они не решились. Интересно, получается, тут кроме гномов и мертвяков есть еще и своего рода швейцарцы, существа, сохраняющие нейтралитет. Хотя, думается мне, их не так много, в противном случае невысоклики явно постарались привлечь сказцев на свою сторону, а не относились с таким пренебрежением. Даже Борг, мой выпивающий и относительно толерантный танк, изменился в лице, стоило ему увидеть одичалых.
Получен талант Ночное Зрение, уровень 5.
– Забавно тут у вас, – не обратил я внимания на послание от Диты. – Я думал, что в подземелье всего три города со Средоточием посередине, а получается вместо этого целый мир.
– Конечно, – недобро посмотрел на меня Глостер, – наша раса одна из самых великих. И живем мы в месте, которое ему под стать.
Спорить с ним и говорить, что видал места получше и понажористее, я не стал. Смысл? Всякий кулик свое болото хвалит. Тем более, может, для Глостера и правда тут был рай, а вот мне подавай еду поразнообразнее, постель помягче и солнышка хотя бы питерского, ничего кроме бильярдного загара не дававшего.
– Агрить? – остановился, шагавший впереди Борг.
Я подошел к Крушиголову и всмотрелся в громадную тень впереди. Да уж, фокусировка была примерно такой же, как у близорукого в сумерках, но все же спасибо Ночному зрению, кое-что разглядеть удалось. Неупокоенный визард, только больше обычных рядовых личей раза в два, костяные руки как у мертвяка-бодибилдера, такое ощущение, что собран из нескольких тел. В руке длинный посох, которому бы позавидовал старина Гендальф, сам в длинной толстой кольчуге. Попытался рассмотреть название моба, но, видимо, далековато стоял, ничего не получилось.
– Давай-ка оттянем его поближе к реке, и тогда начнем. Глостер, шмальни по нему разок, не сильно. Когда подойдет, Борг перехватит агро, тогда и добиваем.
Все дружно кивнули. Хорошо сработались. Нам еще не хватало встать в круг, положить руку на тыльную сторону ладони соседа и крикнуть: «Кровавые рейнджеры, вперед».
Но «Верравия» никогда не скупилась на сюрпризы, а мне так постоянно отвешивала такие подарки, которые и врагам не презентуют. Вот и теперь великан-визард вместо того чтобы сорваться с места и броситься на обидчика, коим выступил Глостер, встал на колено и выставил вперед посох.
– Это он какого фига делает?
Мастер-лучник был растерян не меньше моего, Борг тоже смущенно мялся на месте, не понимая, атаковать ему или ждать дальнейших указаний. Лишь Хло что-то кастовал, причем серьезное, судя по времени вызова заклинания. А вот босс, про себя я стал называть его так, все что хотел уже сделал. Посох ярко вспыхнул и погас, зато теперь у него появилась свита – трое личей, выглядящих рядом с гигантом маленькими дошколятами.
– Борг, ментал!
Предупреждение оказалось напрасным, потому что Крушиголов уже врубился в толпу нападающих и… не остолбенел. Что за фокусы? Личи бросились на танка, пуляя темными сгустками и одновременно работая мечами. И то хорошо, значит, не надо выдумывать на ходу новую тактику, сейчас попросту разберемся с этими молокососами и доберемся до главаря!
Не тут-то было, не успел Крушиголов завалить двоих, причем я не услышал никакого сообщения от Диты о смерти неупокоенных, как появилось еще трое из ларца. Хм, от такой арифметической прогрессии ничего доброго ожидать не приходилось. Зато наконец у рук Хло вспыхнул ослепительный желтоватый сполох, пролетел и попал в грудь босса. Ого, не знаю что там такое применил фейра, но мобу это очень и очень не нравилось, хитпоинты срезало знатно. Вот только боевой пыл бодигарда угас значительно быстрее, чем удалось завалить босса.
– Мана! – Крикнул Хло.
– Отходи, – отправлял я по несколько стрел в растающую толпу личей.
Получен талант Шквал, уровень 5.
Да хоть шесть, делать-то что? В голову ничего не приходило. Мастер-лучник испуганно отступал за мою спину, отстреливаясь от надвигающегося воинства неупокоенных. Борга уже почти не было видно из-за сгрудившихся вокруг него мертвяков.
– Глостер, если у тебя есть что-нибудь в волшебном рюкзаке, то самое время это использовать, – пот катился градом, а куртка прилипла к мокрой груди. – Взрывающиеся болты или еще что-то.
– Не поможет, да и Борга заденет.
Я такому ответу удивился. С каких пор Палец-в-рот-не-клади печется о членах насильно навязанного ему отряда. Может, попросту понимает, что перебьют нас – шансов выбраться у него никаких?
– Надо убить Иерарха, – подсказал Хло, отпуливаясь слабенькими разрядами молний – все, на что сейчас хватало его магии.
Иерарха? Так вот что это за мерзость.
– Его не вытащишь, далеко. И не агрится.
– Можно попробовать, – вдруг в горячке боя скинул рюкзак Глостер и принялся в нем рыться.
Время, время, надо выиграть время.
– Кора, охранять Глостера, – быстрым движением убрал лук и вытащил ножи.
Пет сделал два шага ко мне, явно не собираясь оставлять хозяина в беде.
– Охранять, мать твою!
– Иау!
Возмущенный львиный рык обрел такую могучую силу, что я невольно вздрогнул. Вот и выросла зверюга, по ушам теперь не надаешь – можно хвостом по чайнику получить. Дита меня успокоила.
Получен талант Дрессировка, уровень 3.
Значит, пора. Я стартовал с места, как новенький гоночный болид. Но не бросился в гущу толпы, пытаясь спасти Борга, а пробежал стороной, чуть касаясь крайних личей, даже не стараясь нанести серьезный урон. Получилось, причем лучше, чем ожидал. За мной бросилось около восьми неупокоенных. Убрал ножи, толку от них теперь никакого, только мешаться будут, и, уходя по касательной, огромным прыжком сиганул в реку. Течение было не ахти какое, за все время пути не увидели ни одной стремнины, но все же равновесие удержал с трудом. Вода доходила до груди.
Глубоко вздохнул и нырнул, река со стороны спины вдруг стала теплой и вообще посветлело, не иначе личи выпустили фаерболы мне вслед. Извините, надо было играть в расширенную версию камень-ножницы-бумага: вода бьет огонь.
Открыт талант Плавание.
Сквозь толщу воды голос Диты был приглушенный, точно она стояла на берегу и пыталась до меня докричаться. Открыт и открыт. Он мне почти без надобности. Форсировать местный Днепр не собираюсь. Сделал несколько мощных гребков и уперся руками в каменистое дно.
Получен талант Плавание, уровень 2.
Оттолкнулся и выскочил наружу, как пробка из бутылки с шампанским, личи пытались преследовать меня, но сразу было видно, что с водой они не дружат. Затем пришлось нырнуть снова, чтобы не стать прекрасным представителем подземного барбекю. Выбрался в другом месте, быстро перекатившись за большой камень. Преследовавших визардов отсюда видно не было, зато вся моя группа как на ладони – на противоположном берегу.
Глостер перестал копаться и достал, как мне показалось, небольшой дротик с глянцевым золотистым основанием, наконечник у которого недобро сверкнул болотной зеленью. Мастер-лучник осторожно вложил «мега-болт» в арбалет, с трудом поднял его, припав на одно колено, и выстрелил. Причем, весьма удачно, гигант-визард почти призвал очередную троицу. Болт пробил ему грудину, а из раны пошел зеленый пар, судя по гримасе мертвяка, причиняющий не только несварение, но и отбирающий хитпоинты. Интересно, наконечник ядом намазан, что ли?
Самое время нанести решающий удар, пока этих почкующихся уродов не стало совсем много. Эх, Фродо, погнали в Мордор! Активировал Светоч. Вовремя, камень, за которым сидел, начал нехорошо нагреваться от попадающих в него шаров пламени, и бросился обратно в реку.
Гребок, еще гребок, еще…
Получен талант Плавание, уровень 3.
Неуклюже по-собачьи пробежал по берегу, маневрируя между замершими личами и на ходу вытаскивая ножи. Сейчас я тебе, гадина такая, лоботомию через задницу буду делать. Но начну с рук, вернее с кистей, отсе…
На секунду, может даже, на пару секунд замялся, растерянно встав перед здоровенной страхолюдиной. Руки моба вплоть до запястий, были укрыты кольчужной рубашкой, чтобы отсечь такую, нужен топор раза в три больше, чем у Борга, да и крепкий драман вместо меня. Ладно, не время для «если бы да кабы».
Думай, головешка, думай. Времени совсем почти не осталось. Руки не вариант, что же еще? Куча тараканов, сидевшая за пультом управления головного мозга, выдала лишь одно слово: «ноги». А что, это вариант. Обычные кожаные сапоги, очень-очень давно нечищеные, потрескавшиеся, но не железные, уже неплохо. Мне надо завалить этого мерзавца, чтобы упал, как подкошенное дерево. Куда бить? Ясен пень, в ахилл. Вспомнил я соседа родителей по лестничной площадке – начинающего, а после травмы сразу же и заканчивающего, бегуна Вадима. Подавал большие надежды, в одну из тренировок споткнулся и порвал ахилл. Конечно, зашили, врачи у нас тоже не веники вяжут, только о спортивной карьере пришлось забыть, да как меняется погода, Вадя сразу хромать начинал.
Так, совсем меня не туда унесло. Значит, бьем чуть выше задника сапога, с двух рук. Погнали! Удар получился сухой, как в дерево, но сталь не увязла. Продолжаем. Рубанул еще разок. С левой прикладываю действительно слабее, теперь по отметинам на сапоге стало видно. Ну что ж такое, будешь ты капитулировать или нет?
Открыт талант Рубка.
Голос Диты заглушил сочный, бьющий по оголенным нервам, треск. Будто резиновую плетку натянули со всей дури, а она порвалась. Моб заметно завалился на здоровую ногу, пытаясь перенести тяжесть. Ничего себе! Я думал, что власти Светоча никто не может противиться. Пришлось, преодолевая отвращение и пытаясь максимально заглушить свое чересчур богатое воображение, чуть отойти, как следует разбежаться и прыгнуть прямо в бок бедолаге.
Открыт талант Толчок.
Моб падал примерно так же, как заваливается небоскреб, который хотели разрушить, но взорвали лишь с одной стороны. Другими словами, эпично и страшно. Особенную динамику происходящему придал тот факт, что в момент встречи моба с поверхностью матушки-земли, кольцо окончательно перестало действовать. Бухнуло так, словно упал многотонный башенный кран.
Нападение на вожака не осталось незамеченным. Вообще мне сейчас не хватало только луча прожектора и бейджика с подписью «Обидчик вашего мертвого друга», хотя неупокоенные и без этого все поняли. Да еще как, они оставили в покое даже несчастного Крушиголова, веселой оравой кинувшись ко мне. Все мама, звони в морг, заказывай цветы. Лучше лилии, они уберут запах гари.
Единственный шанс к спасению – река. Бросил ножи на землю, даже не пытаясь убрать в ножны, сейчас каждая миллисекунда на счету, а любое неверное и лишнее движение приближает эпитафии «ушел в самом расцвете сил, так и не выбравшись наружу».
Внимание! Получено 78 единиц урона.
Внимание! Получено 83 единицы урона.
Внимание! Получено 76 единиц урона.
Внимание! Получено 93 единицы урона.
Внимание! Получено 87 единиц урона.
Не так мощно, как била Тлайтли, но так она была одна, а этих дурней тут пара десятков, и все норовят похвастаться друг перед другом своим мастерством метания файерболов.
Успел, нырнул! Вода позади зашипела и вспенилась, но я прильнул почти к самому дну. Тут не достанут. По крайней мере, пока не вынырну, чтобы воздуха глотнуть. Надо отплывать дальше. С другой стороны, кто знает что и, самое главное, кто там? Проплыл несколько метров вперед, а потом в сторону, выдохнул, выпуская пузыри. Вынырнул, жадно хватая ртом воздух, и принимая сразу два огненных шара в голову.
Внимание! Получено 103 единицы урона.
Внимание! Получено 56 единиц урона.
Второй файербол прилетел уже в затылок, когда нырял. А вот первый опалил бровь и висок. Что-то я не заметил на берегу набегающего сзади на личей Борга, падающих от меткого выстрела Глостера визардов, росчерков молний Хло, мелькающего хитинового хвоста мантикоры. Кинуть не могли, факт. Точнее, на такое был способен как минимум один член отряда, но остальные точно нет. Тогда что? От нехватки воздуха кружилась голова, а диафрагма в приступе начала резко сокращаться, явно намереваясь поискать кислород в водах реки. Надо выныривать. Эх, жалко меня, такой красивый, молодой и недооцененный парень пропал.
Вы убили Иерарха.
Внимание! Достигнут сорок первый уровень.
Вот Дита огорошила так огорошила. Я вынырнул из воды, готовый стать поджаркой, и удивленно стал осматривать реку. Никого. Подгреб к берегу и только теперь рассмотрел великолепную четверку над поверженным гигантом, вернее тройку – Хло уже бежал ко мне. Эк отнесло-то течением. Выбрался на берег и осторожно потрогал свалявшуюся «шапку» на голове. Бах! И огневик прямо под пальцами стал мягче, превращаясь в эластичную и мягкую кожу. Спасибо, родной.
Ох, холодно-то как. Купание в подгорной речке это вам не барахтанье в джакузи. И к закаливанию это вряд ли приведет, к воспалению легких – да. Интересно, подобный дебафф что даст? Благо, узнать об отрицательном эффекте мне не пришлось. Догадливый Хло применил какое-то странное заклинание – на меня подул сильный холодный ветер, довольно быстро высушивший одежду. Интересный такой фен, жалко, очень узконаправленный, и, судя по всему, съедающий довольно много магии.
– Спасибо, Хло, – хлопнул его по плечу и подошел к поверженному Иерарху. – Ну рассказывайте, что произошло?
– Фейру своего благодари, – кивнул Глостер. Ого, бодигард теперь не зверушка. – Хотели личей бить, так он сказал, что главное Иерарх. Убьем его, пропадут личи. Как видишь, сработало.
Я вопросительно повернулся к фейре. Бодигард напрягся, видимо, подбирая слова, но в итоге выдал вполне связное объяснение.
– Иерарх – мастер иллюзий. Сильный. Слышал о таких, но не видел раньше. Его создания почти реальны. Наносят реальный урон, но все же иллюзии.
– Поэтому у них не было ментальной атаки, – кивнул я. – Иллюзии сильные, однако до настоящих мертвяков им далеко. Хотя бы теперь знаем, чего ждать от Иерархов.
– Крил, – вмешался Глостер. – Битва битвой, а деньги любят счет.
– Ну давай, оглашай.
– Отравленный болт с ядом выползневой горгоны. Один у меня такой был.
– Сколько?
– Четыре сотни золотых, – даже не моргнул Палец-в-рот-не-клади.
– Как-то по урону и не скажешь, – засомневался я.
– Погоди, разве горгоны яд выделяют? – Засомневался Борг.
– Много ты знаешь, всю жизнь под землей живешь, горгон даже в глаза не видел, –моментально окрысился Глостер. – Короче, триста золотых, но только ради общего дела.
– Держи, – протянул я ему двести пятьдесят. Мастер-лучник что-то проворчал про «долбанную благотворительность», но деньги забрал.
Получен талант Торговля, уровень 5.
Кстати, перестал я получать халявные левелы за коммерческую деятельность Кобелюги. Неужели на это влияет расстояние? Вряд ли. Вероятнее, что с моей маленькой лавкой что-то произошло. Добрался и до виртуала мировой финансовый кризис.
– Еще два усиленных болта, каждый по пятьдесят монет.
– Что-то я не вижу в мертвеце никаких усиленных болтов.
– Навылет прошли, они же необычные.
– Как и твой вральный язык, – усмехнулся я. – Глостер, ты когда-нибудь доиграешься. Не удивлюсь, если когда-нибудь обнаружу тебя у очередного игорного дома, подвешенного за самое дорогое.
– Ага, за кошелек, – гоготнул Борг.
На этом разговор решил завершить. Подошел к мертвому гиганту, здоров бродяга. Что там у тебя, мой хороший?
Тиара Мертвого Мага
+ 500 к Мане
+ 300 к Бодрости
+ 200 к Жизни
+ 10 ко всем талантам, относящимся к способности Иллюзии
Ого! Я даже присвистнул. Такое богатство и мне одному. Вернее, не совсем мне.
– Хло, надевай!
– Нет, хозяин, – отрицательно замотал головой фейра. Ничего себе, что еще за бунт на корабле?
– Почему?
– Нехорошая вещь. С мертвого мага. Нехорошая.
Ну надо же, какие мы брезгливые. Ладно, найду еще применение.
– Бросай тогда в мой мешок.
Бодигард повиновался, но было заметно, что даже прикасаться к тиаре ему неприятно. Хорошо, продолжим.
Сердце Иерарха.
Для получения сведений необходима профессия Алхимик
Кольчуга Боевого Колдуна
+14% к вероятности поглощения магического урона
+ 6 к Порче
Уровень брони: 280
Вес: 70 кг
– Борг, закинь себе, – я секунду колебался, вспоминая, есть ли у меня среди знакомых драман-маг. К тому же одежка довольно средняя, – продашь потом.
Перстень Приближенного смерти
+ 10 к Командованию мертвецами
+ 5 к Вызову
– Борг, и вот эту дребедень тоже.
Что там по золоту? Всего двести тридцать четыре монеты. Ну хоть убийство моба отбил. Достал карту и почесал макушку.
– Судя по тому, что здесь мы встретили Иерарха, то вот здесь, – я очертил пальцем полукруг, – идут снова усиленные мобы. Вернее, усиленные из усиленных. А это значит…
– До Средоточия совсем рукой подать, – поддакнул Глостер.
– Ну что, теперь по тоннелю? – махнул я на проем в камне, откуда, по всей видимости, и притопал Иерарх. – Или дальше по реке?
– Дойдем по реке, – предложил Палец-в-рот-не-клади. – Если никуда не выведет, то вернемся. А лишний раз рисковать не хочется.
– Согласен, – кивнул Борг. – Тем более тут есть пространство для маневра. В тоннеле бы мы Иерарха не одолели. Не пробились просто к нему.
Хло лишь кивнул.
И я очередной раз порадовался, что с нами мастер-лучник: его умная голова часто выдавала неплохие мысли. Эх, если бы еще не раскаченная по максимуму скаредность и проворство в делах обмана ближнего, цены ему не было. Так или иначе, река разошлась вширь, нежно касаясь острых выступов, и совсем обмелела. Как такового берега не было, и нам пришлось идти по воде.
Постепенно становилось все светлее и светлее, точно мы выходили на поверхность. Хотя по логике, подобного произойти не могло. Мы все время шли по течению, стало быть, вниз. Но вскоре свечение стало таким сильным, что пришлось остановиться, пока не привыкли глаза. Я то ладно, всего неделю тут, а гномам, столько лет проведших в потемках, пришлось тяжелее. Борг хлопнул меня по спине, отчего чуть все позвонки не осыпались в штаны, и кивнул. Идем.
Вместе со светом нарастал звук падающей воды. Движения стали более осторожными и неторопливыми. Не хотелось бы увидеть Средоточие и умереть, чай не Париж. Ожидания оправдались минут через пять, когда мы достигли края высокого, метров в двенадцать, водопада. А внизу…
На гигантском острове высился в несколько десятков метров мерцающий множеством наростов кристалл. Непохожий на те, что служили источниками энергии у омов, он был необработан и в нем угадывалось природное происхождение. Ну или Отцовско-Материнское, для меня это одно и то же. К острову вели небольшие полузатопленные кочки, как на болотах, при этом они были не беспорядочно расположены, а образовывали прямые линии. Всего их насчитывалось три, как и тоннелей, которые сюда выходили. Таких, кстати, я прежде не замечал. Здесь танк запросто проедет.
Ну и конечно мертвяки. Причем рядовых личей и топороносцев вообще не было, а вот верховные визарды и командиры роились вокруг крупных боссов, которых я раньше не видел. Размером они были с недавно убитого моба, и оставалось только догадываться, какими способностями обладали. Кстати, об Иерархах, я насчитал девятерых, что было даже больше необходимого мне.
– Уходить надо, – защекотал ухо бородой Глостер. – Посмотрели, разведали, запомнили, и будет.
– Успеется, – я сам машинально ответил шепотом, да еще присел на корточки, чтобы не заметили. – Нам бы еще четверых Иерархов набить. Слушай, Глостер, у тебя есть веревка?
***
Московская область, Ногинский район, село Кудиново. Психиатрическая больница №10.
Врач жестом предложил войти в палату, пропуская Стрельцова вперед. Ничего тут у них, чистенько. Олег ожидал увидеть обшарпанные стены и буйство помешанных в коридорах. Тем более любят у нас пускать пыль в глаза. Вот и тут должно было быть так, раз снаружи приятное светло-бежевое здание в три этажа с хорошим ремонтом, то внутри швах. Ан нет. И впечатление общее ничего – умалишенные, конечно, встречались на пути, но пугающего образа не создавали. Хотя, до настоящих психов они так и не дошли.
– Ну вон он, – Олег недовольно окинул взглядом восемь коек и указал на невысокого парня у окна.
– Да, узнали? – Обрадовался врач. – Ну слава Богу, а то не представляли, что с ним делать. Свалился как снег на голову. Два дня уже прошло, а никто ни слухом ни духом. Собрались в полицию ориентировку отправлять, вдруг потерялся, а замешкались, волокита бумажная, сами понимаете. С шизофрениками такое часто бывает, уйдут из дома, а потом бах…. Хорошо еще если к нам попадают.
– Ориентировка на него у кого?
– У заведующего больницы, естественно.
Это хорошо, что до полиции информация не дошла. У Гурьева там все схвачено, сразу бы на пацана вышли. И замечательно, что в психушке оказался, тут искать вряд ли будут. Другой вопрос – почему обнаружился всего пару дней назад? За Профессором стоит Гурьев и КО, а Кирилл был у Франкенштейна. Судя по состоянию, сбежать не мог. Сам отпустил? Зачем? Ведь Геннадьич, как его называет Еж, точно ищет пацана. Даже окружение его игровое выцепить пытался. Одни вопросы.
– А по шизофрении что у него? Только коротко.
– Если коротко, то ваш друг относится к дезорганизованному типу. Не знаю уж, как вы проглядели. Позитивных симптомов нет, а вот негативных, как по учебнику: снижение аффекта, алогия, ангедония, потеря мотивации. Плюс когнитивные нарушения, в первую очередь, проблемы восприятия.
– Если по-простому, он вменяемый, поговорить с ним можно?
– Нет, абсолютно нет. Беседы не ведет, отвечает односложно и то не всегда. Есть пара любопытных деталей – он обслуживает себя полностью, то есть еда, туалет. Но каждый раз перед совершением действия комментирует себя. Любопытный экзмепл… пациент.
– А поговорить с ним можно?
– Попробуйте, – фыркнул врач. – Первый, иди сюда! Сказал, что его система выбрала ему случайно имя. Представляете?
Олег не слушал, он смотрел, как Кирилл, точнее его тело, неестественным широким шагом дошел до тумбочки, уперся в нее и сделал несколько попыток продолжить путь. «Залагал», – пронеслось в голове у Стрельцова. Но тут парень подпрыгнул, преодолел преграду и подошел к нему.
– Привет, – протянул руку Олег.
– Приветствую, странник.
– Все ясно. Первый, иди обратно к кровати.
Тело Кирилла послушно выполнило приказ. Да уж, с чем только Стрельцов в жизни не сталкивался, но такое видел впервые.
– Колите его?
– Мы прописали лечение, которое должно привести…
– Отмените, – врач не успел возмутиться, потому что Олег вытащил из кармана стопку купюр и, сложив вдвое, засунул в карман халата собеседника. – Все равно ведь не помогает, так?
– Не помогает, – согласился доктор. – Просто боюсь, как бы хуже не стало.
– Не станет. Мой человек приглядит за ним, так что не беспокойтесь. Вас крайним не сделают.
Олег неторопливо вышел из палаты, сделал пару шагов и остановился. В соседней больничной комнате лежал почти что двойник Кирилла. Причем сразу за стенкой, спиной к спине. Стрельцов усмехнулся своей же впечатлительности, ну да, похож, но только телосложением – невысокий, плотный. Но у Кирилла нос прямой, у этого с горбинкой, подбородок шире, скулы острее и волосы пшеничные. Нет, издалека и на нервах только обознаться можно, а приглядишься – разные.
– А с этим что? – Все же задал он вопрос врачу, показав на человека из соседней палаты.
– А, Антипов. Тяжелый случай. Как уж не бьемся над ним, но без особого успеха. Галлюцинации, шперрунги, кататонические расстройства. Связь с реальным миром почти утеряна. Хотя еще два года назад был вполне здоровым. Ну вы знаете, у мужчин шизофрения развивается гораздо раньше, с двадцати.
– Да уж, – машинально достал сигарету Олег, но вдруг вспомнил, где находится, помял ее в руках и убрал обратно в пачку. – Бедные родители.
– Так и нет у него никого. Был брат, но тот ходил из-за квартиры, а как Антипова невменяемым признали, исчез. Проза жизни.
– Как говорится, иная родня только до черного дня. Ладно, спасибо вам, – пожал руку врачу Олег. – Где у вас тут заведующий?
– На третьем. Подождите, – спохватился доктор. – Мне же этого Первого оформить надо нормально.
– Завтра документы привезут, – ответил Олег, шагая к лестнице. – Пока запишите как Трифонов Павел Аркадьевич.
Стрельцов вытащил на ходу телефон и посмотрел пропущенное сообщение от Тени. Молодец, быстро работает, сказал, что ждет подтверждения для изготовления документов.
– Нет, не завтра, сегодня вечером завезут и оформите! – И пройдя еще немного, чуть слышно добавил. – Теперь бы в вирте тебя найти.
Четыре золотых за пучок Иерархов и брошенная застава
– Золотой! – Стоял на своем Глостер.
– Да дурья ты башка, время только тратишь, какой тебе золотой за простую веревку? Задница твоя гномья не слипнется?
– Спасибо, что беспокоишься, не слипнется, – ответил Палец-в-рот-не-клади. – Мое последнее слово – золотой. И не серебрушкой меньше.
– Да не стоит веревка золотого!
– А ты где-то рядом видишь скобяной магазин с более низкими ценами? Золотой. Тем более, она зачарованная. Порвать ее только я могу.
– Монополист фигов. Держи.
Глостер довольно подхватил монету и стал ковыряться в рюкзаке. В какой-то момент я даже испугался, что мастер-лучник просто развел меня, и никакой веревки там в помине нет. Причем перетрусил не из-за обмана Глостера, что там один золотой, но веревка… без этого элемента мой план не сработает.
– Вот, – достал толстый шпагат Палец-в-рот-не-клади. – Сколько надо?
– Метров тридцать.
Глостер на глаз отмерил нужную длину и отрезал кинжалом. При этом клубок меньше не стал. Замечательная условность мира «Верравии», которая скоро сыграет мне на руку. Борг, не сдержавшись, прыснул.
– Ты чего?
– Этой веревке цена три серебряных в базарный день.
– Ценообразованием тут занимаюсь я, – сердито обрубил Глостер. – Держи свою веревку.
– Так мне она не нужна, это тебе, – ответил ему.
– И делать что?
– Нужно примотать ее к болту и по моей команде выстрелить в Иерарха. Только придется применить какое-нибудь умение, чтобы пробить доспех.
– Сделаем, – принялся Глостер мастерить арбалетный мини-гарпун.
– А килограмм двести твоя веревка выдержит?
– Выдержит, – кивнул сначала Палец-в-рот-не-клади, а потом и Борг. – Ну вот примерно так.
– Хорошо, – посмотрел я на его примотанный болт. – Борг, возьми другой конец в руки, но если натянется, будь готов отпустить. Мне еще не хватало, чтобы ты вниз улетел. Как скажу, упрешься ногами в камень. Теперь будем ждать.
Вот это как раз оказалось самым сложным. Маршрут Иерархов, в отличие от тех же боссов, не поддавался никакому логическому объяснению и не ограничивался определенным участком. Приближенные мертвого короля просто шастали куда им заблагорассудится, не выполняя никаких важных функций. Говоря простым языком, действительно изображали шлангующихся начальников. Видали мы таких. Но все же сколько веревочке ни виться, а конец будет. В данном и конкретном случае, для Иерарха.
Прошло, наверное, минут сорок, пока один из начальников не приблизился на необходимое расстояние.
– Достанешь? – Спросил я мастера-лучника. Тот посмотрел на веревку, строя в голове лишь ему известные геометрические образы, потом на цель и кивнул. – Борг, приготовься. Запомни, если потянет слишком сильно, бросай. Понятно? Давай, Глостер.
Громко щелкнул арбалет, лихо свистнул, пролетая, светящийся болт (надо потом спросить мастера-лучника, что за скилл) и зазмеился за ним тонкий шпагат. Я старался одновременно смотреть и на полет арбалетного боеприпаса, и на стремительно убывающую веревку под ногами, рискуя заработать косоглазие. Когда уже приготовился кричать Крушиголову, а у ног оставалось лишь три скрутки, снизу раздался глухой лязг.
– Тяни давай, квадратноголовый, – опередил меня Глостер.
И Борг, как ни странно, послушался. Широко расставив ноги, он уперся в два здоровенных камня, что торчали из воды, и стал перебирать веревку. Крушиголов кряхтел, напрягал мускулы, но имел определенный успех. А на том конце шпагата пара центнеров, может, даже больше. Это какая же силища в моем танке?
– Все, больше не могу, – признался через пару минут Борг. – Ладони скользят, и руки режет.
– Больше и не надо, удержать сможешь?
– Смогу. Но чем быстрее ты что-нибудь придумаешь, тем лучше.
Я посмотрел одним глазком вниз и сразу же отскочил в сторону. Вода вспенилась от нескольких взрывов огненных шаров, и от нее пошел густой пар. Иерарх прильнул к каменному выступу водопада, из его груди торчал болт, а вокруг суетились семь личей. Надо же, успел как-то вызвать. Хотя странное число, он же призывает их по трое.
– Быстрее, – сипя от напряжения и наматывая шпагат на руку, проговорил Борг.
– Так, слушаем меня, – затараторил скороговоркой. – Хло и Кора, пять шагов назад, чтобы под ногами не мешаться. Глостер, я буду отвлекать личей, чтобы тебя не атаковали, а ты стреляй в Иерарха.
– А чего я то?
– Стрельба из лука требует более долгого времени для прицеливания. То же самое с магией, поэтому Хло отдыхает. Тебе же нужно только высунуться, направить арбалет в сторону Иерарха и пальнуть. Потом сразу прячешься и перезаряжаешься. Понятно изложил?
Палец-в-рот-не-клади кивнул. Более того, даже не стал зудеть, что ему полагается прибавка к пенсии или компенсация за редкие болты. Неужели проникся общим делом?
– Ты умения применяй, – ушла вода из-под ног после очередного огненного шара. Выходит, я не такой быстрый Гонзалес, каким хотел бы быть. Благо, Хло без напоминания сразу бросил лечилку, да и попадание получилось не прямым, просто отбросило взрывной волной.
Да уж, не понимаю тех, кто отыгрывает танков в полном погружении. Надо думать, это такой извращенный вид мазохизма? Мне вот не очень нравится, когда меня бьют, особенно по лицу – кушать потом неудобно с распухшими губами.
– Отвлекаешь или нет? – Спросил Глостер, в очередной раз зарядив арбалет.
Очень хотелось послать его, но, между прочим, это был мой план. Надо нести ответственность за не очень удачные идеи. Высунулся еще раз, заодно поглядел, не наколдовал ли Иерарх еще личей. Нет, все те же семь штук, беспорядочно двигаются вокруг своего начальника и стреляют по мне из посохов. Как я понял, вызов низших визардов должен сопровождаться неким обрядом или кастом, может, взмахом рук в определенной последовательности или финальным стуком волшебным костылем а-ля «я Дедушка Мороз, я подарки вам принес». А это было невозможно по той причине, что Иерарха прижало вплотную к водопаду и даже немного приподняло – стоял тот на цыпочках.
И снова танцы с бубном, точнее с личами, очень желающими поднатореть на кулинарном поприще и начавшими осваивать его с блюда «жаркое из человечины». Несколько раз пришлось останавливаться не только ради лечения, но и восстановления Бодрости. Причем не только мне, но и Боргу. Зато в конечном итоге мы были вознаграждены за нашу упорность.
Вы убили Иерарха.
Жалко, меня не повысили, зато Кора, безмятежно стоявшая все это время в сторонке, подсветилась. Да не только она, но и Хло. Ну вот – кто не работает, тот ест.
– Борг, сможешь вытащить его наверх?
Крушиголов немало меня удивил, отрицательно покачав головой. Я уже как-то привык к его всемогуществу в плане физической силы. Хорошо, будем помогать.
– Глостер, Хло, хватайтесь. На три. Раз, два, три.
Наш рывок оказался успешным, даже слишком. Сначала послышался треск веревки, а уже потом мы грохнулись на задницы в холодную воду. Вот тебе и лут с Иерарха.
– Слышишь грохот? – Спросил я Глостера. Мастер-лучник удивленно посмотрел на меня, пришлось объяснять. – Это рушатся наши планы по обогащению. Ладно, приматывай еще одну веревку. Вот, вот твой золотой.
На сей раз ждать пришлось недолго, всего минут десять. То ли мне показалось, то ли Иерарха привлек его павший товарищ, однако он целенаправленно устремился к нему. Странно. Я понимаю, система постоянно совершенствует себя, развивается, но как он его увидел? Нет, не то слово, у них же глазницы пустые. Почувствовал? А что если они тоже как-то связаны между собой? Если так, то это очень плохо. У нас там позади труп остался, не набежал бы никто.
Разобрались со вторым Иерархом не сказать чтобы быстро, но уж точно более уверенно, чем с первым. У Глостера все ж опыта больше стало. Да и я теперь знал, куда и как отбегать. Еще заметил одну странность. Помнится, когда выполнял первое свое задание на регзы, то Дита комментировала каждый мой шаг: мол, собрал один гриб из трех, потом два. Теперь подобного не было. Предположений было много, но самое вероятное – система, то есть Мать, начинает осознавать себя и постепенно «переводит» виртуальный мир «Верравии» на рельсы реальности. И первый шаг – сокращение логов. Оставит только самые необходимые сообщения вроде выполнения заданий или повышения уровня, а все остальное пофиксит. Жуть…
– Еще один подходит, – сообщил Глостер, держа веревку в одной руке, а другую требовательно протягивая ко мне.
– Что-то не нравится мне активность этих товарищей, – ответил ему, отдавая золотой.
И я оказался прав. Потому что вслед за третьим пришел не просто четвертый, а сразу и пятый. Вот тогда и пришлось продемонстрировать все чудеса ловкости и проворства, потому что личей с каждым разом внизу становилось все больше и больше – второго злыдня мы не обездвижили, и он множил визардов быстрее, чем современный российский кинематограф «смешные» комедии. Хло уже накинул на меня щит, да и сам я старался как никогда – повысил Уклонение на три единицы, но дело принимало дурной оборот.
– Глостер, доставай из загашника свои чудо-болты, – отбежав от залитого заревом края, крикнул я.
– Это будет стоить…
– Любая цена… Но не дороже четырехсот золотых.
Ага, а то зарядит полторы тысячи, выстрелив боеприпасом за две сотни. Знаю, видали. Но Глостер удивил. Он вытащил кожаный футляр, бережно распаковал его и извлек сияющий ослепительной белизной болт. Наконечник у него был треугольный, из какого-то неизвестного мне металла, но довольно остро заточенный. Даже мне стало понятно, это что-то из высшей лиги, а не для любителей вроде меня.
– Отвлекай, – зарядил арбалет Глостер.
Пришлось еще разок пробежаться по краю водопада, собирая урожай из огненных шаров. А сзади уже раздался щелчок, который тут же откомментировала Дита.
Вы убили Иерарха.
Внимание! Достигнут сорок второй уровень.
Вы выполнили задание «Ох уж эти гномы».
Я вернулся обратно, к грустному-прегрустному мастеру-лучнику.
– Сколько я должен?
– Четыреста золотых, – ответил мастер-лучник.
Даже спорить и выторговывать пару десятков не стал. По-видимому, болт и вправду был очень и очень дорогой, возможно (точнее, скорее всего) не тянул на четыре сотни, но дело свое сделал.
– Возвращаемся, – сказал я.
– Через тоннели? – только и спросил Борг.
– Да, у самого дворца Тлайтли, как только мы спустились к реке, был один из них. Я смотрел по карте, как раз должен вывести к тому месту, где мы встретились с охотниками. Да и от Средоточия там далеко, мертвяки будут попроще попадаться.
Предложение споров не вызвало. Впрочем, единственный человек – простите, гном – кто мог встать в позу, молчал, с остальными же у меня выработалась полная демократия в современном ее состоянии: то есть, я говорил, они кивали.
По моему наказу шли осторожно, делая короткие привалы и осматриваясь по сторонам. А когда добрались до места убийства первого Иерарха (надо будет ему на могилку хоть цветы положить), то я чуть не заорал: «Я же говорил!». Но сдержался, и правильно. Может, конечно, мертвяки и не слышат ничего, но рисковать не хотелось, потому что над дважды убитым и неупокоенным другом столпилась пара Иерархов. В который раз для себя отметил какие они здоровые, сволочи.
– Мы тут не пройдем, – зашептал Глостер. – Если бы один был, еще куда ни шло. Но они вместе. И вытащить по одному не удастся.
Прав, я бы даже сказал, дьявольски прав. Максимум что мы тут навоюем – конфеты и печенье себе на могилки. Получается, зажали они нас. Конечно, можно подождать здесь, вряд ли Иерархи будут долго скорбеть над мертвым мобом, ну или что там они делают, существовало несколько НО. Одно из них – что если у парочки еще не все мозги высохли, и они двинутся в нашу сторону?
Пришлось открывать книгу и всматриваться в неясные линии на карте.
Получен талант Ночное Зрение, уровень 6.
Еще не идеально, но уже лучше. В отрезке от убийства первого Иерарха до водопада всего пять тоннелей. Три из которых, судя по карте, нам совершенно не подходят. Остаются два, они должны вывести на путь от Средоточия к Шальту. Один побольше, другой поменьше. Будь с нами тысяча гномов, мы бы потопали через главный коридор, а так придется дать кругаля, но другого выхода нет.
Иерархи за нами не увязались, уже неплохо. Однако расслабляться было все равно рано. Тоннель оказался метра четыре в диаметре и не прямоугольным, а закругленным. Вероятно, ребята здесь совсем не парились, ведь вел он к реке, где ничего не было. С другой стороны, за все время я так и не удосужился поинтересоваться, кто построил все эти тоннели и города – сами гномы или Отец?
Что было известно точно – папаша создал невысокликов. Но ведь точно они появились не в набедренных повязках. А может, сразу забабахал им все: мол, живите и размножайтесь? Будет время, надо у Глостера поинтересоваться, он мужик неглупый. Но только не сейчас, не до этого.
– Что это? – указал я пальцем вперед.
Глостер даже присматриваться не стал.
– Застава. У нас тоже такие были, только построены по-другому.
– Я что-то не заметил.
– Так они в тоннелях, которые к Средоточию ведут, а не к омам. Ну, что стоять, там уж много лет нет никого, пошли.
В кои-то веки он оказался неправ, потому что мы встретили сопротивление в виде одного Командира и четверых топороносцев, которых не без труда, но все же удалось раскидать. Борг, после моего осмотра трупов, забил мешок артефактным железом, а я обогатился на триста пятьдесят четыре золотых. Теперь удалось рассмотреть подобие заставы, точнее того, что от нее осталось.
Гномы построили на небольшом клочке тоннеля нечто вроде блокпоста: двое ворот, с той и этой стороны, которые были сломаны, углубление в горной породе, где, по всей видимости, отдыхала стража, и четыре крошечные башенки, дальняя из которых была почти полностью разрушена. Но что самое важное и одновременно странное – вышки явно были не смотровыми, да еще и открытые со всех сторон и без площадки для воинов. Но в середине наверху что-то было. Хм, кристалл? Только в отличие от омовского весь почерневший, точно выгорел.
– Так, Глостер, достань кристалл, который у омов украл.
– Ничего я не крал. Просто позаимствовал.
– Глостер никогда не крадет, а лишь возмещает убытки, причиненные ему недобрыми гномами, – хохотнул Борг.
– Ага, омы те еще злодеи, дня не пробыл у них в гостях, а уже мстить пришлось. Кристалл давай, говорю, можно самый маленький. Мне надо лишь догадку проверить. Хло, иди сюда, держи. Сейчас подниму тебя на руках, ты самый легкий, поменяешь вон тот кусок угля на наш кристалл. Ясно?
Башенка была высотой метра два с половиной, так что мне пришлось поднять Хло над собой на вытянутых руках. В реальности бы такое точно не прошло, я и спортом толком никаким не занимался, однако тут – пожалуйста. Думается, я бы от груди и килограмм сто выжал. Виртуальные мускулы хоть и не такие, как у Крушиголова, но все-таки имеются.
Хло бережно, как ювелир, попытался схватить отработанный материал, однако тот рассыпался в руках, наградив меня с ног до головы кучей пепла. Еще ведь от усердия рот открыл и язык высунул, так что получил по полной
– Хло, блин, – отплевываясь, возмутился я. – Нельзя ли поосторожнее?
Однако фейра даже не посмотрел на меня, потому что бережно, как горный хрусталь, вставил кристалл в паз. Несколько секунд ничего не происходило, но потом сияние омовской «батарейки» изменилось с пронзительно синего на тускло-зеленый.
– Сработало, что ли? – Спросил Глостера.
– А я почем знаю, я не маг. Вон фейру своего спроси.
Хло недоуменно пожал плечами, дескать, тоже не специализируется в данном вопросе.
– Давайте рассуждать. Кристалл поменял цвет, значит, что-то произошло. Нас башня не атакует, соответственно, либо заряд слишком мал, либо не воспринимает нас как врагов.
– И как это выяснить? – почесал черные усы Глостер.
– Мертвяка сюда притащить. Сдается мне, что омы здесь защищались именно от них.
– Может, сразу все башни включить? – Встрял Борг.
Глостер театрально закатил глаза, а Хло укоризненно посмотрел на Крушиголова. Лишь мантикора не обратила внимания на глупость гнома, улегшись прямо посреди прохода. Похоже, все-таки придется объяснять.
– Понимаешь, Борг, прежде чем с размаху вдарить по красной кнопке, следует хотя бы узнать, куда направлены ракеты. Ох, не с того начал. В общем, вдруг эти башни созданы таким образом, что атакуют дальние цели, и стоит нам отойти, как получим снаряд промеж рогов? Или все дело в силе группы, пока есть повышенная вероятность разрушения защитного сооружения, оно не атакует. Короче, нюансов много, единственное верное решение проверить все…
– Привести сюда мертвяка, – закончил Глостер.
– Точно. Пойду я. Хло, не спорь. У меня Бег лучше всех прокачан. Ты будь начеку, вдруг лечить придется. Борг с Глостером, тоже не расслабляйтесь. Если башня атакует меня, сбивайте кристалл, не церемоньтесь, главное, ее обесточить. Всем ясно?
Но предостережения оказались напрасными. Зеленоватый огонек размеренно освещал небольшую площадь вокруг заставы, не предпринимая никаких враждебных действий. Десять метров, пятнадцать, двадцать… Я уходил во тьму все дальше и дальше, уже не боясь, что в спину прилетит что-нибудь магическое.
А все-таки Ночное Зрение – классная штука, создавалось ощущение, что я иду в ночи по темному переулку между двумя фонарями. Блеклые тени, выступающие острыми краями камни, нависающие своды тоннеля. Видно слабо, но все же различимо. Только врагов все нет, уснули, что ли?
Стоило подумать об этом, как впереди шевельнулось нечто громадное. Застыл на месте и напряг зрение – нет, так ничего не различить, надо либо ближе подходить, либо… Если гора не идет к Магомету, то Магомет стреляет из лука и ломится прочь от горы. По-моему, замечательный план. Я вытащил стрелу, от которой шел легкий магический дымок фиолетового цвета, вложил в тетиву, пару секунд прицеливался, точнее высматривал движения моба, после чего выстрелил туда, где, по моим соображениям, должна была находиться грудь. Хотя, как говорил отец, у мужчин все, что выше колена, – грудь, уж не знаю, к мертвякам это относится или нет.
Неупокоенный здоровяк возмущаться неожиданной атакой и грозить обращением в Гаагский суд не стал. Просто как человек, неожиданно почувствовавший сильную диарею, сорвался с места и помчался, естественно, в мою сторону.
Бегать от здоровых дурачков приходилось еще со школьных лет, так что опыт был. Нет, не то что я последний трус, бывало, и дрался. Но только в тех случаях, когда был хоть призрачный намек на победу. А подставить после правой щеки левую и ждать вертушки – это не ко мне. Я не герой, никогда им не был, и становиться не собирался.
Тем более, когда такая туша несется позади. Спасибо сапогам и выработанному студенческому желанию передвигаться исключительно бегом, прокачал нужный талант. Впереди обретала все более ясные очертания застава и зеленый свет… стал ярче? Ай-яй-яй, сейчас ведь шмальнет!
Лучше быть глупым и живым, чем умным и мертвым. Я бы все отдал, чтобы резко потупеть, но от кристалла уже отделился сгусток и, явно набирая первую космическую скорость, помчался к нам. Говорят, перед смертью человек видит всю жизнь за доли секунды. Мне явились почему-то похороны. Мультяшное игровое надгробие, мой лук рядом и грустный Хло.
Вероятно, судьба или другое высшее существо, отмеряющее мне количество оставшихся дней, подумало так же, потому что зеленый сгусток не без труда обогнул меня и глухо бумкнул в доспехи Командира. Ну хоть разглядеть тебя удалось, бродяга.
Магическая атака притормозила пыл моба. Нет, он по-прежнему хотел порвать меня на британский флаг, думая, что так я стану симпатичнее, но двигался медленнее. Субстанция, выпущенная башней, замедляла его!
– Чего стоим? Не в музее, в атаку, – добежал до своих и спрятался за широкой спиной Борга.
Адреналин все еще гулял пьяным хулиганом по крови, отчего руки едва заметно дрожали, а колени подкашивались. Лук удалось вытащить не сразу, а уж прицелиться и подавно. Хорошо все-таки работать в команде. Глостер вдоволь угощал забредшего на огонек мертвяка стальными болтами, а Хло пробовал различные стихийные атаки – от любимой им молнии до вырывающихся снизу острых земляных пик. Мантикора с Боргом лупили вражину с двух сторон, расположившись так, чтобы субстанция с башни летела напрямую, не огибая ближников. Надо же, вроде, не семи пядей во лбу, а когда дело касается битвы, все резко умнеют. Я успел сделать несколько неплохих выстрелов, пара из которых нанесла критический урон, прежде чем моб завалился.
Уровней не дали, весь лут отдал Боргу для дальнейшей продажи, забрав лишь деньги.
– Ну что, включаем остальные? – Подошел к Глостеру.
Пришлось основательно поспорить, хорошо, до мордобоя дело не дошло. Мастер-лучник хотел всучить мне какую-то пыль из-под ногтей, вместо нормальных кристаллов, а я требовал самых больших. После эмоциональной и продолжительной беседы, с упоминанием множества родственников гнома, сошлись на средних. Вторая башня активировалась сразу же, дав намного больше зеленоватого света. Видимо, причиной тому стал более мощный заряд кристалла. Хорошо, учтем на будущее.
А вот третья, стоявшая возле разрушенной соседки, удивила. Да еще как! После включения в глаза ударил желтый сполох, исходящий от защитного сооружения. А ощущения были… не то что приятными, скорее даже воодушевляющими.
– Дает повышение характеристик, – подтвердил мою догадку Глостер. Он стал отходить широкими шагами в темноту тоннеля, пока не остановился и не крикнул. – На двадцать восемь шагов.
– Метров семнадцать, значит.
Посмотрел на искрящуюся в желтизне темную шкуру мантикоры, точно посыпанную золотой фольгой. Красиво. Но помимо визуальных эффектов была и довольно практическая польза, которую я собирался применить.
– Будьте здесь, от заставы никуда не уходите. Скоро приду.
И пришел, минут через семь, с длинным паровозом из трех командиров и семи топороносцев. Уж не знаю, справилась бы наша группа с ними так, без всякой поддержки, но активированная боевая застава вмиг помогла забыть о сослагательном наклонении. Мертвяков расшвыряли быстро и не очень изящно, тонким и умным тактикам предпочтя грубую, но действенную силу.
Дальше вальсировали подобным манером. Я вытаскивал скучающих неупокоенных, на заставу, где им показывали кузькину мать, оттаскивали за вихры, приподнимали за уши в попытке рассмотреть Москву. Все, конечно, в иносказательной манере, но очень убедительно. Плюсы были, я поднялся до очередного, уже сорок третьего по счету, уровня (подтянул на два пункта Бег), про мантикору молчу, но с каждым новым походом вырисовывались очевидные минусы. За мертвыми мальчиками для битья приходилось ходить все дальше, тратить больше времени, возвращаясь обратно, расходовать на пробежки большую часть Бодрости, рискуя, в конечном счете, слить ее полностью.
Вопрос решился сам собой после очередного забега. Новая застава была в худшем состоянии, чем предыдущая, но все же две башни из четырех здесь остались целы. Пришлось сниматься с места, приведя брошенный омий блокпост в то состояние, в котором мы его застали. Логика простая – группа мертвяков, в которой будет хотя бы два Командира, без труда расправится с башенкам, поэтому смысла оставлять здесь работающие кристаллы не было. В этом нас горячо и аргументировано убеждал Глостер, очень напоминая выступающего перед электоратом депутата. Мог и не стараться, я был того же мнения, нечего лишний раз добром раскидываться.
Когда последняя башня погасла, и мы снова очутились почти в кромешной темноте, которую разрезал лишь луч от фонаря мастера-лучника, на душе заскребли кошки. Чувствую, если окажусь наверху, нет, когда окажусь наверху, воздам всемогущему Локу день безделья под жарким солнышком, подпитываясь виртуальным витамином D. А то эти тоннели и мрачные своды уже поперек горла стоят.
До второй заставы добрались без особых приключений. Как я понял, мертвяки, которых сжигали, вообще не респились, а убитые и оставленные без должного внимания – оживали, но уже с более слабыми способностями. По крайней мере, так мне объяснил Палец-в-рот-не-клади. Мы же перестраховывались, благо, очищающего инквизиторского огня у Хло было достаточно. Глостер придирчиво осмотрел все оборонительные сооружения и поцокал языком.
– Чувствую, тут была бойня, – заметил он.
Меня посетила такая же догадка. Ворота и с той, и с другой стороны вынесли напрочь, одну из башенок сравняли с землей, от другой остался лишь остов, жилая часть в скале завалена камнями.
– Мы не из страховой компании, ущерб оценивать не будем, – отозвался я. – Надо активировать то, что осталось, и вообще посмотреть, будет ли все работать. Давай кристаллы.
Первая башня оказалась стандартной атакующей зеленого цвета, чуть накрененной, но вполне работающей. А вот со второй повезло. Привычная желтизна растеклась по лицу Хло, стоявшего на моих руках. Позади глухо рыкнула Кора. Да-да, мне тоже нравится, что все заработало. Причем было бы не так хорошо, если обе башни оказались атакующими, лучше общий бафф.
Хло слез с рук и заворожено уставился назад. Нашел куда смотреть. Вот тут камень у каланчи чуть крошится и в трещинах, интересно, воздействует ли кристалл каким-нибудь образом на крепость постройки? Хотя, столько лет стояла башня, уж один день продержится. Наверное. Надо бы у мастера-лучника узнать.
– Слушай, Глостер…
Палец-в-рот-не-клади мне не ответил. Он был несколько занят, рассматривая около десятка острых копий, направленных в него. Борг тоже не торопился ввязываться в драку, окруженный со всех сторон сказцами. Самый большой и волосатый из дикарей стоял перед моим петом на коленях и бубнил что-то невразумительное, зачарованно глядя на нервно покачивающийся хитиновый хвост.
– Кора, фу.
Сразу не напали, значит, есть возможность поговорить. А в последнее время я поднаторел языком чесать.
Дикий союзник
– Фу, я сказал!
Получен талант Дрессировка, уровень 4.
Поднятое жало еще раз качнулось над головой сказца и послушно опустилось. Интересно, этот недотепа представляет, что сейчас чуть не подружился с Тайнори, или нет? Судя по тому, как глава дикого народа поднялся и грозно пошел в мою сторону, более вероятен был второй вариант.
– Э?! Э?! – он пренебрежительно несколько раз ткнул пальцем меня в грудь. – Слыщьэ?!
Хорошо, что Хло уже взяли под руки, а то от этого простофили сейчас осталась бы горсть пепла размером со спичечный коробок. А жалко, жалко убивать сразу такой занятный экземпляр. Вождь местных выделялся ростом, доставая мне почти до плеч, и повышенной волосатостью. Теперь, когда сказцы находились в свете двух активированных башен, было видно, что все их тело покрыто густым курчавым волосом, но куда им было до главнюка. Этому надо работать рекламным лицом какой-нибудь компании, торгующей шампунями.
Вообще сказцы действительно были очень похожи на гномов – та же стать в плечах, невысокий рост, носы с горбинкой. Но набедренные повязки, а больше никакой одежды на них не было, и эти самопальные копья отбрасывали дикарей в развитии на пару тысячелетий назад.
А вождь продолжал лопотать на своем лягушачьем, несколько агрессивно размахивая руками.
– Он говорит, что если бы не священное животное, то мы были уже мертвы, – негромко произнес Крушиголов.
– Ты их понимаешь, что ли?
– Немного. Я часто с ними сталкивался. Если на их территорию не заходить, то они безобидны.
– А сейчас, похоже, мы на их территории. Ладно, скажи этому олуху, что мантикора мой питомец. И если он не хочет ее прогневать, то ему не следует нас трогать… Что он олух, не говори, думаю, и так догадывается.
Борг смешно залопотал по-сказски, зачастую останавливаясь, чтобы подобрать нужное слово, а я сделал безнадежную попытку разобрать хоть что-нибудь. Ей-богу, какое-то издевательство над языком. Причем у одной и той же фразы могло быть несколько смыслов, все дело в интонации. Но что-то у Крушиголова получалось, потому что вождь повернулся ко мне и, глядя в глаза, все еще нахально, однако с некоторой опаской пробормотал пару слов.
– Он просит доказать, что мантикора твой питомец.
– Только и всего? Кора, иди ко мне.
Пет, казалось, только и ждал этой команды, важно двинувшись вперед и расталкивая широкой грудью столпившихся сказцев. Несколько даже упали, но не стали возмущаться, а только выдохнули знакомое уже мне «ауф» и отползли в сторону. Собственно, я их понимаю. Это несколько дней назад Кора была котенком, а сейчас перед нами шла молодая львица. Да, было несколько отличий: пока еще скудная грива, хитиновый хвост, крылья… Стоп, крылья! Вот ведь олух, слона-то и не заметил.
При рождении, вернее при проявлении, два рудиментарных отростка почти не проглядывались. И прежде Кора их как-то умело… нет, не скрывала, просто не показывала. С другой стороны, толком демонстрировать развивающееся тело негде – только и таскаю ее по тесным тоннелям. Но все-таки крылья растут. А если вспомнить стать родной матери пета…
– Крил, – волнующимся голосом позвал меня Борг.
– Ах да, доказать. Так, Кора, сидеть!
Пет недоуменно наклонила голову на бок, но проследив несколько раз за опускающейся рукой и даже своевольно лизнув ее, плюхнулась на живот. Я потрепал ее по отрастающему загривку и не удержался.
Кора
Уровень 25.
Здоровье 670/670 (+100 от достижения «Вивисектор2»).
Бодрость 300/300.
Урон: 83 (+6 от достижения «Копьеносец»).
Броня: 250 (+180 «Грива льва», +70 «Хитиновый хвост»).
Умения: Удар жалом, Хватка зверя, Львиное рычание, Грива льва, Умывание, Полет.
Достижения: Копьеносец, Вивисектор.
Полет, говорите. Я осторожно провел по еще только формирующимся перепончатым крыльям. Нет, ясно дело, что меня она в воздух пока не поднимет, в принципе, и не надо. Вполне хорошо самостоятельно передвигаюсь. Но сам факт, что пет может во время боя взмыть в небо, покружиться над противником, сбить его с толку… А ведь у нее точно в загашнике есть еще неоткрытые скиллы, завязанные на полет. Эх, качать тебя не перекачать.
Перед глазами почему-то встала виверна Светы. Только у нее чисто маунт, хоть и специализирующийся на дальние перелеты, а у меня мультиклассовый пет. Даже первого встречного не надо останавливать, чтобы выяснить, у кого питомец круче.
– Кора, голос! – улыбнулся я.
Показалось, даже свет кристаллов на секунду дрогнул от оглушительного рыка пета. А сказцы так и вовсе повалились на колени, побросав свои копья. Так-то ребята, это вам не в тапки гадить. Вождь что-то торопливо лепетал на своем, несколько раз употребив слышимое мной у реки «эбрат», причем очень уж сильно растягивал слова.
– Он и его народ просят извинения за свое поведение. Крил, я выражение одно не понимаю. Что-то о вашей с ним родственной связи.
– Что за выражение?
– По-братски.
– Эх ты, а еще дипломатом вызвался. Скажи этому, чтобы поднимался на ноги, поговорим с ним. Ну что ты невеселый такой, не видишь, у меня брат нашелся. Кора, ну-ка давай для общего веселья, еще раз, голос!
А выяснилось много чего интересного. Вождя звали Айша. Именно, просто так, без фамилии и отчества. Все имена были своего рода уникальными, правда, только для сказцев – отличались они всего одной буквой, иногда и вовсе ударением. Поэтому только в передовом отряде встречались Айна, Айра, Айла, Айла. Но меня подобное не интересовало, главное вождя запомнил.
Отношения сказцев с гномами были неоднозначные: дикари знали об общих корнях, но не одобряли образ жизни поданных Дриина и Намберту. По их мнению, жить надо было как и раньше, добывая себе пищу охотой и рыболовством. Разведение баранов и работа в садах унижали честного гнома. Да, если кто не понял, сказцы называли себя истинными гномами, не иначе.
Но ксенофобия этих волосатых арийцев к своим некогда собратьям не самое интересное. Оказалось, что сказцы еще общались и с мертвяками, точнее наоборот, категорически не общались, и те отвечали им взаимностью. Дикий народ и неупокоенные старательно не переходили друг другу дорогу, огибая ареалы соседей. Мелкие стычки случались, но ни во что крупное не перерастали. Как это произошло, Айша объяснить не мог, никаких двусторонних пактов о ненападении они не подписывали, но факт оставался фактом. И вот отсюда вытекала самая главная проблема.
Общий гномий кризис не обошел сказцев стороной. Раньше дикие питались рыбой из подводной реки и ящерицами, которых находили «в узких тропах». Охотились там дети, потому что взрослые плохо помещались в лазах, ведущих наверх (не успел обрадоваться, что можно выскользнуть из подземелья, как снова обломали). Но постепенно и ящериц, и рыбы стало меньше. С каждым месяцем все больше соплеменников высказывалось за то, чтобы идти дальше, на восток, ко второй реке. Вот только как идти, если на пути мертвяки и переход на их земли автоматически развяжет войну?
Последние слова Айша подкрепил тяжелым вздохом и тягучим: «эээбрат».
– Борг, переведи ему. Скоро мертвяков не будет в тоннелях, и путь станет чистым. Он и его народ смогут перейти к новой реке.
Вождь недоверчиво покосился на меня и скороговоркой затараторил.
– Он говорит, что невозможно. Мертвяки сильны, мертвяки владеют Средоточием. Кто владеет Средоточием, тот владеет Подземельем.
– Слышал я это уже. Но скажи, что гно и омы объединились. Скоро они ударят по неупокоенным, и эту битву услышат все. Скоро гномы будут владеть тоннелями. И сказцам придется договариваться с ними.
Выяснилось, что омов дикие знали хорошо. Гно помнили смутно, потому что давно не видели, но тоже представление о них имели. Причем последних боялись по какой-то причине больше, чем магов. Может потому, что сказцы всегда уважали грубую силу. Моя речь заставила вождя призадуматься и даже вполголоса посовещаться с парой соплеменников. Решил, что надо ковать железо, пока горячо.
– Сейчас идет война не между народами, а между жизнью и смертью. Если победят мертвецы, то как только они покончат с гномами, то обратят свой взор на вас. Смерть невозможно накормить. Она не успокоится, пока не поглотит все.
Я тяжело выдохнул, давая несчастному Боргу возможность перевести. Да, поумнел Кирюха в последнее время, ох как поумнел. Даже больше, помудрел. Как говорил наш препод по «Истории искусства»: «мудрость – когда все чаще ловишь себя на мысли, что занимаешься какой-то фигней». А после попадания в «Верравию» это мое основное направление, как тут не эволюционировать.
– Эбрааатвасэакаксамкрасауа.
– Айша признает благоразумие твоих слов. Но его беспокоит, не будет ли правитель гномов против прохода его народа на запад Подземелья?
– Дриин Крепкорукий мой давний друг. Мое слово много значит для него. Если я поручусь за вас, то так тому и быть.
Глостер, все это время делавший вид, что дремлет, икнул и открыл глаза, а сам Борг удивленно уставился на меня.
– Переводи, не пали контору, – мягко проговорил я Крушиголову, улыбаясь, – а то никогда к семье не вернешься.
Внушение подействовало, гном забормотал внимательно слушающему Айше мою придумку, а вождь одобрительно закивал, что-то сказав своим, и снова повернулся к Боргу.
– Айша согласен на союз с гномами. У него есть семь сотен воинов, готовых биться. Скажи, что понадобится сделать.
Ваши отношения с Айшей улучшились, теперь вы Знакомые.
Ваши отношения с Айшей улучшились, теперь вы Приятели.
Ваши отношения с Айшей улучшились, теперь вы Друзья.
Внимание! Вы самостоятельно создали задание. Присвойте имя заданию.
– Дикий союзник, – сказал я вслух.
Получено самостийное задание «Дикий союзник».
Прошло много лет с того момента, когда сказцы и гномы были единым целым. И пусть в одну воду нельзя войти дважды, но настала пора забыть о взаимном недоверии.
Согласие сказцев на союз получено.
Внимание! В случае невыполнения задания отношения со сказцами будут ухудшены до максимального значения.
Внимание. Получено достижение «Креативщик».
Ядрена кочерыжка. Сколько всего сразу понавыпадало. И с Айшей быстро сблизился, так же шустро, как могу приобрести смертельных врагов в Подземелье. Фигово, поторопился немного с обещаниями, вдруг Дриин правда в позу встанет, а у меня под боком будет… сколько вождь говорил, семь сотен воинов? А еще женщины, дети, старики. Ну да ладно, надо надеяться на лучшее и быть готовым к худшему.
– Что нам делать? – Спросил Айша.
А вот это хороший, очень хороший вопрос. Я стал досконально, с упорством маньяка-параноика расспрашивать вождя о способностях его воинов. Уж всяко сказцы отличались от твердолобых гно и экзальтированных омов. Как оказалось, я был более чем прав. Дикие были неплохими разведчиками, малую силу ближнего боя компенсировали больше подвижностью и гибкостью, и, как правило, числом. И самое главное, почти у всех сказцев хорошо развита Акробатика, а как по-другому, если постоянно необходимо где-то пролезать или спрыгивать. Когда я предложил свой вариант присоединения к Дриину, Айша сначала долго советовался со своими, но в итоге сказал, что они с задачей справятся.
В заключение вождь показал путь на карте, где, по его словам, «мало-мало мертвяков», хотя и пришлось бы протопать пару лишних километров. Я подумал, что по времени это все равно будет более удачным решением, чем идти напрямую и вычищать пространство.
Прощались как разлученные при рождении братья в индийских фильмах, разве что только без плясок и пения. Пока Айша обнимал и тискал меня, был он хоть и уже в плечах, чем Крушиголов, но все же мощнее меня, я все думал, каким будет его лицо при следующей встрече, если я провалю задание, которое сам и придумал. Кстати, об этом.
Едва сказцы ушли на точку «Z», откуда и должны были в случае чего присоединиться, я сразу же открыл книгу.
Достижение «Креативщик».
Чудесно когда буйная фантазия находит себе практическое применение.
Повышение опыта за выполнение собственных квестов повышено на 10%, повышение характеристик предмета при его создании повышено на 5 пунктов, повышение времени действия зелья при создании нового вида увеличено на 15 секунд.
Весомо. Таким макаром можно вообще стать крутым крафтером. Как я понимаю, Креативщик – это не разовое звание, а достижение, которое можно качать и качать. То есть на уровне, к примеру, пятом, у меня такие бонусы будут к созданию предметов, что мама не горюй. А что, вариант, стать алхимиком и химичить в лаборатории. Даже за какую-нибудь ненужную, но впервые созданную фигню будут капать очки в копилку «Креативщика». Надо этот момент обмозговать в мирное время… Если, конечно, оно для меня наступит. Покой нам только снится.
Но это еще не все. На той же странице среди других званий и достижений, которых набралось не так уж и мало, мое внимание привлекло выделенное странным жирным золотистым шрифтом «Первооткрыватель». Все остальные надписи были черными, а эта…
Я осторожно ткнул в звание стилусом и чуть не взвыл от досады на собственную глупость. Недавно только думал как помудрел здесь за все время пребывания, а оказалось ровно наоборот. Правду говорят, что совсем бы умный человек, кабы не такой дурак. После нажатия на странице книги появилась всего лишь одна строчка, зато какая:
+ 1000 к Здоровью, Бодрости или Мане (необходимо выбрать).
Кирилл, Кирилл, как же можно быть таким невнимательным к деталям? Почему сразу не распределил? Вроде и хотел, да Борг прибежал и пьянство пьянствовать пошли на радостях. А на следующий день ни свет ни заря к Дриину выдернули прямо с кровати. Вот и промохал. Другого слова не подберешь. Тысяча Здоровья! Это и с Тлайтли бы так не дергались, и с первым Иерархом… Еще раз покачал головой, покорил мысленно сам себя и добавил очки к Здоровью.
По телу пробежала волна приятной истомы. Что там теперь?
Здоровье: 2240 (+100 достижение «Вивисектор2», +500 достижение «Посланник Отца», +1000 от звания «Первооткрыватель»).
Интересно, кстати, первый раз заплюсовали со звания, а не достижения. Если я правильно все понимаю, то «Первооткрыватель» – это все, потолок. Что называется, нельзя два раза открыть Америку. Но интереснее было другое, получается, «Посланника Отца» можно, а моем случае еще и нужно, раскачивать.
– И долго сидеть будем? – слова Глостера вывели из раздумий. Вообще голос мастера-лучника обладал потрясающей силой сводить на нет все сказанное. В мое время такой же мощью обладал единственный вопрос незаинтересованной во мне девушки, звучавший довольно коротко: «И че?».
– Так, – поднялся я, делая вид, что все это время думал о делах государевых. – Пойдем по пути, который показал Айша. Для этого надо углубиться по этому тоннелю, а потом повернуть и уйти ниже.
На удивление Глостер согласно кивнул. Борг с Хло флегматично стояли в сторонке, мол, как скажешь, так и будет. Вот это уже не очень хорошо. Послушание хорошо, когда не перерастает в апатию, в спокойствие, что все за тебя придумают. Нахождение в команде таких как мастер-лучник положительно влияет на принятие решения. Критическое мышление еще никому во вред не было. Что называется, одна голова хорошо, а две лучше. Если, конечно, ты не огр, тогда это просто уродство.
Ну хоть Палец-в-рот-не-клади одобрил намеченный маршрут. Сами бы мы никогда на него не вышли. Это как пить дать. Тоннель какое-то время вел в обратную от Шальта сторону, а потом, весело изгибаясь и уходя вниз, делал кульбит. К тому же выглядел путь совсем не очень, по словам Айши, временами приходилось идти цепочкой по одному, ибо коридор сужался.
Вождь оказался прав, за все время нам встретилось лишь трое Командиров, невесть каким образом сюда забравшихся. Они не кучковались, явно не страдая боязнью одиночества, поэтому расщепление их на игровые молекулы прошло без особых напрягов. Как обычно, весь лут я свалил Боргу, разве что кроме одной вещицы.
Кинжал Тени
Урон 89-186
Скрытность + 5
Маскировка +5
Рывок +4
Масштабируемый
Вес: 2 кг.
По нынешним меркам довольно средняя зубочистка, разве что урон неплохой. С другой стороны, не сказать что и хороший. Таланты так вообще для ниндзя самоучки. Единственное, что меня притянуло – слово масштабируемый. То есть кинжал станет круче. Запас карман не тянет, что эти 2 кг? На всякий случай я даже попросил Хло кинуть кинжал в мешок, вдруг рогу-самоучку встречу, тогда и пригодится.
Когда узкий проход закончился, и мы вышли «на главный путь», превосходящий в размерах метрополитеновский тоннель раза в полтора, я облегченно вздохнул. Действительно, по времени мы шли часа четыре, но коридор под основной «трассой» оказался почти пустым. Представляю, сколько мобов располагалось над нами.
– Слышите?! – Борг, шедший впереди, остановился.
Когда шаги прекратились и все настороженно замерли, ловя каждый звук, я понял, о чем говорит Крушиголов. Впереди, по направлению к Шальту, слышалась ругань и брацанье оружием. Неужели мертвяки перешли в контрнаступление?
– Борг, вперед, потом Кора. Мы следом. Далеко друг от друга не убегать и не растягиваться, все ясно?
Вопросов не возникло. Группа, закаленная в боях с неупокоенными, стала единым целым. Вечно недовольный Глостер не задавал лишних вопросов, относительно недавно присоединившийся Хло был готов и ударить молнией, и тут же подлечить, утробно рычащая мантикора не лезла на рожон, но была готова впиться острым жалом в тело неприятеля. Ну а Борг. Тот вообще выше всяких похвал. Что называется, дайте мне десяток таких гномов, и я захвачу Локтр.
Как ни странно, но при приближении к месту боя, звуков становилось все меньше. А когда мы вывернули на ровную площадку, то все было и вовсе кончено. Во главе гномов в блистательных доспехах и мифриловых наплечниках красовалась Эу. Новоиспеченный тысячник как раз занималась тем, что вытаскивала топор из расщепленного на две части черепа топороносца. Я, приветливо улыбаясь, подошел к ней, одновременно заметив, что ее бойцы беззастенчиво потрошат лут с мертвяков. Обидно, у меня были на него свои планы.
– Привет, я слышала, ты ушел на разведку со своими… – она придирчиво посмотрела на фейру, но все же добавила, – бойцами.
– Верно. И даже добился определенных успехов. Где король?
– Там, – неопределенно показала Прыг-Скок себе за спину.
– А вы что так рано выступили, думал, меня дождетесь?
– Останься мы еще на пару дней, то никогда бы не ушли из Шальта, – рассерженно фыркнула Эу. – Из двух тысяч сейчас в армии семнадцать сотен. Дезертиры.
– А что Дриин?
– Его Величество разберется с каждым отступником короны… Но после того, как возьмет Средоточие. Тогда мораль каждого гнома поднимется на небывалую высоту.
Ох, тебе бы политруком работать. Прям вижу, заместитель командира по работе с личным составом майор Эу Прыг-скок. Но новость интересная. Скажу больше, это как раз из разряда, чем хуже, тем лучше. Почему? Потому что теперь Величеству как никогда нужны люди. Значит, вероятность союза со сказцами повышается.
– Надо бы с Дриином поговорить. Как раз о Средоточии и диспозиции врага.
Эу согласно кивнула. Эх, хорошая умная девчонка, будь бы я гномом…
– Байли, за старшего. Организуй оборону, скоро вернемся.
– Оторви мне печенку, Ворш, Гарник, растяните десятки цепью, – загундосил сотник. – Арбалетчики, встать впереди. При нападении неприятеля выстрелить и отступать за спины…
– Ну пошли, – толкнула меня в спину Эу.
Гномов в главном тоннеле собралась тьма, не протолкнуться. Хотя тесно было только вначале, далее воины сидели или полулежали у стен, мгновенно вскакивая при виде Эу. Даже некоторые десятники расслабились, интересно, хватит у Прыг-скок сил навести здесь порядок?
Видимо, первую женщину тысячника одолевали похожие мысли. Потом что как только мы дошли до палатки короля, окруженного стражей, она сказала, что скоро присоединится, и убежала назад. Явно вправлять мозги расхлябанным сотникам.
А я все чесал репу. Если честно, до этого момента слабо представлял вообще военный поход, тем более в условиях Подземелья. Хотя кто говорил, что Величеству нельзя расположиться с минимальными удобствами. Ведь даже здоровенный главный тоннель к Средоточию для такой огромной армии тесноват. Вот и отдыхает Дриин, пока его воины прорубают топорами путь через мертвые головы.
– Крил! – Дриин обнял меня, как вернувшегося после долгих лет скитаний блудного сына. – Хорошо, что ты вернулся.
Я покорно терпел телячьи гномьи нежности, глядя на угрюмого Прыг-Скок-Старшего и Ее Хмурейшество – Намберту.
– Мы выступили на Средоточие, – объявил мне генералиссимус-очевидность. – И довольно неплохо. Потери небольшие. Всего…
– Двадцать семь гномов, – подсказал тысячник.
– Вы довольны этим результатом? – высвободился я из цепких хваталок.
– Конечно, очень и очень.
– Вы даже не дошли до первого кольца. Здесь мертвяки слабые, а уже потеряли двадцать семь человек. Понятно, что в главном тоннеле их больше и, скорее всего, вы нападаете в лоб, но все-таки это немало.
– У меня две тысячи отборных гномов! – Снисходительно улыбнулся Дриин.
– Тысяча семьсот, насколько я слышал, – выдал я ему бесплатный талон на ледяной душ Шарко. – А дальше будет только сложнее, вы же сами знаете. Вот…
Я плюхнул перед ними свою книгу с картой, ткнул указательным на Средоточие, а ногтем большого провел по жирной линии главного тоннеля, что вел от омов.
– Здесь начинается первое кольцо. Так как мы идем со стороны Шальта, то будут нам попадаться сплошь неупокоенные воины. Может, еще синоптики или их последователи, но их будет не так много. Суть в том, что они будут в разы сильнее, чем те мертвяки, с которыми вы сейчас сражаетесь.
– Но мы не можем отступить, тем более теперь! – разозлился Дриин.
– Об этом никто и не говорит. Но стоит пересмотреть саму тактику нападения.
– Что ты имеешь в виду?
– Неразумно сражаться с мертвяками на равных, не зная местности. Тем более со всеми сразу. Необходимо сначала укрепиться на хорошей площадке и уже туда выманивать по одному, по два неупокоенных.
Ваши отношения с Дриином ухудшились, теперь вы Никто друг для друга.
Ваши отношения с Намберту улучшились, теперь вы Приятели.
Интересно девки пляшут.
– Это значительно замедлит время нашего продвижения!
– Дорогой, мы ждали этого момента столько лет, пара дней ничего не изменят. Человек прав. Чем дальше, тем сильнее будут попадаться неупокоенные. Ты можешь примерно показать, где располагается второе кольцо?
– Да, – кивнул я, делая на карте зарубку ногтем. – Тут мы встретили синоптика Тлайтли и Иерарха. Учитывая, что шли окружным путем. Не знаю, есть ли третье кольцо, но мы видели само Средоточие и там все очень и очень неважнецки для гномов.
Пришлось подробно рассказывать про новых мобов, которых мы обнаружили, делая упор, что не знаем их способности. Поэтому с голыми шашками на танки скакать не следует. Дриин слушал молча, с каждой новой подробностью все больше мрачнел. Похоже, его план по блицкригу летел в тартарары, а Намберту напротив, кивала, словно я подтверждал ее давние опасения.
– Еще одно, мы встретили нечто вроде заставы, которую, по всей видимости, можно активировать, – про наш успех королеве гномов знать необязательно, а то сразу возникнет вопрос, откуда у нас кристаллы. – Я думаю, и в главном тоннеле должны быть подобные блокпосты?
– Да, есть, – ответила Намберту. – Только они в отвратительном состоянии. Мы как раз прошли одну такую заставу. Из восьми башен осталась всего одна.
– Лучше, чем ничего. При активации башен кристаллами, мы получим неплохо укрепленную площадку для боя, куда можно будет выманивать мертвяков. Продвигаться придется медленно, выставляя дозоры на все тоннели, которые будем проходить, но таким образом сохраним жизнь многим воинам.
При этом мой, с недавних пор извращенный в политических интригах разум, не вываливал всю информацию сразу, а выдавал ее дозировано таким образом, чтобы король сам подошел к нужному выводу. И не прошло и десяти минут, как Крепкорукий прервал меня.
– Если так, то у нас не хватает людей.
– Нет проблем, которых нельзя было бы разрешить.
Получено звание Интриган.
Перелистнул пару страничек назад, с карты на сведения о себе, не зря же книга открыта.
С каждым новым днем вы становитесь все более тонким манипулятором. Выудить любые сведения теперь не является для вас проблемой.
НПС более свободно делятся с вами секретной информацией, успех тайных переговоров зависит не от симпатии к вам, а от личной заинтересованности собеседника.
Как говорят у нас в колхозе, нотбэд. Но дело еще не закончено.
– Я встретил недавно один весьма добрый народ, который хочет очистить Подземелье от мертвяков. Они готовы выделить для этих нужд почти тысячу воинов.
Ох, как загорелись глаза Дриина, хоть прикуривай от них. Еще бы. Половина его воинства. Да, возможно немного округлил, но единица с тремя нулями гораздо благозвучнее, чем семь сотен.
– Народ у нас в Подземелье? Но тут только гномы, разве что еще…
Дриин посмотрел на меня, как на человека, принесшего на обед вместо молодого барашка блюдо со слизнями.
– Сказцы?! Эти дикари, забывшие кто они? Никогда, слышишь, никогда гном не встанет плечом к плечу со сказцем.
– Тогда вы не захватите Средоточие, – спокойно ответил я этому брюзге. Я сам не поклонник толерантности, но этому толстяку явно надо быть терпимее к окружающим, тем более в нынешнем положении.
– Как ты смеешь?!
– Смею что?! Я не ваш подданный, поэтому могу себе позволить говорить то, что думаю. Без сказцев вы и ваши люди лишь пополните ряды неупокоенных, а Средоточие навсегда останется за мертвецами.
– Вон! – Крикнул Дриин, брызжа слюной.
Ваши отношения с Дриином Крепкоруким ухудшились, теперь вы Недоброжелатели.
Я повиновался, аргументировано и спокойно разговаривать с выведенным из себя человеком – сизифов труд, а с гномом тем более. И все-таки не стал далеко уходить от входа в палатку.
Внутри бушевал ураган. Только веселые американцы вряд ли бы назвали его Сэнди или Фиона. По-другому и не скажешь, Дриин он и есть Дриин. Изредка его прерывал спокойный и рассудительный голос Намберту, и совсем нечасто в королевский ор вклинивался бас Прыг-скок, который что-то односложно отвечал. Уж не знаю, что эта троица там делала, но постепенно гнев Крепкорукого сходил на нет. Не прошло и четверти часа, как наружу высунулась лохматая голова Суниса.
– Крил, Его Величество зовет.
С видом чуть оскорбленного, но все понимающего дипломата, я последовал обратно. Надеюсь, Намберту полностью убедила своего горячечного мужа, а то у меня в мозгу даже план нападения родился.
Битва за Средоточие
Когда долго к чему-то идешь, а потом это достается легко и просто, то тебя не покидает некоторое чувство разочарования. Именно поэтому рекомендуют в качестве главной цели жизни ставить нечто практически невыполнимое. К чему я это? К тому, что я собирался блистать во всей красе аргументами за союз со сказцами, а подобного не понадобилось. Намберту так обработала Дриина, что тот согласился прежде, чем удалось вымолвить лишь слово.
Вот и думай, плохо это или хорошо? Не сказать, что Крепкорукий каблук, его слово железобетонно. Сказал, сделал. Или потом еще раз сказал и отменил вышеизложенное. А Намберту так и остается в тени, вроде моя хата с краю, это Его Величество, благослови его Отец, так мудр и умен. Пока Дриину везет, что Огнебокая к нему расположена, а что если…
Но почти сразу одернул себя. Что за если? Какое мне дело до гномьих адюльтеров? После взятия Средоточия пусть хоть на тридцать восемь народностей распадаются, отстаивая свою независимость, я уже буду далеко, то бишь высоко, и останется лишь помахать этим Величествам ручкой.
За созданное и мною же выполненное задание дали уровень. Представляю, точнее, не представляю, сколько же там было опыта. С Дриином мы снова стали Знакомыми, ох, надоели эти качели – хочу мороженного, не хочу мороженного. Это ладно, а вот за истребление терроризирующих окрестностей Иерархов выделили золотишко. Две тысячи монет, то есть по четыреста за каждого. Конечно, круто, особенно если учесть, как приходилось побираться поначалу, но аппетит приходит во время еды. Теперь, увидев деньги, уже не хотелось сказать «вау», они воспринимались как данность.
Потянулось томительное ожидание хитрой партизанской борьбы, которую я назвал «Тактика имени меня по убиению и упокоению неубиенных и неупокоенных». Самый шустрый одиночка из гномов, как правило, арбалетчик, вытягивал к заставе моба, где его уже ждали живые и злые собратья. Конечно, чем дальше в лес, тем толще партизаны и крупнее мертвяки, но надо ли говорить, что потери среди войска Дриина Крепкорукого уменьшились?
А мы скучали. Откровенно скучали. Хотел было упасть на хвост могучей братии невысокликов и поднять на халяву уровни, но тут меня ждал классический и глобальный облом. Получалось, что по умолчанию я вступил в рейд, где народу несколько тысяч. И опыт, соответственно, делился на всех поровну. В общем, гиблое дело.
Борг кое-что продал из лута местным гномам и успел смотаться в Шальт, сбыв все остальное. Получил я больше, чем за Иерархов от Дриина – две тысячи семьсот семь золота. Интересно, сколько тут стоит дом? Судя по довольным глазам Крушиголова, он уже на второй копить начал. Глостер ходил все время обиженный – его я в столицу омов не отпустил ради спокойной жизни последних и вообще целостности города. Хло с Корой постепенно привыкали друг к другу, общаясь лишь на им понятном бессловесном языке. Короче говоря, затянул меня тоннельный быт, как в лучших традициях книжек про метро и сталкеров.
К исходу третьего дня по воинству пронесся будоражащий ветер перемен. Никто не мог сказать в чем дело, все ссылались лишь на то, что там, впереди, что-то происходит. Воодушевление охватило не только рядовых гномов, но и сотников, вкупе со стариком Прыг-Скоком. Даже Намберту с Дриином выбрались из палатки поглядеть. Король ходил взад-вперед, хмуро сдвинув брови, потому что нормально рассказать «чего там» никто не мог. И лишь когда через полчаса перед ним появилась запыхавшаяся Эу, злость перешла в состояние плохо скрываемой тревоги.
– Ваше Величество, поставленное задание выполнено. Сотни Бартена, Кили, Байли, Мойры, Гартена и Пердгина заняли оборонительные позиции близ Средоточия и пока избегают стычек с противником. Часть войск оставлено для охраны тоннелей, часть перегруппировывается. Мы ждем подкрепления от тысячника Суниса и готовы вступить в бой.
По сияющему лицу Прыг-Скока-Старшего было видно, что он прилагает неимоверные усилия, чтобы не броситься к дочке и не расцеловать ее. Хотя я с ним согласен, Эу большая умница, лично у меня бы точно таланта и умения не хватило все организовать.
– Есть сюрпризы от неупокоенных?
– Нет, все именно так, как и говорил Крил. Только…
– Говори. Неужели и ты сомневаешься в нашей победе?
– Я не сомневаюсь в храбрости и силе моих людей, как не сомневаюсь в доблести солдат тысячника Суниса. И я верю, что мы возьмем Средоточие, чего бы это не стоило. Только боюсь, что цена будет слишком высока. Мы столкнулись с одним из тех существ, которое видел Крил. Воин с плетью и топором, в чьих глазах горит пламя самого Тайнори. Быстрый, ловкий, смертоносный.
– И вы не смогли его одолеть?
– Смогли, Ваше Величество. Ценой жизни семерых гномов, а еще четверых он успел серьезно ранить. И таких у Средоточия десятки. Вокруг них крутятся твари помельче, но думаю, тоже опасные.
– Плохо, – с силой провел рукой по лбу король, точно стараясь вытереть что-то грязное. – Я всегда привык рассчитывать на собственные силы, но теперь придется надеяться еще и на нашего… – он поиграл желваками, но все же выплюнул нужное слово,– союзника. Как ты свяжешься с ними? – это вопрос уже мне.
– Проще, чем вы думаете, Ваше Величество. Сказцы очень хорошие разведчики. Очень. Поэтому мы договорились о некоторых условных сигналах. Кора, голос!
– Иау! – громыхнуло рядом, и у меня заложило уши.
–Ауф! – отозвалось совсем рядом, шагах в двадцати.
Стражники Дриина встали вокруг короля, обнажив оружие, и заозирались в поисках того, кто издал странный возглас.
– Не беспокойтесь, Ваше Величество, если бы сказцы хотели вам зла, то вы бы это поняли. Просто знайте, что ваш союзник получил сигнал и готовится к совместной атаке.
– К совместной? Эти дикари будут мешать нашему построению.
– Не будут, – пришлось достать книгу с картой на последней странице, где в подробностях было изображено Средоточие. И на пальцах показать все Дриину. – Эу, войска Его Величества вышли из тоннеля здесь?
– Да, – кивнула Прыг-Скок. И провела линию шире. – Наши укрепляются здесь, но к самому Средоточию не подходят.
– Замечательно. А сказцы нападут отсюда, – мой палец переместился в сторону.
– Разве это возможно? – Спросил Дриин.
– Еще как, Ваше Величество. Вы сильно недооцениваете своих сородичей… Некогда сородичей, – добавил я, увидев кривую ухмылку Крепкорукого.
– Ну тем лучше. Сунис, сколько потребуется твоей тысяче, чтобы соединиться с остальным войском?
– Пять-шесть часов самого быстрого марша. Не меньше, Ваше Величество, – не сломался тысячник под гипнотическим взглядом короля, – В данном случае спешка не приведет ни к чему хорошему.
– Ладно, – махнул рукой Дриин. – Эй, давайте, сворачивайтесь. Где мой шлем?! Принесите мой шлем.
Я сделал несколько шагов назад, чтобы не потонуть в общей сутолоке. И в этот самый момент меня кто-то схватил за руку.
– Хло, ты меня так паралитиком сделаешь!
– Вот. – Протянул мне неразговорчивый фейра замороженный шар, внутри которого падали снежинки.
– Сфера Мороза, – чуть не схватил я артефакт руками. – Ты где взял?
– Там, – махнул бодигард в сторону Средоточия. – Гном не знал, что делать со сферой. Я обменял.
– Бросай в мешок. Это нам еще две штуки осталось?
– Одна. Вчера Лавину приносил.
Что правда, то правда. Почти как в пословице, умный в гору не пойдет, умный в горе сделает тоннель, добудет всю ценную руду и сдаст в аренду. Хло до всего этого было далеко, но он с моей легкой руки стал магическим ростовщиком. Конечно, торговыми талантами фейра не блистал, и на роль скупщика больше всего подошел бы мастер-лучник. Но у бодигарда в сравнении с Глостером было одно, но очень серьезное преимущество – Хло в денежных вопросах я доверял, а вот черноусому коротышке нет.
И эффект от моей предприимчивости был. Не ошеломляющий, но все же. К примеру, фейра притащил мне ворох магических колец и амулетов, которые воины-гномы, повертев в мозолистых пальцах, сдавали за пару десятков золотых. Я же был уверен, что наверху продам все тем же таокам, простите, игрокам, самый завалящий перстень за несколько сотен. Но то была лишь вершина айсберга. Когда мне пришло в голову немножко нажиться на мертвецком луте, то даже в голову не могло прийти, что можно будет купить что-то по-настоящему ценное. К примеру, Сферы. Шутки шутками, а за неполные три дня я собрал почти всю коллекцию, некоторые артефакты попадались по несколько штук. Все, кроме одного – Сферы Наводнения. И самая боль в том, что войска гномов дошли уже до Средоточия, и, судя по всему, нужную мне вещицу не встретили. С другой стороны, задания заданиями, но самое важное сейчас было выбраться наружу. А что для этого нужно? Взять Средоточие, ведь ход наверх где-то за ним. По крайней мере, так говорила Намберту.
Собрав всю свою банду, мы отправились вперед. Двигались не особо быстро. Во-первых, кое-где приходилось останавливаться и пропускать вперед очередную выстроенную сотню. Во-вторых, мы были вроде вольных наемников посреди профессионального войска, и относились к нам соответствующе. Просили подождать, не торопиться, не толкаться и т.д. В-третьих, я сам не спешил занять место в первом ряду. Будь моя воля, посмотрел бы на битву с амфитеатра, а еще лучше, по телевизору. Но не будет меня, не будет помощи от сказцев, так что приходилось стирать подошвы и дальше.
При очередном подъеме мимо промчалась Эу. С таким образом жизни она похудеет килограмм на десять, тогда на нее Барбадух даже не посмотрит. С другой стороны, правильно, у нее же там тысяча без командира. Хотя она уж наверняка оставила исполняющего обязанности. Того же Байли. Но издавна известно, хочешь что-нибудь сделать хорошо, сделай сам. А теперь права на ошибку не было даже у сотников, не говоря уже о тысячнице.
После нескольких часов ходьбы топот шагов начал стихать, а впереди послышался шум падающей воды. Причем, воинов меньше не стало, но завороженные близостью святыни гномы не только перестали разговаривать, но и старались создавать как можно меньше шума. Свет от Средоточия проворно заползал в тоннель, окутывая и заполняя каждую частичку тела. Даже я испытал нечто вроде воодушевления, а о воинах, многие годы проведших в потемках, и говорить не приходилось.
Но несколько сотников, стоявших у самого выхода из тоннеля, не позволяли вдоволь насладиться завораживающим зрелищем Сердца Подземелья. Они тычками и пинками приводили в чувство гномов, заставляя вспомнить, что те не на курорте и должны занять боевое построение. Конечно, это мало напоминало дисциплинированную римскую когорту, но все же каждая сотня стояла на небольшом расстоянии друга от друга, формой напоминая растянувшийся прямоугольник.
Чтобы не путаться под ногами, мы отошли чуть в сторону, ступая по воде. Те самые «кочки-дорожки», ведущие к центру, оказались скорее дизайнерским решением Отца, ну или того, кто создавал это место. Подтопленную часть можно было пройти вброд. Вода тут была чуть выше голени, или по колено, если прикидывать мерками Глостера. Уже хорошо, значит, атака пойдет широким крылом, а не потечет узким ручейком.
Пока все новые ошеломленные гномы выходили из тоннеля, я прислонился к холодной стене и достал книгу. Есть перерыв – занимайся самообразованием, или хотя бы распределением характеристик.
Персонаж: Крил. Уровень 44
Раса: Человек
Сила: 12
Защита: 1, Блокировка: 4 (+3 от предметов)
Наскок: 1, Рубка: 1
Рукопашный бой: 1, Толчок: 1
Залп: 10. Шквал: 4, Бронебойность: 8
Бросок: 1, Травля:1
Грузоподъемность: 150 (+25% базовый навык). Текущая: 37
Интеллект: 14 (+1 от достижение Коммуникабельность), Мана: 140
Красноречие: 8, Остроумие: 4, Торговля:5, Убеждение: 5, Вранье: 3, Угроза: 1
Сопротивляемость: 1, Магический иммунитет: 1
Наблюдательность: 6, Ночное зрение: 6, Травничество: 1, Подслушивание: 1, Кладоискатель: 1
Обучение: 5
Выносливость: 64, Бодрость: 790 (+50 достижение «Неутомимый», +100 достижение «Классовый дуралей»), Здоровье: 2240 (+100 достижение «Вивисектор2», +500 достижение «Посланник Отца», +1000 от звания «Первооткрыватель»)
Ловкость: 27
Гимнастика: 12, Бег: 17 (+7 от предметов), Акробатика: 15 (+5 от предметов), Плаванье 3.
Сноровка: 18, Уклонение: 22 (+9 от предметов), Кровотечение: 16 (+15 от предметов)
Тренировка: 22, Скорострельность: 17 (+1 от предметов), Дрессировка 4 (Тренировка+Обучение)
Меткость: 10, Изъян: 15 (+10 от предметов), Кучность 17 (+10 от предметов), Дальность: 21 (+15 от предметов). СНАЙПЕР 3 (Дальность+Бронебойность)
Скрытность: 2, Маскировка: 8 (+6 от предметов), Незаметность: 7 (+6 от предметов)
Профессии: 1. Охотник. Уровень мастерства: Новичок. Квалификации: Зверобой, Звереуст
2. Юрист. Уровень мастерства: Новичок. Квалификации: Адвокат
Звания: Истинный Спаситель, Друг Леса, Антимаг, Альтруист, Законник гно, Сержант гно, Рунный чтец, Первооткрыватель, Интриган
Достижения: Вивисектор2, Классовый дуралей, Неутомимый, Посланник Отца
Уровень брони: 150
Свободных очков навыков: 4 очков способностей: 8
Деньги: 9144 золотых 25 серебряных монет
Величие 100/100
И опять Величие восстановилось само собой. В принципе, это хорошо. Вот только я не знаю, от чего оно зависит, это плохо. Денег почти десять тысяч. Хорошо, что они вес не имеют, а то бы таскал за собой огромный мешок с золотом. Теперь к навыкам. Два на Ловкость, два на Интеллект. Одно очко способностей к Наблюдательности, чтобы Ночное Зрение росло. Талант, конечно, не обязательный, но пока остальные в потолок не уперлись, дам ему возможность подняться. Повысил пару пунктов у Меткости и Тренировки. И в порядке бреда кинул по одному очку на Бросок, Наскок и Рукопашный бой.
Полистал ради интереса свой походный журнальчик. Неплохо он попухлел. Открыл страницу с квестами. Интересное заметил разграничение, отдельным заголовком было выведено Тойрин, а на другой странице Мертвые земли. Разделение по разным локациям. Здесь у меня оставалось всего две отметки: Сфера катаклизмов, Первый после Бога и Битва за Средоточие. Помнится, по последнему требуется захватить и удержать Сердце Подземелья один час. Еще, если следовать логике книжки, где-то среди гномов тусуется потенциальный жрец Лока. А вот первое, похоже, я все-таки не выполню. Ну и шут с ним. Одним заданием больше, одним меньше.
Но была еще одна интересная деталь. Квест «Наместник острова Тойрин» перекочевал из Мертвых земель в Тойрин. Интересно, мог ли я выполнить два пункта из этого задания, не попадая в эту локацию? Наверное, да. Кора поглотила бы души наверху. А объединение гномов можно было заменить, например, примирением диких и имперских драманов. Кстати, что там в третьей части?
«Освободить того, кто и так свободен».
Ну это легче легкого, особенно теперь, с моими способностями входить без спроса в любую дверь. Хотя последствия точно будут. Не могут не быть. С другой стороны, у меня и выбора другого нет. Столько планов по захвату вселенной, а без участника третьей части квеста на Наместника не обойтись.
От гула рога я невольно вздрогнул. После такого можно с легкостью в армию не идти, демонстрируя мокрые справки об энурезе. Да, звук сочный. Точно Гьяллархорн возвещает о конце света. Если гномы сегодня проиграют, то для них действительно все завершится очень печально. Впрочем, пока моя судьба неразрывно связана с этими невысокликами, значит что? Мы должны, нет, обязаны победить!
В подземную затопленную долину вкатывались последние гномы вместе с королевской стражей и Их Величествами. На Дриина было больно смотреть, так тот сверкал. Он облачился в полный латный мифриловый доспех и напоминал собой маленькую, но очень гордую и неприступную крепость. Его супруга тоже нарядилась, обвесившись амулетами и нанизав на пальцы кольца, в руках она держала невиданных размеров посох.
Крепкорукий на мгновение остановился, зачарованный видом на Средоточие не меньше, чем его поданные. Но быстро взял себя в руки и взобрался на небольшой выступ.
– Гномы!
Войско зашевелилось, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Я даже испугался, как бы мертвяки сейчас не атаковали, до них от первой линии наших оставалось всего метров пятьдесят. Тем более неупокоенные впервые замерли, точно предчувствуя недоброе.
– Настал момент истины! День, когда мы должны вернуть себе власть над Средоточием, над Подземельем! Я не умею умно и красиво говорить! Просто пойдем и надерем эти мертвые задницы!
– Ааа!! – одобрительно загудело, закричало, залязгало воинство.
– Сунис, Эу, командуйте, – передал бразды правления Дриин.
– Гно…мы, в хирды! – прогремел грозовым раскатом голос Прыг-Скока.
Воины Дриина довольно выстроились в трапециевидное каре, во главе которого, к моему удивлению, стояли не сотники, а попросту самые здоровые и крепкие ребята. Исключение составлял хирд Барбадуха Ветрогона, который выделялся статью даже среди собратьев-крепышей.
– Гн…омы, в две широкие линии! – звонко закричала Эу, когда приготовления закончились.
Теперь настал черед визардов Намберту. Их было совсем мало, сотни две, и в общем плане нападения король их почему-то не рассматривал, рассчитывая лишь на свои силы. Пережитки прошлого, которые еще не скоро пройдут. Теперь же визарды вышли вперед, построившись в две очень широкие шеренги. Причем, не друг за другом, а в шахматном порядке. Синхронно, секунд за десять, они что-то скастовали и теперь ждали только приказа, чтобы обрушить заклинание на мертвяков. Ох, сейчас что-то будет.
Дриин, присоединившийся вместе с Намберту к самому мощному и большому хирду в середине войска, поднял топор:
– За Отца!
Тысячники и сотники вслед за ним вскинули руки с оружием и хором прокричали:
– За короля!
И все воинство, застывшее в ожидании смертельной и кровавой битвы, прогремело так, что содрогнулось само Средоточие.
– За гномов!!
Природа шума была, конечно, не в сотне голосов. С посохов визардов одновременно сорвалось серебристое марево и пронеслось стремительной волной мимо Средоточия, подхватывая мертвяков и разбиваясь о дальнюю стену подземной долины. Могущественное заклинание подействовало лишь на низших неупокоенных, боссы чуть пригнулись, словно борясь с сильным течением, но выстояли. Да и их свита по большей части осталась жива, лишь потеряв часть хитпоинтов.
Но уже разрезая линии визардов-одиночек вперед вырвались предводители хирдов, за которыми бежало все воинство. Гномы-богатыри, самый «маленький» из которых был крупнее Борга, с разбега утопили оружие в мертвой плоти, стараясь опрокинуть гигантских неупокоенных. Многие из крепышей не успевали добраться до мертвяков, то тут, то там падавшие после мощнейшего удара кнута, толщиной с добрый канат, или сраженные заклинанием. Еще мгновение, и все войско Крепкорукого увязло в стене из неупокоенных. Защитники Средоточия выстояли после первой атаки, растекаясь по всей ширине флангов. Сейчас бы еще тысячу, ту самую, что Дриин оставил для защиты Бампаса.
– Надо помочь! – взволнованно сказал Борг.
– Рано, – ответил ему. – Ввяжемся сейчас и попросту все погибнем. Нужно выбрать удачный момент.
Естественно, говорил я не о себе, а о сказцах. С какой бы симпатией я не относился к гномам, складывать свою буйную головушку за них не собирался. Гномов вон, тысячи, а я у мамы с папой один. Да, простите, не по-геройски, но я никогда героем и не был. Помочь хочу, но умирать за идею, причем не свою и в чужой земле, не собираюсь.
А между тем, мертвяки хоть и несли ощутимые потери, но битву явно не проигрывали. Вот и их левый фланг растянулся, образуя полукольцо и заходя за спину гномам. Дриин что-то кричал сотникам, показывая на маневр врага, и мужественно, как лев, бился с «Кнутовщиком». Что ж, Величество прав, если зайдут сейчас за спину, то хана всему воинству.
– Кора, голос. Да так, чтобы услышали наверху!
Пет набрал побольше воздуха и подал условный сигнал для сказцев. Я даже рот открыл и зажал уши руками, но все равно подсел от звериного рыка.
– Твойдомтрубашатал! – Донесся знакомый голос Айши сверху.
И уже первые сказцы прыгают с вершины водопада, ловко перекатываются, чтобы перенести вес после падения, вскакивают на ноги и несутся к общей заварухе. Да, ошибся я, тут метров не пятнадцать, а все восемнадцать, однако каковы ловкачи – им бы еще оружие получше и первый гномий спецназ готов.
Сказцы мгновенно отрезали левый фланг мертвяков, отвлекая внимание на себя и позволяя вооруженным сородичам лучше расправиться с неупокоенными. Теперь ход битвы начал меняться. Дикий народ стал обходить врага со спины, стараясь не столько ранить или убить противника, сколько предоставить широту маневра гномам.
И защитники дрогнули. Вряд ли мертвякам были известны такие понятия как страх или тревога, но они пятились. Отбивались, падали, поднимались и продолжали отступать, теснясь вокруг Средоточия. Объединенные силы сказцев и гномов с каждым разом все увереннее накатывали на врага, оставляя после себя обездвиженные тела.
Мертвяки лишились своего самого главного преимущества – свободы действий. Иерархам больше негде было создавать личей, ибо все свободное пространство тут же поджималось гномами, у «Кнутовщиков» не получалось как следует замахнуться и нанести критический урон, «Падальщики», проваливавшиеся под землю и там восстанавливающие хиты, не могли более спрятаться. И все же это была кровавая бойня и не менее кровавая победа.
Когда стих последний звон меча, когда последний топор опустился вниз, воды близ Средоточия окрасились темно-бурым цветом. Столб света посреди дрогнул и на мгновенье погас, чтобы засветиться с новой силой.
Вы захватили Средоточие.
Получено звание Захватчик.
Чтобы отвлечься от гнетущего впечатления пирровой победы, полез в книгу.
Настоящих воинов можно узнать по крепкой руке, что не раз поднимала свой стяг над вражеской крепостью. Идти в бой за подобным мужем честь для каждого солдата.
Во время боя навык Силы среди НПС под вашим предводительством увеличен на 5 единиц. Атакующие таланты для захвата растут быстрее на 30% .
Ага, НПСы за мной прямо ломанутся, особенно когда узнают, что все сражение я стоял в сторонке. Интересно, что за «атакующие таланты для захвата» и с чем их кушают?
Подумать не удалось, ибо ко мне направлялись два предводителя своих народов: Айша и Дриин. И не просто шли, а двигались в обнимку, как старые добрые приятели. Понятное дело, это все эйфория, но первый кирпичик в фундамент если не дружбы, то принятия друг друга, заложен. И кто всего этого добился и кто здесь молодец? Я молодец.
– Спасибо тебе, Крил, что настоял на своем. Без сказцев, мы бы не выиграли.
Ваши отношения с Дриином улучшились, теперь вы Приятели.
Я скромно кивнул, не сказав, что благодарить ему надо свою королеву. Правильно говорят: мужчина голова, женщина шея. Крепкорукий сам принял решение, а вот что его повернули в нужное направление… надеюсь, он об этом не догадается.
– Васэбрататдушимертвяковразматали. Ауф!
Ваши отношения с Айшей улучшились, теперь вы Лучшие Друзья.
– Вождь тоже благодарит вас, – перевел Борг.
Ответил кивком и ему.
– Ваше Величество, ваша супруга говорила, что где-то здесь есть выход наверх.
– Берта! – по-свойски окликнул Крепкорукий подлечивающую своих подданных жену.
Видно было, что королева нехотя, но пошла в нашу сторону.
– Что теперь, стянете сюда основные силы? – спросил я короля.
– Мы выиграли битву, но не войну, как бы я не хотел этого. Будь моя воля, я бы дрался. Но все тысячники и сотники говорят, что нужно отступить. Сегодня мы показали всем гномам, что можем сражаться на равных с неупокоенными. Но они по-прежнему сильны. Нам нужен день, чтобы зарядить самые мощные кристаллы, что гномы забрали из Шальта, а потом мы отойдем, для обороны южных тоннелей и перегруппировки.
И действительно, к Средоточию уже потянулась вереница, как их назвала Эу, гн…омов с внушительных размеров «батарейками». Белесый столб охотно делился своей энергией, от него отделялись сгустки и плыли, соединяясь с кристаллами. И чем ближе были последние, тем ярче и толще был «коннект».
Пока я размышлял, подошла королева.
– Ваше Величество, вы говорили о проходе наружу.
– Идем, – только и сказала она.
И мы пошли. Шлепая по кровавой воде, мимо укладывающих трупы гномов и визардов, готовящихся предать огню убитых, медленно огибая Средоточие. Самая странная процессия, которую только видело «Сердце подземелья» за всю историю: королева с королем, вождь дикого народа, наемник-гном, вор и изобретатель, молчаливый фейра рядом с могучим темным зверем и таок.
Средоточие лихорадило. Издавна накопленная энергия, сейчас изливалась в десятки сосудов. Но вопреки здравому смыслу свет от столпа стал только ярче. Ликование среди гномов, не продлившееся и минуту, сошло на нет, уступив место суровой деловитости. Я заозирался в поисках Эу и облегченно выдохнул, увидев знакомые мифриловые наплечники. Прыг-Скок отобрала небольшую часть солдат и сооружала из них нечто вроде заслона против неожиданной атаки из северных тоннелей. Не лишено смысла. Мертвяки скоро начнут собирать армию, чтобы отбить Средоточие.
Мы ушли еще дальше от света, пока не оказались у противоположной стены. Намберту указала на нее рукой.
– Дверь Отца. Отсюда он покинул нас. Пройти в нее может лишь его истинный Посланник.
– Ну правильно, это я. Только Ваше Величество, простите за глупый вопрос, а где сама дверь то?
Королева легонько взмахнула посохом, и в стене посреди неровного камня стали проступать сначала общие очертания чего-то прямоугольного, следом появилась выемка высотой метра три с половиной, и с каждой новой секундой образ грубого, созданного в скале лишь по воле высшего существа, прохода становился отчетливее. Через минуту я даже разглядел нечто вроде замочной скважины.
Ну что ж, будем пробовать. Извлек всемогущий артефакт и приблизил к каменной двери. Ключ вытянулся, обратившись в застывший кусок острого песчаника, но внутрь вошел. И даже поворачивать ничего не понадобилось. Посыпалась крошка, и створка, ужасно скрежеща, стала уходить в сторону.
– Выход наверх, – указала в темноту Намберту и уточнила. – По обрывкам тех преданий, что у нас есть, идти надо только наверх. Там будет много пролетов, ведущих в различные тоннели, но нельзя никуда сворачивать. И прочитай то, что здесь написано.
Я еле разобрал руны поверх двери.
– Откроешь новое, затворишь старое. Что за загадки?
– Все просто. Как только ты откроешь дверь наверх из Подземелья, путь к Средоточию закроется.
– Вон оно как. Ну хорошо. Кстати, Ваше Величество, – обратился я к королеве. – Вы бы разобрали завалы, через которые к вам пробрался Хло. Думаю, у меня найдутся люди, которые смогут помочь вам в борьбе с мертвяками.
– Их помощь станет неоценимой, – благодарно склонила голову Намберту.
– Ну что, будем прощаться? – Неуверенно спросил я.
Король ответил крепким рукопожатием и даже похлопал по плечу, проверяя много ли в моем организме кальция и насколько крепко я стою на ногах. Его жена благосклонно кивнула, и пришлось ответить ей тем же. А вот Айша кинулся обниматься, восторженно крича мне на ухо «Красаучиквасэвисший». Но и это было не все. Вождь подозвал нескольких сказцев, которые принесли пару сырых рыбех и высушенных ящериц. И то верно, война войной, а обед по расписанию.
– Надеюсь, еще свидимся, – улыбнулся я. Хотя, если честно, возвращаться в Подзмелье не хотелось, лучше уж вы к нам.
Борг, дождавшись отмашки, решительно шагнул внутрь, за ним на лестницу ступила Кора, а следом наша дальнобойная команда. После какой-то минуты подъема шум гномов у Средоточия стих, свет волшебного столпа померк, а запах сотни смертей пропал. Мы словно очутились в другом мире, эфемерном, несуществующем и застрявшем во времени.
Мертвые Земли 
До первого пролета мы поднимались долго. Я бы даже сказал чересчур. По времени, может, минут пять всего, а вот по затраченным силам – будто на Эверест взобрались. Да и понятно, ступени тут были выше, чем в старых сталинках, и если мне было трудновато, то можно представить, какого оказалось приятелям моим меньшим. Больше всех ворчал Глостер, преодолевая каждую преграду, как безумный альпинист отвесный пик.
– Фуф, – упал я на задницу, достигнув ровной площадки.
Как и говорила Намберту, помимо лестницы, тут действительно виднелись зевы тоннелей, слева и справа.
– Интересно, куда ведут? – Поднялся последний из группы Глостер.
– Куда бы ни вели, думаю, везде входы заперты. Откроешь новое, затворишь старое.
– Эх, мне бы такой ключик, – мечтательно покосился Палец-в-рот-не-клади.
– Да, да, я помню, а еще бассейн эля и что-то там про молодых гномих. Отдышались? Погнали дальше, вам еще надо успеть вернуться, пока Средоточие не отбили.
Еще на два пролета ушло минут пятнадцать. Ноги одеревенели, и каждый шаг давался с большим трудом. Отдыхать хотелось все больше, но я знал эту обманку, чем дольше сидишь, тем тяжелее вставать.
– Пойдем, – отлепил высохший язык от неба. – Надо идти.
– Смотри, что там такое? – показал пальцем Глостер.
Я криво ухмыльнулся – старая детская отмазка, но на призывно вытянутую руку мастера-лучника все же обернулся. Так, это что еще за… В моем лексиконе не нашлось правильного матерного слова, чтобы точно охарактеризовать увиденное.
В одном из тоннелей горел свет, становящийся то ярче, то тусклее. Цветом желтовато-белый, кельвинов на три тысячи, но бог бы с ним. Прямо перед ним сверкала и переливалась прозрачная дверь или занавеска… полностью из воды.
– Что это?
– Может, сокровищница? – Предположил маленький гном.
– Можно разведать, только аккуратно, – отозвался Борг.
– Никуда не сворачивать, – нахмурился Хло.
– Чего?
– Королева сказала. Идти только наверх.
– Ну так мы одним глазком, и сразу наверх, – сказал я. – Тут ни мертвяков, ни чудовищ. Посмотрим, что за диво-дивное, и назад. Я тебе обещаю, мы даже ничего трогать не будем.
Вряд ли фейра мне поверил, потому что в глазах его читалось несогласие. Это что еще за дурные признаки свободомыслия? Я как самый правильный и деспотичный тиран подобного не потерплю.
– Идем, Борг, вперед, сначала посмотри, можно ли пройти через преграду. Потом Кора и мы все.
Возражений не последовало. Вернее, мне пришлось повернуться к Хло спиной, чтобы их не последовало. Первым через «водяную дверь» двинулся Борг. Обернулся на нас и пожал плечами, мол, ничего такого. Уговаривать остальных не пришлось. Мы с Глостером бросились почти одновременно, но все-таки у меня ноги были длиннее, и вторым в круглую залу ворвался я.
А это была именно зала, большая, приплюснутая, точно вычерченная сначала неким аккуратистом на бумаге и после перенесенная сюда. Все стены окружала такая же водяная завеса, как и на входе, а подсвечивал всю эту красоту шар на постаменте, расположенном по центру. Артефакт сверху придерживала статуя невысокого гнома, закованного в доспехи.
– Надо шар выковырять, – подоспел сзади Глостер.
– Надо ли? Что-то у меня где-то внизу появился испуг от этого места, – ответил ему.
– Ну не тут же это оставлять. Сюда потом долгие годы, может, никто не попадет… Борг, иди возьми шарик.
Крушиголов ничего не ответил мастеру-лучнику, красноречиво посмотрев на меня. Хоть кто-то тут не нарушает субординацию. Кивнул ему, мол, давай, и Борг широкими шагами пошел к центру залы.
Вообще говорят, что интуиция присуща в большей степени женщинам. Не знаю, может и так, но именно в этот момент во Вселенной произошел мегасбой, потому что еще до того, как Борг прикоснулся к шару, я уже понял, сейчас произойдет очень и очень плохое. Только будто оцепенение сковало меня, и оставалось лишь наблюдать за тем, как Крушиголов совершает непоправимое.
Когда рука гнома коснулась артефакта, не дрогнула земля под ногами, не заложил уши чудовищный гул, не обрушились на нас своды. Ничего не произошло, кроме одной, но очень неприятной мелочи. Глаза статуи, спрятанные за закрытым шлемом, вспыхнули темно-серым, но выжигающим пламенем.
– Мертвяк! – потонул мой голос в толщах воды, обрушаемых со стен.
Глостер даже не успел поднять арбалет, первая волна закрутила его в бешеную воронку, меня вместе с мантикорой сбило с ног, а Борга, стоявшего ближе всех и сумевшего вытащить секиру, рубануло по груди коричневой струей, вырвавшейся уже из руки неупокоенного.
За доли секунды зала наполнилась водой, сочащейся из сотен трещин и проемов. Мертвяк пришел в движение, схватив сферу и передвигаясь по внезапно образовавшемуся дну. Он даже и не пытался добивать нас. Действительно, зачем? Я видел выпученные глаза Глостера и хватавшегося за горло Борга, еще минута и с ними будет покончено. Мне и самому значительно поплохело, о чем вежливо напоминала Дита.
Получен дебафф Удушье. Каждую секунду вы теряете 10 единиц Здоровья.
Внимание. Получено 10 единиц урона.
Внимание. Получено 10 единиц урона.
Внимание. Получено 10 единиц урона.
Внимание. Получено 10 единиц урона.
Зашибись, сходил лось за солью. Я попытался всплыть, но у известной субстанции в проруби успех был бы значительнее. Воздуха нигде не было.
Получен дебафф Предсмертное удушье. Каждую секунду вы теряете 40 единиц Здоровья.
Внимание. Получено 40 единиц урона.
Внимание. Получено 40 единиц урона.
Понятно, значит, жить мне осталось около минуты. Самое противное, что Здоровье не просто отнималось, а, что называется, уходило со спецэффектами. Игра во всех отношениях замечательно отыгрывала потенциального утопленника, с болью в легких и темнотой в глазах. Интересно, когда умру, тело исчезнет или, посиневшее и вспухшее, будет валяться годами в этом Отцом забытом месте?
Получен талант Плаванье, уровень 4.
Очень смешно, Дита, прям, ржу не могу. Вот кому надо с десяток единиц Остроумия накинуть.
Боковым зрением я заметил, как от стены оторвался внушительный камень, и против всех законов физики, стремительно поплыл под водой к мертвяку. Что за непредсказуемое волшебство? Мать моя женщина, ну правильно. Волшебство! Я заозирался под водой, ища глазами Хло. Глостер, Борг, Кора, но фейры нигде не было. Обернулся назад, вон, стоит, курилка, аккурат возле той самой прозрачной «двери» сюда. Видимо, там радиус колдовства неупокоенного заканчивается, а вот у моего бодигарда нет.
Камень в голову мертвяку прилетел бесшумно, только вода наверху расступилась и стала стремительно убывать. В пару гребков удалось вынырнуть на поверхность и жадно, откашливая воду из легких, глотнуть спертого, но самого вкусного воздуха в моей жизни.
Так, не время расслабляться, это никоим образом не победа, а лишь временная передышка. Дождавшись, пока вода схлынет настолько, что смог встать на ноги, активировал Копье Отца. Получай мертвяк гранату, все-таки три с лишним тысячи единиц урона, это не хухры-мухры.
Неупокоенный начал опять поднимать уровень моря в отдельно взятой подземной зале, но тут прилетел подарок от создателя. Ух, как не нравится, я тебя понимаю. Жаль, времени для адаптации у тебя не будет. Вытаскиваю Пламя Тьмы и сразу вкладываю в стрелу Оглушение.
– Борг, Глостер, хватит загорать!
Первым, точнее первой, как ни странно, откликнулась Кора. То ли вода на нее почти не подействовала, то ли, как существу из другого мира, ей было легче оправиться после наводнения, но зверюга сделала гигантский прыжок и, расправив крылья, приземлилась на поднимающегося на ноги мертвяка. А это уже что-то из разряда «не читал Бальзака, на-ка» – жало пета пробило грудину неупокоенного и вернулось обратно.
Ох, какие вы долгие. Зови вас на войну. Ладно, что там у меня еще есть? Точно, Кольцо Светоча! Погнали тридцать секунд расстрела мертвой туши.
Получилось даже лучше, чем я думал, потому что Кора не ослепла. Не знаю, почему, надо будет в этом разбираться. Может, дело в ее сумеречности, почему-то же в часы перед рассветом и после заката она становится невидимой. Хотя мне какое дело? Главное, что теперь рвем этого негодяя в четыре руки. Пардон, в две руки и две лапы.
Что еще можно применить? Ярость стрелка. Прицельный выстрел приберегу напоследок, когда будет заканчиваться действие кольца. А может, сразу ломануться вперед и применить к засранцу Прикосновение ротозея? Или…
Вы убили Зубайта Булькающего, синоптика Наводнения.
Внимание! Получен сорок пятый уровень.
И Кора подсветилась. Ну ясен пень, воевали мы с ней вдвоем, хотя может, Хло тоже дали кое-что. Повернулся посмотреть, где бодигард. Вон, стоит ослепленный, но все же выполнивший основную миссию. Что я там говорил про разумную критику руководителя? Вот она в действии. Один не согласился со мной, и оказался прав, а остальные до сих пор не пришли в себя. Ну да, я тоже иногда ошибаюсь.
Подошел лежащему мертвяку, сфера уже выкатилась из его рук, но подбирать ее не стал. Пусть лучше Хло к себе спрячет. Интересный синоптик, весь в доспехах, меч в ножнах, которым не успел воспользоваться, из магических умений всего ничего – наводнение. Да и то, лишь за счет артефакта. Хотя нам это только на руку. Ну давай, Зубайт, делись нажитым нелегким трудом.
Меч Рассекателя
Урон 253-296
+ 10 к Рассечению
+ 8 к Кровотечению
+ 6 к Изъяну
+ 4 к Уколу
+ 4 к Разрыву
Вес 4 кг
Рука даже не дрогнула, отправляя в мешок. На продажу.
Эликсир подводного дыхания (3 шт.)
Позволяет дышать под водой в течение 75 секунд.
Я дайвингом не занимаюсь, но всяко пригодится. Не дай бог, конечно, но вдруг попадем в аналогичную ситуацию. Тем более пузырьков аж три.
Нагрудник Подводной Окаменелости
+ 10 к Сопротивлению
+ 5 к Защите от магии
Уровень брони: 250
Вес: 20 кг
Что-то совсем несерьезно для иерарха. Видимо, потому и ласты склеил, что таскал всякие обноски. Даже брать не стал, если Крушиголову нужно, пусть подбирает, я же и без этого обойдусь.
– Хло, двигай сюда, – крикнул я, когда ослепление спало. – Ну-ка, выложи все сферы, которые у нас есть. И Хло… – сказал уже совсем тихо, когда бодигард подошел, – спасибо.
Фейра с лицом карточного шулера чуть кивнул головой и послушно высыпал шарики возле последнего. Дита к действиям моего телохранителя отнеслась с интересом.
Внимание! У вас есть все необходимые сферы для сборки уникального артефакта «Сфера катаклизмов».
Для совершения действия необходима профессия Зачаровыватель.
Для совершения действия необходима профессия Инженер.
Для совершения действия необходим класс Маг.
А я уже раскатал губу. Ладно, думаю, подобного человечка найти не проблема, вот мы и будем искать. Но уже в столице.
– Хло, убирай все сферы к себе. Борг, посмотри, нужен ли тебе тот хлам, что дал синоптик. И собираемся, время идет, скоро Средоточие отобьют.
Больше мы никуда не сворачивали. Да и идти оставалось всего ничего, каких-то два пролета. Я уже издали разглядел массивные высокие двери с узорчатым рисунком барханов.
– Пришли, – будто сам не веря, сказал я вслух. И обернулся к спутникам. – Здесь нам, видимо, придется расстаться… Глостер, ты честно выполнил свою часть сделки и теперь вправе требовать от тысячника обещанную награду. Уж не знаю, что ты будешь делать с Жидким Огнем, но это твое дело.
Вместо ответа Палец-в-рот-не-клади довольно серьезно пожал мне руку.
Ваши отношения с Глостером улучшились, теперь вы Приятели.
Оно и понятно, раньше он начинал симпатизировать мне, когда получал по шапке, но даже самые последние пройдохи вроде мастера-лучника очень серьезно относятся к выполнению договора. Впрочем, как и я.
– Борг, я не вправе просить тебя отправиться на Тойрин вместе со мной. Но если бы ты согласился…
– Спасибо тебе за все, Крил, – добродушно улыбнулся Борг. – Ты очень сильно мне помог. Так сильно, как не помогал еще ни один гном. Но мое место здесь, рядом с моей семьей.
– Я все понимаю, – пожал ему руку.
Хотел сказать что-то еще, но вдруг запнулся. Достал книгу и открыл страницу с заданиями. Хм…
– Глостер, возможно, мое предложение покажется тебе странным, но как ты смотришь на то, чтобы стать жрецом Лока?
– Бога Лени? – удивленно поднял брови мастер-лучник. Но тут же поправился, став похож на себя. – А что мне за это будет?
– Особые жреческие умения в количестве трех штук. Расположения божества. Ну и… тысячу золотых.
А что, должен я где-то находить подходящих претендентов? Тем более мне интересно будет посмотреть на Лока, когда у него в храме заведется вороватый прислужник. Можно даже билеты будет продавать на представление «Глостер против Бога», раунд третий. А деньги на найм… деньги есть.
Видя сомнение мастера-лучника, я слил ему еще один инсайд, в котором, впрочем, не был уверен сам. Но как раз последнее обстоятельство повлияло на итоговое решение.
– Хорошо, я согласен. Только мне нужно смотаться кой-куда, а потом жди в гости.
Обновлено задание «Первый после Бога». Найден один жрец из трех.
И тут произошла еще одна странная штуковина, с моей руки сорвался серый дымок и лег на плечо Глостеру. Тот торопливо одернул одежду и уставился на самую настоящую татуировку.
– Это что еще?
Нашел у кого спрашивать. Может, посоветовать мылом дегтярным пройтись, глядишь и отмоется? Но ответил другое.
– Отметка, не более.
– Ну мы чего тогда, пошли?
– Да, у вас пятнадцать минут, потом мы открываем ворота. Успеете?
– Конечно, вниз всегда быстрее, – усмехнулся Борг. – Если коротышка не будет успевать, я его сапогом ускорю.
– И получишь болтом промеж глаз, – огрызнулся Глостер. – Все, пошли.
Напоследок он погладил Кору, чересчур долго и мечтательно посмотрев на ее гриву. Еще пара минут, и топот гномов достиг пролета, а после стал затихать…
– Ну что, пришла зима, открывай ворота? – спросил я Хло спустя четверть часа и, заметив его удивленные глаза, добавил. – Не бери в голову, это риторический вопрос.
Ключ в очередной раз принял нужный размер, причем, теперь стал таким большим, что я едва мог удержать его двумя руками. Вставил, повернул и… на каменную площадку мощной волной хлынул мелкий горячий песок. Отплевавшись и поднявшись на ноги, я посмотрел наверх, в небольшой засыпанный проем, где светило солнце, и спросил Хло.
– Это что еще такое?
Фейра меланхолично пожал плечами и сказал всего лишь два слова.
– Мертвые земли.
– Так вот почему мертвые, – рассмеялся я после трех долгих часов скитания по барханам.
Вот ведь действительно каламбур. Мертвые земли прозваны так не из-за сонма неупокоенных, что рыщут внизу, а всего лишь потому, что тут ничего нет. Пустыня, мать ее, верравийская Сахара, захватившая здоровенный остров. Кстати, в утвердительности последнего довода я уже убедился, потому что сапоги были полны песка, а душа отчаяния.
Да, Хло говорил что-то о пустыне, теперь я припоминал это обстоятельство, но мне и в голову не пришло уточнить детали его пути сюда. Более того, место, через которое он попал в тоннели, находилось прямо у воды, наши карты ума сверить хватило, а вот Средоточие оказалось отгадайте где? Точно, в центре.
Нашел и самую высокую гору острова, через жерло которой можно было попасть на пастбище. Да, в виде нарубленного фарша с множеством переломанных костей, тем более, обратно в Бампас не хотелось. Спасало то, что мы знали, в какую сторону нам надо шагать. Эта условность игры спасала от отчаяния. Способностей Хло хватало, чтобы наколдовать немного воды в ладошках. Признаться, никогда раньше не пил с чужих рук, тем более фейровских, но куда теперь деваться.
Единственное существо, которому тут нравилось – Кора. С веселой песенкой из разряда «что мне дождь, что мне зной» пет пробовал свою новую способность, трудноприменимую в тоннелях. А нам лишь приходилось с завистью смотреть на летающую черную бестию, ловящую ветер своими перепончатыми крыльями.
Из всех припасов сказцев осталась лишь одна бедная захудалая ящерица. Я ее не схомячил из природного воспитания, негоже все-таки подъедать последний кусок, а Хло – из гастрономических предпочтений. Как я понял, фейра вообще придерживался какой-то странной ветви вегетарианства. Хотя вот запеченную в магическом огне рыбу он сожрал без зазрения совести. Может, у него к пресмыкающимся были некие предубеждения?
К исходу дня, когда разморенное солнце почти упало за горизонт, мы услышали плеск волн, а несколько мгновений спустя увидели воду. Она занимала все пространство от севера до юга, лишь на востоке виднелась часть суши. Я прикинул расстояние, не так далеко, кстати, метров семьсот, из разряда редкая виверна долетит до середины Днепра. Попробовал на язык воду, соленая. Море, говорите.
– И что, есть тут у вас всякие подводные чудовища?
– Бриберги, райтфиши, демены, – кивнул Хло. – Есть еще кроколаки, но они здесь не водятся.
Час от часу не легче. А что, было бы забавно пройти все подземелье и остаться в живых, чтобы потом оказаться в животе какой-нибудь местной, выросшей на нерадивых путешественниках, пираньи.
– И как ты переплыл?
Вместо ответа Хло пошел дальше по берегу, по ему одному известному маршруту. Я отправился вслед за фейрой-Моисеем, очень надеясь, что наше путешествие не растянется лет на сорок.
Когда по карте мы дошли до того места, где бодигард выбрался сюда, Хло остановился и стал рыться в песке. Если бы Кора затеяла подобное, я бы решил, что она просто хочет в туалет, но вот фейра… Минут через пять показался киль перевернутой лодки. Пришлось помогать.
– Кора, тебе придется по воздуху. Осилишь?
– Иау! – встал на задние лапы и взмахнул крыльями пет.
Да, растет зверюга. В холке она уже сейчас почти догнала меня, а если прибавить сюда мощный подвижный хвост и окрепшие крылья, то еще пару десятков уровней, и мантикора станет машиной для убийств.
Кора
Уровень 29.
Здоровье 750/750 (+100 от достижения «Вивисектор2»)
Бодрость 340/340.
Урон: 94 (+6 от достижения «Копьеносец»).
Броня: 330(+220 «Грива льва», +110 «Хитиновый хвост»).
Умения: Удар жалом, Хватка зверя, Львиное рычание, Грива льва, Умывание, Полет.
Достижения: Копьеносец, Вивисектор.
– Над водой не кружись, жди, пока мы не подплывем близко к тому берегу, только потом перелетай. Ясно?
– Иау! – недовольно рыкнула Кора.
Получен талант Дрессировка, уровень 5.
Раз повысили, значит, приказ выполнит. Не хочется, чтобы пет стоял в ожидании нас один на берегу. Черт знает, какие мобы водятся поблизости. Это в будущем она станет непобедимой сумеречной мантикорой, а пока еще только котенок, превращающийся в опасного хищника. Гонору много, а реальной силы не очень.
По идее, можно было вообще спрятать ее в Обиталище. Но раз уж Кора призналась, что расстояние преодолеет и приземлится одновременно с нами, то такая мощная боевая поддержка нам пригодится. Хло тем временем откопал два весла и махнул на лодку, мол, спускаем на воду.
Судно явно было рыбацкое, по широким бортам, скорее всего, рассчитанное на драмана, поэтому мы с Хло разместились без труда. Фейра даже сел на весла, но после непродолжительной перебранки, точнее, моего монолога, носящего ругательный и исключительно аргументативный характер, уступил место более сильному гребцу. Плеск воды, скрип весла, скрежет днища о песок, все, поплыли.
Открыт талант Гребля.
Чего-то подобного я и ожидал. У системы на всякое мое действие есть оговорка. Думаю, если буду весь день строить замки из песка, то дадут талант Градостроитель… Или звание Дурачок. Щедрость Матери иногда компенсировалась ее непредсказуемостью.
Получен талант Гребля, уровень 1. Внимание, уровень таланта не может быть выше уровня способности.
Замечательно, значит, открыта новая способность. Рассуждая логически, вряд ли талант привязан к ветке Интеллекта или Ловкости. Скорее всего, к Силе.
В ближайшие минут десять Дита любезно напомнила раз сто о новом таланте и необходимости его развития. Ей богу, я уже начал ратовать за развитие самостоятельности и полноценности мира, и сокращения числа логов. Не качать же в самом деле Греблю? Что мне потом с этим талантом делать, разбить пруд возле Локтра и влюбленных нубов развлекать? Нашли гондольера.
– Пора, – тихо сказал я сам себе, глядя в сторону Мертвых Земель.
Кора, нетерпеливо ходившая вдоль берега и с опаской смотревшая на воду, будто услышала мои слова и, сделав всего несколько шагов для разбега, рванула ввысь. Несколько мощных взмахов крыльями, и пет уже парит в десяти метрах над ровной гладью, подставляя гривастую морду ветру.
Делаю еще несколько взмахов веслами и вытаскиваю лук. Лодка скребет килем о песок, и мы с фейрой прыгаем на мелководье.
Вы прибыли на Тойрин.
Сверху уже опускается освеженная полетом Кора. Глаза пета довольно блестят, а мордой зверюга тычется мне в шею.
– Фу, Кора. Хло, ну что?
Фейра отвечает не сразу, тихонько водя глазами по кустарнику, растущему вплотную к каменистому побережью.
– Никого.
– Уже неплохо.
Теперь самое главное. Достаю книгу, не удержавшись, заглядываю в ветку характеристик.
Гребля.
Скорость передвижения на весельной лодке увеличена на 3%, затрата Бодрости уменьшена на 2%.
Сила – Чернорабочий – Гребля.
Интересная способность. Какие таланты к нему еще относятся? Грузчик, Уборщик? Невероятно нужная ветка. Неужели есть крафтеры, которые ее качают?
Открыл нужную страницу и достал стилос. Написал сначала Олегу, потом Свете и Игорю. Все подробно рассказывать не было времени, сообщил лишь ближайший населенный пункт, который был отмечен на карте Хло и что со мной все в порядке.
– Нам туда, – указал Хло на едва заметную тропку…
Вы прибыли в Салинар.
Слишком громкое название для мелкой рыбацкой деревушки. Двадцать три драманских дома, несколько поломанных лодок, наподобие нашей, и с десяток целых, вытащенных на сушу. Побережье тут более песчаное и широкое, чем то, где высадились мы. Впереди ровная морская гладь, Мертвые земли юго-западнее и не портят вид, их видно лишь с воды. Красота одним словом, если, конечно, ты захотел прожить весь остаток жизни отшельником.
– Что привело вас сюда? – вышел к нам один из жилистых и высоких драманов.
Я с интересом разглядывал непись, которая полностью разорвала шаблон. Те дикари, которых видел в столице, отличались завидной мускулатурой и внушительным, часто даже с излишком жирка, весом. Эдакие тяжелоатлеты. Местные рыбаки были поджарые, сухие, хотя и не тощие. Больше похожие телосложением на накаченных голгор. Понятно, что у них тут из рациона одна лишь рыба, однако не думал, что система учитывает даже питание НПС, составляя внешний вид.
– Мы немного заплутали. Нам бы переночевать, а утром мы уйдем. У нас есть деньги.
– Остановитесь вон там, – указал непись, которого мой пристальный взгляд распознал как Вархека. – Там немного с одной стороны течет крыша, но вам подойдет. Только держите своего летающего кота при себе, для его же пользы.
На замечание о летающем коте я про себя улыбнулся. Видимо, тут есть похожие петы, но точно не мантикоры.
– Сколько мы должны?
– Мы не возьмем денег за то, что ничего не стоит. Хоть вы и чужаки. Алменги не такие.
Внимание! Получена дополнительная информация о племени Алменгов.
Так как Вархек уже закончил разговор и пошел прочь от нас, я достал книгу. Что еще за племена?
Племена диких Драманов:
Алменги.
Одни из немногих драманов, что приняли власть Империи, однако вместе с этим не утратили своих обычаев и традиций. Алменги живут обособленно, небольшими общинами на севере острова, питаясь в основном дарами моря. Хоть и не активно, но торгуют с главными городами Тойрина.
Интересно получается, тут еще в сортах диких драманов разбираться надо?
Дом оказался давно заброшенным и малопригодным для жилья. То ли в этом была своя фишка гостеприимства алменгов, то ли они считались настолько непритязательными аскетами. Хло вместе с мантикорой тут же свалились с ног, а вот мне как-то не спалось. То, что я задумал провернуть, однозначно перевернет тут все с ног на голову, с другой стороны, только так я смогу объединить все дружественные кланы под крылом могучего альянса. Надо выживать. Олег начал это дело – я закончу.
Задумка пришла еще во время атаки Ущелья, а во времена скитаний по тоннелям лишь утвердилась в голове и обросла деталями. Я дам кланлидам то, чего у них нет. Если, конечно, Лок не заартачится.
Ближе к рассвету в дверь полуразрушенного дома тихонько постучали. Кора, еще не проснувшись, напрягла хвост, и только потом открыла глаза. Я махнул ей рукой, враги и наемные убийцы не бывают настолько вежливы.
На пороге стоял голгора в легких кожаных доспехах с отметкой «Т» на груди. В лапах он протягивал письмо. Ничего себе, еще почтовый ящик не поставил, а уже голуби с записками полетели. Непись обозначалась как «Посыльный турнира», без имени. Очень интересно. С нетерпением сломал печать.
Игрок Крил, вы подали заявку на участие в турнире начинающих лучников. Уведомляем вас, что состязание состоится через три дня на Дымчатом Пике. Напоминаем, что в случае отказа на вас будут наложены следующие штрафы по званиям:
Трус
Репутация с НПС, относящихся с неприязнью к Империи, снижена на три пункта.
Беглец
Репутация с НПС, относящихся с симпатией к Империи, снижена на три пункта.
Клятвопреступник
Любой игрок или игровой персонаж, может безнаказанно убить вас, после чего получит уникальное звание.
С уважением, Администрация.
Приписка звучала, как издевательство. Как я понял, админы очень и очень раздосадованы тем, что Ключ теперь у меня, вот и пытаются уничтожить меня любой ценой. Причем, действительно, зачем нанимать убийцу или подкупать клан, если можно все сделать гораздо проще. Поставил свое имя под турниром, сделаем так, что погибнешь на нем. И отказаться, получается, нельзя. Трус и Беглец – звания хоть и неприятные, но направлены лишь на изоляцию со стороны НПС. А вот Клятвопреступник – это уже приговор. Я стану ачивкой, за которой рванет большинство игроков. Каковы варианты? Спрятаться навсегда в Храме Вечного Упокоения? Не соотносится с моим планом. Сделать, как и хотел, единственное в Верравии место, свободное от игровой агрессии, боюсь, времени не хватит.
Над головой послышался шум крыльев виверн. Поднял голову и заметил улыбающееся лицо Олега, а чуть правее Светы. Сердце забилось чуть сильнее, а вновь обретенные проблемы ушли на второй план. Эх, вроде, всего около недели не виделись, а столько всего произошло…
Три Бога 
Сердце заходилось так сильно, как не колотилось при первой встрече с мертвяками. Хотя это и понятно, неупокоенные больше мычали, а Света могла много что сказать. Я ожидал чего угодно, но не того, что паладинша прижмется ко мне и положит голову на плечо, не сказав ни слова. Хотя и мне, и ей и так было все понятно, молчание оказалось красноречивее любых объяснений.
– Ладно, потом будете сопли розовые разводить, – тряхнул меня Навуходоносор. – Тут столько всего произошло. Так что давай, рассказывай.
Света послушно отстранилась, придерживая меня за руку, точно боясь потерять, а я стал излагать. Про произошедшее в покоях Отца, про Бампас, Подземелье, гно и омов, мертвяков, а все «Миротворцы», прилетевшие вместе с кланлидом, лишь округляли глаза.
– Вот тебе и «Мертвые земли», – почесал голову Олег.
– Я сам удивляюсь, как вы подземелье гномов прощелкали, – погладил по волосам Свету.
– Так они наверх носа не показывали, как их найти? – Пожала плечами паладинша. – А я там сколько раз летала, кроме песка ничего не видела. И на горе той была, внутрь заглядывала, только не видно там ничего.
– Мы тоже думали, что это пустышка, – согласился Олег. – Сам посуди, чаты там не работают, мобов нет. Выглядит как недоделанная локация. Со временем все попросту забили на эти «Мертвые земли». Кирилл, дай-ка карту поглядеть.
Навуходоносор беззастенчиво считал всю географическую информацию с моей книги, а я даже не думал возражать.
– Еще кое-что, не происходило ли с тобой чего-нибудь странного?
– А Подземелье, набитое до отказа мертвяками, это не странное?
– Это игра. Это нормально. Я про мобов, НПС, игроков, которые выбиваются из общей концепции. Может, было какое-то покушение на тебя или подстава.
– Кстати, да. Вот, – я протянул ему послание от администрации.
– Чтоб тебя… – витиевато выругался Олег. – Опоздали-таки… Ладно, три дня есть, будем думать.
– Может, объяснишь?
– Выяснил я, что хотят тебе какую-то подлянку устроить, но не знал, что именно придумали. Эх, а ведь достаточно было всего-навсего этого моба грохнуть. Это же как с судебным уведомлением, пока не получил, оно не действительно. Ладно, что уж после драки кулаками махать. В столицу надо рвать, там все и придумаем. Кирилл, со мной полетишь. И это не обсуждается, – грозно сказал он лишь открывшей рот Свете. – Пет твой пару часов полета выдержит? До Вайнара. Там можно будет уже через сеть порталов в Локтр попасть.
Кора, обнаружив, что все смотрят на нее, сделала несколько шагов назад и под изумленно-возмущенные вздохи исчезла.
– Минуту, все нормально, всего-навсего предрассветные сумерки.
Но сам уже доставал Обиталище. Олег прав, к паре часов беспрерывного полета Кора еще не готова. Дождался, пока пет появится снова, и загнал внутрь кристалла.
– Это мантикора же?
– Ты где взял?
– Я тоже такого хочу.
– Покупаю, три тысячи золотых.
– Спокойно, – принялся объяснять я. – Пет, к сожалению и к счастью, уникальный. Больше такого в Верравии нет. Хотя слышал о каких-то летающих котах, но вряд ли это мантикоры. Он не продается, потому что завязан на меня.
– Света, возьми к себе Хло, – скомандовал Олег. – Поднимаемся и летим клином до Чавра, я замыкающий.
Виверны, щелкая пастями и неодобрительно встряхивая головами от тянущих за поводья всадников, стали подниматься в воздух. Олег взлетел последним, причем его маунт выделялся среди остальных и размером, и размахом крыла. Эдакий реактивный бомбардировщик среди устаревших истребителей. Рыбацкая деревушка уменьшилась до размера копеечной монеты, а когда мы отстали на значительное расстояние, Навуходоносор в полкорпуса повернулся ко мне.
– Теперь и поговорить можно….
– А раньше почему нельзя было?
– Да крот среди моих появился. Спросишь кто, отвечу – не знаю. Теперь приходится шифроваться. Так вот понимаешь, обложили тебя, а следовательно, теперь и нас, со всех сторон. Еще не критично, но дышать стало значительно тяжелее. О бизнесе своем можешь забыть, он как бы есть, но его как бы и нет.
– Это я уже понял, а что случилось?
– Сначала лавка открылась напротив тебя. Только больше, красивее, и с ценами ниже. Продавали Императорские доспехи и оружие. Потом еще несколько магазинчиков появилось, кто Настоящим Драманским снаряжением торгует, кто Голгорским. И все такие благотворители, по ценам от себестоимости сбывают. Ну ты понимаешь, откуда ноги растут.
Я кивнул. Админы.
– Твой компаньон жилы рвал, но куда ему с шашкой против танка. Сейчас сидит тише воды, тебя дожидается. Это что касается игровой действительности. Теперь к реальным делам…
Пульс у меня участился. Причем как-то против воли.
– Руководство «Верравии» тебя ищет. И не только тебя. Хотели надавить на тебя через знакомых и друзей по игре, но действовали не очень аккуратно. Так что я успел сходить первым. Про родителей не беспокойся, они вдруг у тебя улетели в кругосветное путешествие, до них теперь тоже не доберутся. Кстати, скоро их увидишь. Но это тоже не важно…
Ничего себе не важно! Я уж думать перестал о том, что вернусь к маме с папой, а он тут такое заявляет. Вот это как раз первоочередное!
– Ну и самое сладкое напоследок. Нашел я тебя.
Не сразу понял, что Олег имеет в виду. А когда наконец дошло, замахал руками, чуть не свалившись с виверны.
– Рассказывай, – сказал ему, чуть успокоившись.
– Живешь ты теперь в психушке. Под пристальным присмотром врачей и моего человека. Твое тело в порядке, а вот с мозгами произошла странная вещь. Ну вроде вместо тебя там сидит какой-то геймеровский нуб. Может выполнять элементарные команды, реагирует на свет, голод, холод и т.д.
– Профессор говорил о квантовом перемещении информации. Как я понимаю теперь, нигде ничего не может появиться бесследно. Если я очутился в «теле» НПС первого уровня, то он…
– Сидит в твоей шкурке.
– Это уже кое-что. Теперь надо произвести обратное воздействие.
– И ты знаешь, как это сделать?
– Нет. Но Скиф говорил, что это возможно. В качестве награды за артефакт ему обещали вернуться. Надо Франкенштейна достать.
– Ищи ветер в поле. Твой профессор нужен не только нам. Руководство тоже его ищет.
– Плохо… Олег, а можно вопрос?
Навуходоносор кивнул.
– А почему ты мне помогаешь? Нет, ты не подумай ничего, я очень, очень тебе и твоим людям благодарен. Если бы не ты, то кормил сейчас цифровых червей, но все же…
– Много факторов, – почесал лоб указательным пальцем. – Ну, например, как тебе такой вариант. Пообещал я одному своему очень хорошему приятелю, почти другу, что присмотрю за тобой. И слово забрать уже не могу, потому что приятель мертв, да и привычки такой нет, слова свои забирать. Ну или…
Олег посмотрел на меня так пристально, что по спине побежали мурашки.
– Скучно мне жить, Кирилл. Очень скучно. Такие как я должны рождаться в средневековье и не доживать до тридцати. Не спрашивай почему. В детстве чего все хотят – богатым стать, ну или сильным и красивым вырасти. А самые глупые или наивные – хорошим человеком. У меня же все получилось. Пошел в военку, как и отец, с деньгами тоже проблем никогда не было, тоже не спрашивай как… Потом выяснилось, что не получается у меня на определенном этапе быть хорошим человеком. Там уж не за горами и полканские звезды, а я не захотел. Скучно стало. Ушел и ребят своих забрал, чтобы одни в дерьме не остались. Фирму открыл, специфическую, но все же, всех к делу пристроил, по миру путешествую, играть вот начал, а жить все равно скучно. Представить не можешь, что это такое.
– Не могу, – честно признался я.
– Это когда все вроде есть, а ничего неохота. Цели нет в жизни. Вернее есть, но невыполнимая. Сделать мир чуточку чище, лучше. Но не дворником же в конце концов идти, а тут ты. Вот и понеслась. Это объяснение лучше?
– Честнее, – согласился я.
– А теперь признавайся, что задумал? По глазам вижу, не собираешься идти ко дну.
– Есть одна идея, но она сумасшедшая. Последствия могут быть самые непредсказуемые.
– Рассказывай…
Вайнар оказался большой деревней, разросшейся до размеров города, хотя всем своим видом упорно напоминал о провинциальном происхождении. Все богатство архитектуры заключалось в больших широких хижинах, будто слепленных из навоза и соломы, к которым вела широкая протоптанная тропа. Понятия «улиц» как такового не существовало, потому что дорога петляла и извивалась, как заяц, укушенный энцефалитным клещом. Нет, безусловно, резиденция градоначальника угадывалась сразу – его хижина была чуть шире и выше, мусора возле нее было поменьше, но на этом все. На фоне этого монгольского сарая средних веков выделялись портальные камни.
– Ну как тебе прибежище свободолюбивых имперских драманов? – усмехнулся Олег, заметив мою реакцию.
– Своеобразно, – уклонился я.
– Думается мне, что скоро это место станет популярным. Вайнар единственный портальный город, ведущий к северной части острова.
Мы облетели поселение еще раз и приземлились прямо на площади с порталами. Ближайшие драманы неодобрительно смотрели на нас, кто-то в толпе даже зло выдавил «таоки» (мда, не любят тут игроков), но до открытой агрессии дело не дошло.
– Готовы? – Навуходоносор обвел взглядом «Миротворцев».
Все стоявшие на портальном камне внезапно подсветились, ага, значит, мы теперь в группе. Однако. Раньше хоть спрашивали.
Вы открыли портал в Айварис.
И снова завертело, закружило и выплюнуло на такие же портальные камни. Зрение еще не сфокусировалось, а Дита уже шептала в ухо.
Вы открыли портал в Вайнар.
Вы открыли портал в Локтр.
Пока перезаряжался портал, я успел немного рассмотреть поселение. Успех был примерно такой же, как у пассажира поезда, изучающего город исключительно со стороны вокзала в течение сорока минут. Ну уж извините, как смог. Дома тут были повыше и побольше, почти все каменные, к самому порталу вела мостовая, чуть выше, на холме – крохотный замок, а позади нас питейные.
– Переходим!
Раз, и я уже стою посреди вытянутых и приваленных друг к другу яиц-домов – квартал голгоров. Никогда бы не подумал, что захочу сюда вернуться. Нас встречали Адара с дядей Васей и около тридцати бойцов «Миротворцев».
– О, сентявка наша героическая, – протиснулся между всех Горилла.
– Ну здорово, пострел, – пожал мне руку аналитик. – Ты прямо как государственный бюджет.
– Почему?
– Все время норовишь куда-то ускользнуть. Ну что, к нам, отметим?
– Не сейчас, – вмешался Олег. – Чуть позже.
– Веди всех в «Пьяную Сову».
– А вы?
– Скоро подойдем.
– Вы чего задумали? – подскочила к нему Света. – Олег, не смотри так, ты мне не начальник. За информацию в реале, конечно, спасибо, но я тебе ничего не должна. Так что вы задумали?
– Я ничего, – легко отступил Навуходоносор. – Все вопросы к нему.
– Света, потерпи чуть-чуть, сама все увидишь. Если получится… Давайте через лавку мою пройдем.
Локтр совсем не изменился. Ни потерянная власть админов, ни масштабное сражение в Ущелье, ни самые невероятные слухи, кочующие из клана в клан – ничего не отразилось на жизни столицы. Те же самые местные НПС, важно прогуливающиеся по улочкам, деловито патрулирующие стражники в золоченых, кстати, доспехах, толкающиеся на центральной площади нубы: «Что случилось в Храме Вечного Упокоения?», «Что такое хил?», «Собираю рейд, я танк восьмого уровня».
– А что там про Храм бормочут? – спросил у Олега.
– Не знаю, когда уходил, все было тихо. Варкхаммер, – подозвал кланлид одного из двух «миротворцев», сопровождающих нас. – Метнись наверх, разузнай, что там с Храмом. Новенький, недавно у нас, – объяснил Навуходоносор. – Пацан совсем, родители шлем на совершеннолетие подарили. Но, как ни странно, дисциплинированный, хочет в командиры пробиться, рейды водить.
– Надежды юношей питают, – ответил я, подходя к лавке. Ну хоть открыто, уже неплохо.
Внутри оказался все тот же знакомый стражник от Лебуха и стучащий молотком Кобелюга. Увидев меня, фейра подскочил чуть ли не до потолка, бросил свое кузнечное орудие и выскочил навстречу.
– Кирилл, ну слава Богу. Вернулся, а то у нас тут полный…
– Знаю, Олег рассказал. А ты что делаешь?
– Да так, мелочевкой всякой занимаюсь, заказов же нет. А бездельничать с ума сойдешь. В реал не выйти, там жена пилит: «Когда домой вернемся». Ой, – Серега замолчал и посмотрел на Навуходоносора.
– Кирилл в курсе.
– Так вот, Олег же нас вывез, – продолжил Кобелюга. – Теперь ждем у моря погоды.
– А стражник чего тут?
– Так Лебуху заказ выполнил, а по договору охрана на месяц. Вот и сторожит бедняга от мертвого осла уши.
– Ясно. Серега, раз ты все равно ничем особо не занят… В общем, идея у меня есть.
– Весь во внимании, – подобрался Кобелюга.
– Дай карту… Ого, сколько у тебя городов открыто. Ладно, смотри, сначала пройдись по Локтру. Вот здесь, здесь и здесь. Понимаешь, о каких заведениях я говорю?
– Ну понятно, только у меня печень не железная, – усмехнулся Кобелюга.
– Так ты пройди только. И посмотри, есть ли у них…
Шум с улицы почти полностью заглушил мои слова для спутников, но фейра все же услышал.
– Вот, а потом для чистоты эксперимента, смотайся в каждый город на Тойрине…
– И промониторить остальные заведения на наличие этого товара.
– Верно, – подтвердил я.
– А если… Если все будет, точнее не будет?
– Тогда после моего возвращения открываем новое предприятие, охватывающее весь остров. Надо будет в течение пары дней заключить контракты со всеми неписями на поставку. Но сначала промониторь, ясно?
– Все сделаем в лучшем виде. Еще, Кирилл. Тут от контрабандистов давно вещица одна валяется.
– Что там еще?
– Ключ от лавки. Сказали, что ты просил копии сделать, ну вот. Сделать сделали, я с оригиналом хожу.
– А давай-ка его сюда, лишним не будет.
Кобелюга аккуратно вытащил бархатную шкатулку для ожерелья, на манер тех, в которых преподносят презенты своим возлюбленным, и открыл. Обычный длинный ключ, чуть потертый, с двумя острыми зубцами. Самое то!
– Ладно, Серега, про разведку питейных помнишь, – мы ударили с фейрой по рукам.
Снаружи и прям было шумно. Со стороны площади то и дело появлялись голые, не считая белоснежной, цвета пломбира, набедренной повязки и заплечного мешка, игроки. Они тут же мчались наверх, по главной улице, к дворцу. Именно туда, куда было надо и нам.
– Совпадение? – То ли спросил, то ли констатировал Олег.
– Не думаю, – в тон ему ответил я.
– Ну пойдем, проверим.
Чем выше мы поднимались, тем громче стоял шум и гвалт. На самой дворцовой площади и вовсе было не протолкнуться. Многочисленные нашивки и броши, свидетельствующие о принадлежности к кланам, рябили в глазах. Единственный свободный пятачок был перед воротами в Храм. Там толкались и подбадривали друг друга голые геймеры. Вот от них отделился один, робко заозирался и под общее улюлюканье отправился внутрь.
– Босс, можно доложить? – Протиснулся к нам Варкхамер.
– Разрешаю, – поправил юнца, пытавшегося казаться взрослым, Олег.
– Ситуация следующая. Все началось с того, что несколько послушников умерло в Храме. Они как раз сейчас и бегают внутрь, пытаются вещи достать. Кланы тоже отправили несколько своих бойцов на разведку, предварительно раздев. Вот что мы выяснили. Доходят до моста на дворцовую площадь, пересечь его не успевают.
– Разве в Храме можно умереть? – повернулась к нам Света. – Там же нельзя пользоваться оружием и заклинаниями.
– Смотря кому, – нахмурился Олег. – Игрокам и неписям нельзя…
– А Богам можно, – закончил я.
– Ты же не пойдешь туда? – Спросила она.
– Надо. Боюсь, они ждут именно меня. Как я заметил, Боги очень чувствительные существа, а у меня артефакт, в котором заключена сила их Создателя.
– На что ты надеешься?
– На их алчность и невозможность примириться друг с другом, – улыбнулся я. – Мне надо вытащить оттуда Лока, любой ценой. Без него, не будет шанса на спасение. Именно на нем сходятся все мои планы.
– А если ты погибнешь?
– Если я не вытащу Лока, то это случится в любом случае. Даже защита Олега не поможет. До меня доберутся в любом случае. Мне поможет лишь божественное вмешательство.
Выполнено задание «Отбейте Средоточие и продержите его в руках гномов хотя бы сутки».
Получено звание «Защитник гномов».
Все оборонные навыки при командовании гномами увеличены на 10 пунктов.
Вы запустили глобальный ивент «Гномье освобождение».
Гномам нужна помощь в борьбе против неупокоенных в Подземельях «Мертвых земель». Стань первым в рядах воинов, сражающихся за самую древнюю расу в «Верравии».
Все-таки выстояли сутки, засранцы. Представляю, сколько они кристаллов зарядили, теперь могут долго обороняться. Тем более, теперь подмога из игроков подоспеет.
Я оглянулся вокруг. Все, абсолютно все стояли, как громом пораженные, уставившись в книги. Даже голые нубы пялились в страницы, выискивая дополнительную информацию. Еще бы, такое редкое событие, открытие локации, открытие рейдов. Так даже лучше, долгие проводы, лишние слезы. Осторожно, стараясь сильно не расталкивать уставившихся в пергамент геймеров, дошел до врат.
– Кирилл!
На Светин голос не обернулся, потому что знал, могу передумать. А так нельзя! Открыл ворота и вошел внутрь.
Постоял, прислушиваясь к звукам и всеми фибрами души желая, чтобы Дита нашептала о прикосновении «Проклятия Темных Богов», «Благодати Светлых» и «Дыхании Серых». Но тщетно, надо было спускаться.
Их я увидел издали. Одиннадцать фигур виднелось над пропастью возле мостка, ведущего на храмовую площадь. Одиннадцать детей Отца, скрытые широкими бесформенными балахонами: три черных слева, три белых справа и пять серых посередине. Одиннадцать частичек всемогущества этого мира, готовых разорвать меня на части ради артефакта, позволяющего им освободиться от наказания родителя.
Последний, двенадцатый, мой господин, стоял на коленях с замызганным кровью лицом и в порванных одеяниях. Сейчас он был человеком, не великим существом, каким я привык его видеть, а самым обычным жалким существом, чуть полноватым, растерянным и смертным.
– Мы знали, что ты придешь. Мы чувствовали, – зашипела сумасшедшая Берел, сверкая безумными глазами.
– У тебя есть то, что нам нужно, мальчик, – вторила ей Аноба. – Отдай Ключ, мы увидели довольно насилия.
– Слушай, что они говорят, – улыбнулся самый высокий из них, серый Бог с безжизненным лицом, обтянутым тонкой кожей, как шоколадный трюфель фольгой. И от его оскала я дрогнул. Мне на секунду показалось, что всесильный Тайнори видит меня насквозь.
– Ключ… – Я сжал ладонь так, что острые зубцы впились в кожу, и подошел к самому мостку.
Внизу притаилась бездна, молчаливая и опасная. Готовая пережевать и проглотить меня в бесконечном чреве. Я стоял, не игрок, не набор цифр, а жалкий смертный в ожившем мире перед всесильными атлантами.
– И как вы им распорядитесь?
– Не твое дело, смертный! – Взревел нетерпеливый Мерт.
– Земля давно ждет нас, – спокойно ответил светлоокий Фиорел. – Пора навести там порядок.
– И снова война, снова разборки между божествами? – Я ступил на мост и разжал руку. Ключ покоился на моей ладони.
– Все будет так, как должно быть, мальчик, – улыбнулась старушка-Линория. – Не тебе менять заведенный порядок.
– Артефакт должен достаться достойному… И только ему.
Я перевернул ладонь, и ключ упал в бездну. На мгновенье мне показалось, что Боги обезумели, столько боли и злости отразилось в их глазах. У всех, кроме одного. Тайнори улыбался, как дирижер, управляющий слаженным оркестром. В его растянутой мертвецкой улыбке не было сумасшествия или безрассудства, скорее удовлетворение. Но именно он первый крикнул: «Мой». И исчез.
Бездна наполнилась криками и руганью, но на храмовой площади не осталось ни одного Бога, кроме Лока, все устремились в бездну, стремясь завладеть ключом.
– Лок, быстрее вставай. Лок, надо уходить! – подбежал я к побитому толстяку.
– Куда? – Усмехнулся он. – У меня нет сил сопротивляться им. Они разрушили мой дом, выволокли на площадь… Теперь Ключ у них.
– Вот этот, что ли? – Вытащил я артефакт и поднес к самому носу Бога.
– Как? – Только и выдохнул Лок.
– Просто дал им то, что они хотели. Теперь они без труда в мою лавку залезут, если, конечно, смогут. Лок, ну же, вставай. Надо выбираться!
Из глубин мрака донесся озлобленный крик, и храмовая площадь содрогнулась, как от первого толчка землетрясения.
Ваши отношения с Темными Богами ухудшились, теперь вы Недоброжелатели.
Ваши отношения с Темными Богами ухудшились, теперь вы Неприятели.
Ваши отношения с Темными Богами ухудшились, теперь вы Враги.
Ваши отношения со Светлыми богами ухудшились, теперь вы Недоброжелатели.
Ваши отношения со Светлыми богами ухудшились, теперь вы Неприятели.
Ваши отношения со Светлыми богами ухудшились, теперь вы Враги.
А с Серыми что? Я им тоже масло на булку не намазывал. Хотя плевать, на все плевать, сейчас главное другое.
– Лок, мать твою, ну-ка быстро вставай. И если ты действительно Бог, а не сопливая размазня, давай живо драпать отсюда!
Не знаю, какое мое слово задело Лентяя, но в его глазах промелькнуло нечто стальное. Сын Отца поднялся на ноги и коснулся меня. Храмовая площадь сжалась до размеров точки и развернулась широким тоннелем со здоровенной дверью. Мгновенный телепорт? Где ж ты раньше был?
Дрожащими руками я тыкал Ключом в дверь, где же тут скважина? Внизу все содрогалось от мощнейших ударов. Мне даже послышался звук стали. Битва? Не может быть. Неужели кто-то из Богов прикрывает наше отступление? Перед глазами встала удовлетворенная улыбка Тайнори. Но зачем?
– Вот здесь, – указал пальцем Лок.
Я послушно кивнул, и Ключ утонул в скважине, поворот, еще, еще. Да твою за ногу, папаша, смотрю, расстарался, закрывая деток, чтобы нехорошим дядям не открывали. Наконец раздался щелчок, и я зажмурился от яркого света.
Трепещите смертные и таоки, в этот день из небытия вернулся Великий Лок, Серый Бог Лени.
Это не Дита, точно. Словно небеса разверзлись, и вниз упала благодать такой силой, что барабанные перепонки грозили вот-вот лопнуть. Я его уже слышал. Только не наяву, а во сне. Это Мать. С нами разговаривала Мать!
Выполнена 3 /3 часть задания «Наместник острова Тойрин».
Вы освободили того, кто и так свободен.
Вот это уже Дита. После грозового переката Матери, ее слова как бальзам на душу. Приятный томный голосок – то, что нужно сейчас. В моем организме и так переизбыток адреналина, ноги словно чужие, а руки дрожат, как у алкоголика с утра. И остолбеневшая от происходящего толпа уверенности явно не добавляла. Покой мне только снился, потому что небесный пресс продолжился.
Трепещите смертные и таоки, в этот день из небытия вернулся Великий Гаррег, Темный Бог Обжорства.
Чего-то подобного я и ожидал. Мать должна уравновесить пребывание одного сверхсущества на свободе, инь и янь в действии. Судя по удивленному и скривившемуся в злой гримасе лицу Лока, тут даже что-то личное. Похоже, Гаррег отбирал у него игрушки в детстве, а если наложить на Темного его амплуа, скорее сжирал.
Трепещите смертные…
Я сдавил руками уши, из правого уже текла горячая струйка. Мать решила всех детишек с того света вернуть?
… в этот день из небытия вернулся Великий Тайнори, Серый Бог Смерти.
Прямо передо мной возникла фигура в балахоне. Обтянутый кожей череп шумно втянул обрубленным носом воздух, поднял наполнившуюся грудь и довольно осклабился.
– Спасибо, мальчик.
И исчез. Без искр, взрывов, дыма и прочих спецэффектов. Вот только был – и сразу его нет. Будто в киноленте просто вырезали кадр.
– Кирилл! Кирилл! – Протискивался вперед Навуходоносор. Света ожесточенно толкалась с ожившим людом, но без особого успеха, все хлынули вперед, желая прикоснуться к частичке Бога. – Что это было?
– Третий Бог, – ошарашенно ответил я. – Каким-то образом мы освободили трех Богов.
Конец 2 книги